Чтение онлайн

– Все правильно, Рита Ивановна, – Гуров вспомнил неожиданно имя Веткиной, так как всегда удивлялся, что полковник звал жену Туля, сокращая ласковое Ритуля.

Гуров осмотрел свое «подразделение», спросил:

– Кто проводил обыск в квартире покойного?

– Было поручено мне, что-то срочное подвернулось, и я перепоручил Сатину из третьего отдела МУРа, – ответил Нестеренко.

Гуров не ответил, вновь позвонил на квартиру Веткина, сказал:

– Рита Ивановна, я к вам выезжаю, дверь открывать только мне. Вы меня в лицо знаете?

– Конечно, Лев Иванович, мы же с вами танцевали на новогоднем балу.

– Да-да, извините. Значит, я еду.

Вышли вчетвером, немного помолчали, наконец Станислав сказал:

– Уперлись в этого Сотина, глаза застит.

«Мерседес» Крячко загнали во двор, на четвертый этаж поднялись бегом.

– Никто не знает, как выглядит заместитель Веткина?

– Подполковник, всегда в форме, сильно полноватый, толстый, можно сказать, розовощекий, непременно улыбается, – ответил Котов.

– Ладно, сначала войдем. – Гуров нажал на кнопку звонка, и, хотя ни о каких условных сигналах не договаривались, сыщик дал один длинный звонок и три коротких и встал напротив «глазка».

Дверь открыли быстро, хозяйка ласково улыбнулась.

– Здравствуйте, Лев Иванович, заходите, господа-товарищи.

– Обувь снять. Станислав, найти щетку или тряпку и в туалете ботинки тщательно протереть.

– Рита, – переходя на «ты», сказал Гуров, – мы с тобой идем на кухню чай пить, а молодые люди тут обождут. Забыл. На листке плотной бумаги напиши записку: «Буду от 6 до 7 вечера. Туля». Я верно запомнил?

Молодая женщина молча кивнула, пошла в другую комнату. Гуров остановился на пороге и, сжав зубы, повторял: «Не проглядеть и не напортачить… Не проглядеть и не напортачить…»

Оглядев игрушки, Гуров спросил:

– Сколько парнишке?

– Восемь. – Нижняя губа Риты дрогнула.

– Когда из школы?

– О! – Рита всплеснула руками. – У него баскетбол этот, раньше девяти не ждите.

– Рита, теперь спокойно, дословно повторите слова человека, который звонил.

– Здравствуйте, можно попросить Риту Ивановну? Значит, он не знает, что взрослых, кроме меня, в квартире нет. А этот змей, зам Якова, порой шутил со мной. А тут он сказал, что назначен новым замом погибшего, фамилия его Клубнев.

– Отлично рассказываете, Рита, продолжайте, – подбодрил женщину Гуров.

– Я получил тяжелое задание, требуется заглянуть к вам, у Якова Сергеевича остались в столе некоторые секретные документы. Мне приказано их забрать, обработать и завтра утром доложить генералу.

Рита сцепила пальцы, хрустнула ими:

– И тут я поняла, что он врет. Сначала мелькнула мысль, а почему присылают незнакомого человека, когда у Яши в отделе было много друзей и они меня прекрасно знали? Затем я вспомнила ваше предупреждение и не стала звонить генералу и проверять. И только после подумала, какие секретные документы, когда у нас ни один ящик не запирается? Да и Яша сто раз говорил, что документ из кабинета домой может взять только…

– Предатель, – помог женщине Гуров.

Рита покраснела и кивнула.

– Я рассказываю долго. Неожиданно поняла – все ложь, в мозгу словно электричка пролетела. И сердце заболело, я даже на диван села.

Гуров нежно обнял Риту за плечи, поцеловал, сказал:

– Гриша, валокордин. К окнам никому не подходить, о телефоне не говорю.

– Документ есть документ. Офицер его ни в сундук, ни в ванную, ни в сортир не спрячет, – говорил Гуров. – Я разберу стол, вы снимите с полок книги. Сложить все на стол, просмотреть каждую и поставить обратно.

Но проделывать и эту небольшую работу не пришлось. Через несколько минут Гуров позвал товарищей к нижнему ящику стола и выложил лист, на котором были отпечатаны четыре группы цифр, явная шифровка.

– Шифровальщикам такое минут на пять, – убежденно заявил Станислав.

– Учитесь. – Гуров рассматривал страничку под боковым светом: вдруг накладка произошла, чей-нибудь пальчик остался. – Явно шифровка, наличие ее на квартире в письменном столе такая накладка, приснится – не поверишь.

– Здесь не ищут, потому что основной жертвой считают полковника Сотина, – сказал Котов.

– А не подозрительно ли? Может, нас на Сотина толкают?

– По работе ни один из них ничего секретного не имел, – вмешался Гуров. – Я получил официальную бумагу. И все здесь не так, все иначе. Если секретного ничего нет, откуда прибыли профессиональные киллеры?

– Ладно, командир, ты думай, как из квартиры вылезать? – Нестеренко стоял, спиной прижавшись к проему между окон, косил на улицу. – Вон бабка с сумкой зелени расположилась, здесь за день и пучок не продашь.

– Значит, сразу после телефонного звонка они выставили наблюдение, чтобы быть уверенными, что в квартире никого не застанут. О парнишке выяснили, мать на работе. – Станислав вздохнул. – Правда, ушла она поздненько.

Неожиданно на потолке натужно заверещала дрель, а через несколько минут просунулось стальное жало, обсыпало кусочек штукатурки и исчезло. В образовавшееся отверстие опустилась леска со шляпкой на конце. Леску выбрали, и пуговица или нечто похожее закупорило просверленное отверстие.

Гуров вынул из кармана блокнот и написал:

«У них нет современной техники? – и показал лист приятелям. – С этого момента только переписываемся».

Все достали блокноты.

«У них нет разрешения прокурора, – написал Станислав. – Как будем уходить?»

«Над нами чердак, – написал Нестеренко, – они поставят жучок и уйдут».

Через некоторое время человек прошел над головой, скрипнул чердачной дверью. Гуров взглянул на часы, было без пяти минут два. Через дом располагался маленький сквер. Гуров подумал и написал: «Поднимаетесь на чердак и спускаетесь по черной лестнице в установленном порядке, – после чего указал на Станислава, затем на Котова, Нестеренко и на себя. – Если слежки не замечено, опускаете правую руку в карман, если замечено – срываете с куста листик, и в контору. Если полный порядок, собираемся у палатки, пьем пиво».

Станислав ткнул Гурова пальцем в грудь, поднес к его лицу кукиш и прошептал на ухо:

– В таком костюме пьют пиво только очень плохие оперы.

Гуров взглянул на часы, толкнул Станислава к двери. Тот обулся, посмотрел в дверной «глазок», отжал замок.

Они уходили из квартиры с интервалом в пятнадцать минут. Гуров запер за собой дверь. За квартирой установили наблюдение. Но ни в этот день, ни на следующий никто у вдовы полковника Веткина не появился и не звонил. Искать несуществующего Клубнева было бессмысленно.