Чтение онлайн

Красный покачал головой.

— Я не могу тебе этого открыть. Ты, конечно, молодчина, что спас мою красную задницу, но все-таки ты молодчина первой ступени, если понимаешь, о чем я.

— Разве под силу посвященному первой ступени создать машину Шакти? На сколько ступеней ты поднялся, прежде чем тебе хотя бы просто стало известно, что этот прибор существует? — Морж покачал головой. — Ладно, я все понял. Сколько джокеров нужно, чтобы зажечь электрическую лампочку? Хватит и одного, если у него в носу переменный ток. Астроном собирался сам стать источником питания для своей машины.

Ошеломленное лицо Красного подтвердило все, что Джубу хотелось знать.

— Шакти Кафки должна была установить владычество ордена на всей Земле, — признался масон.

— Угу, — буркнул Джуб.

— Сияющий Брат в лесу открыл эту тайну Калиостро и приказал ему беречь ее как зеницу ока и передавать из поколения в поколение, пока не появится Темная Сестра. Возможно, Сияющий Брат вручил Калиостро и другие артефакты; вне всякого сомнения, среди них должен был находиться и источник энергии, поскольку двести лет назад предсказать появление такисианской дикой карты не представлялось возможным.

— Он был умен, — задумчиво произнес Морж, — но при этом оставался сыном своей эпохи. Примитивным, суеверным, жадным. Он воспользовался тем, что получил в дар, ради корысти.

— Кто? — переспросил сбитый с толку Красный.

— Бальзамо, — ответил Джуб. Все остальное Калиостро выдумал сам: и египетские мифы, и ступени, и ритуалы. Он взял слова, которые были ему сказаны, и извратил их к своей собственной выгоде. — Сияющий Брат был л аи'баром, — сообщил он.

— Кем? — уточнил Красный.

— Лай'баром, — повторил Джуб. — Они — киборги, Красный, в них больше металла, чем плоти, и их могущество не знает предела. Это джокеры вселенной, и среди них едва ли встретишь двоих схожих, но я не советовал бы тебе столкнуться с ними где-нибудь в темном переулке. У меня есть друзья лай'бары. — Он понимал, что его несет, но остановиться был не в силах. — Ну да, не исключено, что это был представитель какой-нибудь другой расы, быть может, крег или даже один из моих сородичей в скафандре из жидкого металла. Но я считаю, что это был лай'бар. И знаешь почему? Из-за Тиамат.

Красный смотрел на него во все глаза.

— Ассирийское божество. Я проверял. Но зачем называть Темную Сестру этим именем? Почему не Ваалом, не Дагоном, не именем еще кого-нибудь из сонма кошмарных божков, которых вы, люди, себе напридумывали? Зачем называть высшую силу ассирийским именем, когда всю остальную мифологию Калиостро позаимствовал у египтян?

— Не знаю, — Красный пожал плечами.

— Зато я знаю. Затем, что Тиамат отдаленно напоминает слово, которое произнес Сияющий Брат. Тьят М'ра, закат расы. Так лай'бары называют Рой. — Джуб расхохотался. Он уже тридцать с лишним лет рассказывал всем анекдоты, но никто еще не слышал его настоящего смеха. Он походил скорее на тявканье тюленя. — Верховные Торговцы ни за что не преподнесли бы вам на блюдечке владычество в вашем мире. Мы никогда и ничто не отдаем задаром. Но мы охотно продали бы его вам. Вы стали бы элитой верховных жрецов, и у вас даже были бы свои боги, которые по-настоящему выслушивали бы вас и являли чудеса по первому вашему требованию.

— Ты сошел с ума, друг мой, — с напускной шутливостью заметил Красный. — Машина Шакти должна…

— Шакти означает энергию, вот и все, — прервал его Джуббен. — Это тахионный передатчик, и ничто иное. — Он поднялся с дивана и тяжело протопал к машине. — Сет увидел его и пощадил меня. Он решил, что я — последний представитель какой-нибудь затерявшейся ветви учения. Возможно, он счел, что разумнее будет оставить меня при себе на тот случай, если с Кафкой что-нибудь произойдет. Тогда он пришел бы сюда, но когда Тиамат полетела обратно к звездам, он, должно быть, решил, что машина Шакти больше не нужна.

— Ну да, а разве это не так?

— Не так. Передатчик был калиброван. Если я пошлю вызов, в ближайшем форпосте Сети его получат в считанные недели. Несколько месяцев спустя «Шанс» будет здесь.

— О каком шансе ты говоришь, брат? — недоумевал Красный.

— Сияющий Брат прибудет на Землю, — пояснил Джуббен. — Его колесница размером с Манхэттен, и одному мановению его руки подчиняются армии ангелов, демонов и богов. Ха, еще бы им не подчиняться — а как же контракты!

Красный сощурился.

— Ты хочешь сказать, что ничего еще не кончено, — протянул он. — Все еще может произойти, даже без Темной Сестры.

— Может, но не произойдет, — отрезал Джуб.

— Но почему?

— Я не собираюсь посылать вызов. — Он хотел, чтобы Красный уяснил себе это. — Я считал, что мы — конница. Такисиане использовали вашу расу как подопытных кроликов. Я верил, что мы не такие. Но это была иллюзия. Неужели не понимаешь, Красный? Мы знали, что она приближается. Но если бы она так и не добралась до Земли, мы от этого не получили бы никакой выгоды, а Сеть никогда и ничто не отдает задаром.

— Кажется, я понимаю, — сказал Красный. Он взял бутылку, но ром уже кончился. — Мне нужно еще выпить, — заметил он. — А ты не хочешь?

— Нет.

Красный отправился на кухню. Джуб слышал, как он хлопает ящиками, открывая и закрывая их. Когда он появился на пороге, в руках у него был большой мясной нож.

— Отправляй вызов, — приказал он.

— Как-то раз я пошел посмотреть на «Доджерс», — сказал ему Джуб. Он устал и расстроился. — Как там про это говорят? Три удара — и все снова по старинке перекидываются мячиком? Такисиане, мой народ, а теперь и человечество тоже. Интересно, есть во вселенной хоть кто-то, способный заботиться не только о своей собственной шкуре?

— Я не шучу, Морж, — предупредил Красный. — Мне страшно не хочется этого делать, друг мой, но мы, ирландцы, упрямы, что твое стадо ослов. Эй, да легавые просто обложили нас со всех сторон. Что за жизнь будет у нас с Ким Той, скажи на милость? Если придется выбирать между тем, чтобы питаться объедками на помойках и править миром, я выбираю последнее. — Он взмахнул ножом. — Давай, отправляй. Тогда я смогу убрать нож, мы закажем пиццу и будем рассказывать друг другу анекдоты. Ты, разумеется, сможешь есть свою тухлятину, если захочешь.

Джуб запустил руку под рубаху и вытащил пистолет. Дымчатый, мерцающего красно-черного цвета, с очертаниями плавными и чувственными, но почему-то и тревожными одновременно, и с тонким дулом. Где-то в его глубине вспыхивали светящиеся точки, и он лег в ладонь Джуба так уютно, как будто всегда там находился.

— Прекрати, Красный. Ты все равно не правил бы миром. Правили бы Астроном, Несущий Гибель и иже с ними. Ты же сам рассказывал, какие они мерзавцы.

— Все мы мерзавцы. А ирландцы, между прочим, вовсе не такие недотепы, как о них говорят. Ты не испугаешь меня игрушечным пистолетом, друг мой.