Чтение онлайн

Пока спускались вниз, Ниммей помалкивал, иногда широко зевая. Тимка тоже позевывал, правда не так откровенно. Домовые обычно встают очень рано, чтобы успеть все дела по дому переделать, пока люди спят. Да и я в институт вставала в полседьмого, еще затемно. Но в эту ночь, похоже, не у одной меня была бессонница. Я виновато покосилась на Тима и незаметно погладила его по руке. Все-таки он же из-за меня сюда перенесся, спасал или удержать пытался, уже не важно. Но приятно, что в этом странном мире я оказалась ни одна, а с близким и надежным другом.

— Не боись, хозяюшка, придумаем что-нибудь, — прошептал он мне в ухо, почти прикасаясь мягкими теплыми пухлыми губами. Я даже плечами слегка повела, разгоняя щекочущие мурашки, табуном пробежавшие вдоль позвоночника сверху вниз. Нет, конечно, я прекрасно осознаю, что Тимошка — подрощенный домовенок, да и вообще друг же… Парней вокруг море, а друзей — мало. И, потом, возможно, где-то тут мой суженный-ряженный бродит, надо быть готовой к встрече — скорее всего, придется снова бороться с собой. Никаких примагничиваний я больше не потерплю! И так вляпались дальше некуда. Как теперь выбираться из этой задницы будем — непонятно. Иех… Ладно. Если проблему можно решить, то не стоит о ней беспокоиться, если её решить нельзя, то беспокоиться о ней бесполезно.

— Конечно, придумаем. Если в темный туннель есть вход, значит должен быть и выход, — улыбнулась я Тимке, стараясь не смотреть при этом ему в глаза. Друзьями, тем более в чужом мире, разбрасываться не следует. И не важно, что Тим после увеличения превратился в парня в моем вкусе… Их тут и без него навалом, только головой покрути. Нечего на собственных домовых с утра пораньше заглядываться.

— Интересно, во сколько тут завтрак? — уж перевела мысли, так перевела. Сразу внутри все в узел скрутило от голода.

Ниммей хмыкнул и махнул рукой в сторону пятого корпуса:

— Из столовой уже едой пахнет, так что сейчас разомнемся немного и потом перекусим.

Я тоже принюхалась, но ничего не почувствовала. Да уж, далеко мне до оборотней.

Тренировка проходила во дворах. Добрый Роберто пометил на карте, в какой именно двор нам надо, потому что первые и вторые курсы тренировались отдельно, третьи и четвертые — отдельно, старшекурсники — отдельно, жалкая кучка в человек тридцать «подкидышей» — отдельно, но в том же дворе, что и первокурсники. Наверное, «женский отряд» тоже где-то отдельно гимнастикой занимался. Нас сначала отправили к «подкидышам», но уже в конце разминки, оценив уровень, перебросили к младшекурсникам. Я так поняла, что ротация по степени подготовки тут норма, потому что Ниммея вообще собирались перевести к ребятам постарше, но он попросил оставить его с нами. Я благодарно улыбнулась дракоше и даже «спасибо» сказала. На что он, задрав кверху нос, ответил, что ему просто влом напрягаться, а так подготовка у него круче, чем тут могут себе представить. Поэтому лучше он будет «сачка давить» в хорошей компании, чем мотаться по дворам, «как хвост у ящерицы».

Искать знакомые лица в толпе оказалось довольно сложно — мы то бегали, то прыгали, то приседали, то отжимались, так что я сосредоточилась на самой тренировке. Ничего удивительного на ней не происходило, просто массовый урок физкультуры и все. Зря я боялась и себя накручивала, вспоминая практически ежедневные занятия по карате. Как мне пояснил один из студентов — здесь даже спортивный обучающий процесс происходит по расписанию, со своей группой.

Завалившись в столовую мы наткнулись на огромную очередь к раздаче и обреченно переглянулись.

— Иех, или завтрак, или…

Не хотелось опаздывать на первое занятие в неизвестном мире, где тебя будут учить неизвестно чему. Вряд ли, конечно, что-то, кроме мнения педагогов обо мне, сильно изменится. Но, так как предсказать, какое оно у них будет, я была не в состоянии, лучше уж не ухудшать, хотя бы в первый день.

— Как это или-или? — заволновался вдруг Ниммей. — На голодный желудок никто не учится! Вы как хотите, а я жрать пошел, — и он направился в сторону очереди.

А мы с Тимом, переглянувшись, со вздохом побрели через общежитие магов земли в четвертый корпус. Временно созданный подготовительный факультет располагался там, на первом этаже. Возле двери в набитую до отказа аудиторию домовенок замер, вздохнул и тихо прошептал:

— Учиться не люблю, страсть…

— Ничего, Тимош, вдруг тебе понравится? — попробовала я успокоить друга, заталкивая его внутрь.

