Чтение онлайн

Тут он решил подсыпать сахара в уксус и с легким пренебрежением в голосе произнес:

— А руны у вас вышли совсем неплохо. Даже лучше, чем у вашего соседа.

Когда обход по рядам был закончен, семерых не справившихся с первым зачетом, вместе с тем несчастным, который вчера вместе со мной занимался горстехватанием, Демо отсадил на задние парты и даже воспроизвел руны основных стихий прямо перед каждым. А для остальных нарисовал новые: жизни и смерти.

Через пару часов у меня на пальце была мозоль, и я могла изрыгать пламя, как драконы. Некоторые из ребят уже рисовали более продвинутые кракозябры, а я долбилась как дятел с руной смерти. Не давалась она мне, хоть ты тресни! Вообще, эта каракуля была составная: глаз под углом где-то в сто двадцать градусов, и еще одна закорючка. Так вот, пока я не расчленила эту кракозябру на две части и пыталась нарисовать оптом все сразу — ничего не выходило. А как только меня осенило, что это глаз под зонтиком — сразу стало более-менее похоже на тот закорюк, который нарисовал Демо.

— Вы сами догадались, или вам сосед подсказал? — помянутый всуе преподаватель завис за моей спиной, внимательно изучая мое художество.

— А что, слишком гениальная мысль? — я даже не сразу поняла, о чем он. Отреагировала, почти не задумываясь.

— То, что некоторые руны могут быть составные? Уровень семилетнего ребенка в нашем мире, но вчера вы были на уровне пятилетнего, так что прогресс на лицо. Два года за сутки. Я просто горжусь вами, студент Рин.

Нахмурившись, я в полоборота следила за выражением лица Демо, пытаясь понять, серьезно он или издевается. Судя по хитрому блеску в глазах, мужчина забавлялся моими сомнениями. Однако все же решил, что взрослый, а значит, более умный — это он, а не я, и уступил:

— Я, действительно, не ожидал от вас такого прогресса, студент Рин. Предполагал, что вас осенит к завтрашнему дню, например, — и махнул рукой, материализуя два листа бумаги с практически мгновенно отсканированными на них узорами. — Двигать и скреплять — два первых основных действия, которые можно делать с магией. Рисуем, студенты, рисуем…

На обед мы с Тимкой выползли, как два зомби, правда, после супа Тимоха оживился и принялся болтать с подошедшим к нам Фонзи, но я, быстро слопав свою порцию, поспешила обратно и потащила с собой сопротивляющегося домового.

Мы научились рисовать еще парочку глаголов, и Демо объявил, что на сегодня с нас всех хватит. Теперь наша задача — учить всю эту красоту наизусть и рисовать по памяти.

— Руны стихий вы должны суметь воспроизвести, даже если вас разбудить среди ночи, ясно?! В любом состоянии, в любое время суток, несмотря на кучу отвлекающих факторов и сотни уважительных причин. Это — азы. Основные действия с рунами у вас тоже должны из-под пальцев вылетать, единым росчерком! Завтра будем учить руну скрытия.

Я так устала, что мне даже ужинать не хотелось — только бы доползти до своей комнаты, упасть на кровать и спать. Пальцы на обеих руках просто свело судорогой. Это хорошо, что я обеими руками могу писать. Даже думать не хочу, каково сейчас тем, кто все это время выводил эти руны только правой… ну, или только левой. Но тут уже возмутился Тимоха и потащил меня, вяло сопротивляющуюся, в столовую. Там было, как обычно, шумно и тесно. Причем сегодня как-то даже более шумно, чем вчера. С другой стороны на часах — двенадцать, а вчера я тут в тринадцать оказалась.

Из знакомых лиц я вычленила только Адама, он стоял уже почти у раздачи, в кругу однокурсников, а сразу за ним пристроился худенький парнишка, может даже, ниже меня ростом. Как Агата и описывала — тростиночка и фарфоровая статуэточка. На фоне этого паренька Адам выглядел крупным, сильным и уверенным в себе мачо. Хотя они тут все… Даже их «цыплята»…

Мы пристроились в самом конце очереди, лениво перекидываясь фразами со своими одногруппниками. Первокурсников-огневиков что-то не было видно, ни на пути к раздаче, ни за столами. Конечно, у них занятия по расписанию, а это значит — до одиннадцати часов. Потом только дополнительная практика. Вряд ли Ниммей на ней будет задерживаться, так что летает где-нибудь по Академии, красноволосый разведчик. Вот целители, как и мы, всегда жужжат допоздна. Интересно, чему их там учат?

