Чтение онлайн

В XII–XIII веках почти вся будущая Великороссия населена была финно–угорскими племенами. Несколько веков подряд славяне проникали в Волго–Окское междуречье, смешивались с финно- уграми — весью, муромой, чудью, мерью, другими племенами, от которых и имен не осталось.

Есть, впрочем, и еще одна концепция — ученый из Плеса, Николай Травкин, пришел к невероятному выводу: по его мнению, В Великороссии сменилось не население, а культура.

— Вот слой финского поселения XIV века… Вот его сменяет cлой Руси XV века… Но нет ведь никаких следов переселения славян! — рассуждает ученый.

— Так получается, Русь — это ославяненные финны?! — подхватывает мысль собеседник.

— Получается так.

Характерна реакция научного сообщества на теорию Травкина — было широковещательно объявлено, что он «офинел», и его пытались прижать с деньгами на раскопки, с выдачей официальных разрешений — «открытых листов». Идея Травкина безумна, нет слов… Вопрос, достаточно ли она безумна, чтобы оказаться истиной?

Теория Травкина, конечно же, обыгрывается в политике. Концепция Травкина очень на руку украинским националистам. Они и без Травкина очень любили рассуждать о том, что русские — это такие одичалые украинцы: бежали с Украины, смешались с финно–уграми, в бесконечных лесах утратили почти все культурные навыки… А теперь еще воображают! Травкин очень помогает украинским националистам культивировать такого рода представления.

Только вот ведь незадача — в IX и Х, а тем более в XII–VIII веках финские племена жили гораздо западнее, чем сегодня: на Десне, в Прибалтике, на территории современной Белоруссии и Северной Украины. Территория, на которой столетия спустя начал формироваться украинский народ, в VII веке была заселена славянами довольно слабо; куда больше было финно–угров. Может, украинцы тоже… того… На самом деле финны, а не славяне?!

Если же обсуждать более реальные проблемы, возникает вопрос: чего же это вдруг финно–угры пустили славян на свою землю? И не только пустили, а практически полностью смешались со славянами, почти исчезли из всех мест своего обитания?

В IX–X веках, во времена Киевской Руси, славяне, финно- угры и балты жили на одной территории. Киевская Русь была многонациональным государством — империей. Характерно название — Русь. Скорее всего, название возникло потому, что единое государство начали сплачивать племена, жившие по малой речке Рось, притоку Ингула.

Теоретически рассуждая, сплотить племена и народы Восточной Европы в единое государство могли бы и племена финно–угров под началом мери или муромы. Почему нет?

Если бы реализовался этот вариант истории, если бы одно из финских племен начало бы строить империю — мы сегодня изучали бы историю не Киевской Руси, а Киевской Финляндии. А сегодня мы жили бы в Великой Угории, основная часть населения которой говорила бы на финском языке и называла бы себя муромой или, допустим, муромцами. А по окраинам Великой Угории лепились бы островки славян, отдельные маленькие народцы с разными названиями и языками.

Впрочем, и финно–угры — не первые насельники Восточной Европы. После отступления Великого ледника и задолго до финно- угров многие племена населяли Восточную Европу. От них и имен не осталось, и следов… Вернее, остались археологические памятники да еле уловимые следы влияния в языке, в культуре и финно–угров, и восточных славян. Но и только.

Почему же эти племена уступили финно–уграм, а финно–угры — славянам? Почему именно славяне стали тем народом, который создал и сплотил империю, начавшуюся в Восточной Европе? Почему это Российская, а не Мерьская и не Муромская империя?

СОБЛАЗНЫ СЛАВЯНСТВА

На протяжении всех веков ранней истории Восточной Европы славяне совершали важные культурные достижения. Например, они первыми освоили пашенное земледелие.

Долгое время народы Восточной Европы распахивали далеко не всякую землю, а в основном поймы рек. В поймах легче расчистить участок под посевы — в поймах не растет высокий лес со стволами в два обхвата. Типичная находка в культурных слоях поселений бронзового века — так называемый косарь. Косарь — это здоровенная секира, которой выкашивался тальник, кустарник на месте будущего поля.

В поймах рек почва богаче — разливаясь, река каждую весну сама удобряет и увлажняет ее. Для того, чтобы прокормить семью, нужен не такой уж большой участок — меньше гектара. Такой участок можно обработать и мотыгами. Тем более, почва мягкая, удобная для обработки.

Даже занимаясь подсечно–огневым земледелием, не возделывают больших участков земли. Одна из самых главных задач сельского хозяина — найти особенно продуктивные, небольшие участки. Именно на них валят лес, дают ему высохнуть два–три года, потом поджигают. Еще два–три года можно собирать приличный урожай, порядка сам–десять. Потом земля истощается, и надо за эти два–три года успеть найти другое место для пала, вырубить и высушить лес.

Никто не заставляет искать такие места именно в поймах — но ведь ближе к рекам продуктивных участков больше. В результате очень долгое время земледелие шло в основном по рекам, а междуречья оставались не распаханными или почти не распаханными.

В VIII–V веках до Р. Х. на Переднем Востоке и в Средиземноморье произошла «железная революция» — железо начали использовать не только для войны, но и для ведения хозяйства. Железным топором стали вырубать леса, железный сошник стали надевать на соху. Люди начали распахивать междуречья, вводить в хозяйственный оборот огромные по площади земли, до сих пор лежавшие втуне, вне земледельческого хозяйства.

Использование этих земель создало такое общественное богатство, которое и не снилось предкам. А богатство привело к резкому увеличению общей численности населения. Народы, у которых произошла «железная революция», стали многочисленными и богатыми народами. Они легко завоевывали, вытесняли и поглощали народы, которые продолжали жить мотыжным земледелием в поймах рек.

Историки очень решительно разделяют две разные стадии развития земледельческих культур: стадию мотыжного земледелия и стадию пашенного земледелия.

Земля в междуречьях менее богата, чем в поймах — урожайность там ниже. Нужно распахать не полгектара, не гектар, а несколько гектаров земли. Мотыгой не проделать такой работы. Чтобы прокормиться в междуречьях, надо распахать много земли — нужна рабочая скотина.

Урожайность низка — значит, надо высевать много зерна. Если урожайность сам–три — значит, весной надо вывезти на поле примерно пятьсот килограммов зерна, а осенью увезти полторы тонны. На себе такую тяжесть не понесешь, тем более — полей много, поля теперь расположены далеко от поселка. Опять же нужна рабочая скотина. Нужны дороги, телеги, арбы, колеса, упряжные животные.

В IV–VI вв. по р. х. все народы Восточной Европы жили мотыжным земледелием. Все они имели совершенно одинаковые возможности пережить «железную революцию» и перейти к пашенному земледелию.

Но финские племена к пашенному земледелию переходят поздно, гораздо позже славян (и очень часто — под их прямым влиянием). Славянские же племена переходят к пашенному земледелию быстро и легко. Пусть нам, дальним потомкам, кажется страшным примитивом двухполье или трехполье… По сравнению с мотыжным земледелием это — невероятный прогресс.