Как я поняла, занятия в подготовительном факультете начинались по мере набора в группу нужного количества народа. Просто потому что все девятнадцать парней, считая нас, рассевшиеся в маленькой аудитории, рассчитанной впритык на двадцать человек, к учебе еще не приступали. Хотя некоторые прожили здесь уже почти две недели — дюжник по местному, то есть двенадцать дней. Это я с народом контакт принялась налаживать, в отличие от молча притихшего рядом со мной голодного и напряженного Тимохи. «Старожилы» пояснили, что первая группа «подготовишек» под покровительством водяного факультета начала занятия как раз строго в первый учебный день после каникул. А вот им не повезло и пришлось ждать, когда соберется новая партия. Ниммей еще успел удачно вписаться двадцатым, а следующий из «свала» будет еще дюжник скучать, поджидая компанию.

Наша группа очень удачно оказалась под опекой огненного факультета. И, минут через десять после нас, его представители зашли в аудиторию, как раз сразу после Ниммея.

Мое внимание привлек заведующий кафедрой факультета-опекуна, лэр Рудольф Кандейлл. Внушительный мужчина, широкоплечий, мускулистый, с обычной короткой стрижкой, довольно пышной такой. Благодаря ей он очень выгодно отличался от стоящих рядом более молодых преподавателей, представившихся лэрами Никомедо и Никодемо Троватто. У этих двух, похожих как однояйцевые близнецы, на голове были короткие воинственно топорщащиеся ежики. И пусть у лэра Рудольфа седины в волосах было больше, чем угольной черноты, для меня он был гораздо привлекательнее. А уж когда лэр заговорил…Бархатисто-хрипловатый бас, громкий, обволакивающий… Каждое слово произнесено четко, никакой лишней информации, все ясно и понятно. Просто сначала на меня вновь, неожиданно, накатила волна удушающей паники.

В книжках про попаданок, по-моему, ни у одной не наблюдалось нервного срыва. Они как-то спокойно воспринимали свою новую участь, ну или тихо пару-тройку ночей рыдали в подушку — и вперед, спасать свежеобретенный мир. Мне же дико хотелось обратно домой, к маме, к Сашке, к Артуру…Уверена, что Тимке тоже было не очень уютно, к тому же домовые, как коты, привязываются к дому. Люди рождаются, вырастают, стареют, умирают, меняются… Дом тоже меняется, но одна квартира в состояние пережить пять-шесть поколений. И домовые живут до восьми сотен лет, а то и больше. И тут оппачки, подвалило счастье Тимошечке… Родню лесную решил навестить. Иех…А теперь сидит со мной рядом и страдает от неотвратимости надвигающейся учебы. Да, думать, как я виновата перед Тимкой затащив его неизвестно куда, все равно было приятнее, чем сесть и смириться с фактом того, что я возможно уже никогда-никогда…

И тут лэр Рудольф! Его бас, разносящийся по аудитории то ли благодаря магии, к наличию которой мне теперь тоже придется привыкнуть, то ли просто потому, что такой вот он у него громкий от природы оказался, успокаивал и возвращал в реальность. Какой бы фантастической она ни была, но моя текущая реальность — этот другой мир, другой институт, то есть академия, странные люди вокруг… И нелюди.

В соседнем ряду, тоже на задней парте, развалился, откинувшись на спинку скамейки, слегка опаздавший к началу оборотень Ниммей. Завкафа он не слушал, а задумчиво поглядывал в окно. Перед ним сидело два плечистых парня, я их еще на тренировке заметила. И из-за комплекции, и из-за черного цвета кожи. Прямо вот матово-черной, никогда такой раньше не видела. И с короткими вьющимися как спираль волосами. Посматривали они на меня как-то странно, перешептываясь при этом между собой. Я зыркнула на них многообещающе — плевать, что почти в два раза меня крупнее, все равно полезу в драку, если достанут.

Один из парней усмехнулся, но при этом примирительно выставил обе ладони вперед. Поджав губы и нахмурившись, я кивнула и отвернулась. Понятно, что одна я против этих двоих… Да и против одного-то, как зайка против волка. Тем более они вон рослые какие, и ладонь как две моих. Нет, подраться тут, конечно, придется, не в институт же культуры попала, а в боевую академию. Первой задираться, конечно, не стану, но и издеваться над собой не позволю. В школе нахлебалась по уши.

— …Поэтому никаких магических дуэлей, никаких экспериментов без присутствия преподавателя. Науку плетения из сырой магии осваивают в течение первых десяти-двенадцати лет жизни, вам же все придется изучать ускоренными темпами. Со всеми, кто попал к нам из магических миров будет заниматься лэр Никомедо, — завкафедрой махнул рукой в сторону одного из близнецов. — А с остальными будет заниматься лэр Никодемо. Ваша задача за три дюжника освоить все, на что в нашем мире отводится годы.