Нам с Тимохой уже выдавали тарелки с вареной картошкой и тарелки с тушеным мясом (здесь не принято было смешивать все во время раздачи — наверное, много сторонников раздельного питания), и Тим как раз начал выяснять, остались ли с обеда овощи или нет, как я услышала за спиной бурную перепалку. К «цыплятам», сидящим вместе большой дружной стайкой, докапывались двое… долбоклюев, как говорит Ниммей, курса с третьего, наверное. И, главное, все остальные стояли и смотрели на происходящее, не вмешиваясь.

Сжав зубы, я, превратившаяся в слух и рефлексы, донесла поднос до свободного места за ближайшим столом, поставила, проигнорировала успокаивающее поглаживание Тима. Его фраза: «Рин, помнишь, Робби предупреждал, что вмешиваться нельзя», тоже была пропущена через уши, в одно вошла, в другое вышла…Развернувшись, я уже направилась в сторону намечающейся заварушки, когда к цыплятам, сразу с нескольких сторон, подвалила помощь из своих же старшекурсников. Роберто, кстати, был среди них. Рванул прямо от входа в столовую и все равно успел опередить меня, хлопнув, пробегая, по плечу.

По случаю прибытия новых участников, заварушка не состоялась, потому что связываться сразу с пятью равными им по силе соперниками эти трусы не захотели, быстро рассосавшись. Однако я успела и рожи их запечатлеть в памяти, и значки. Воздух. Что ж, отлично. При всех в столовой устраивать драку, действительно, было бы глупо.

Когда адреналин начал потихоньку развеиваться и возвращать мне способность мыслить здраво, я вспомнила и об уставе, и о том, что магические дуэли здесь запрещены, да и обычные бои без правил тоже, наверное, не поощряются. В общем, меня отпустило, я выдохнула и решила, что правильную месть надо подавать продуманной и холодной. А что я начну заниматься воспитанием этих долбо… долбанутых на всю голову, это уже вопрос решенный. Уж больно мне не понравилось выражение лица того паренька, к которому, в основном, докапывались эти два… ушлепка.

— Что, решил послужить грушей для кулачной тренировки? — возвращаясь обратно к Тиму, я зачем-то наткнулась на Эззелина. Точнее, это он на меня. Как будто специально выискивал, чтобы сказать какую-нибудь гадость. — А куда свои бусики дел? Потрясающая безвкусица… Хотя чего еще ожидать от пришлых!

«Понаехало вас тут…», — хмыкнула я про себя, радуясь, что Вазелинка объявился уже после того, как я успокоилась. А то огреб бы сейчас кулаком по наглой морде. Правда, возможно, он дерется лучше меня, кто его знает? Я-то по прежнему в рамках своего мира мыслю, где магии по нулям, и спортом далеко не все люди занимаются. Наверное, мне имеет смысл поискать себе учителя среди местных, а не задирать нос кверху. С моим характером умение драться по новым правилам будет точно не лишним.

— Лети отсюда, чудо местного разлива, — Ниммей возник рядом буквально из ниоткуда. — А бусики не выпрашивай. Если завидно, сам себе такие же сделай, если крылья не из задницы выросли.

Пока Эззи придумывал достойный ответ, дракоша, удерживая меня за плечи и чуть ли не пиная под задницу коленом, погнал в сторону Тимохи.

— Это ты чего удумал, ящерица?! Где ты, а где эти два яйца передержанных?! Да они бы в тебя дунули и все… Со свистом через всю столовую! И даже за дуэль бы не засчитали, потому как ты первый полез. Садись, короче, учись вон снова еду разогревать. Давай-давай, не смотри на меня так, будто я тебе все перья повыдергивал!