Чтение онлайн

Трудно сказать, как часто происходило такое в древние времена… Но, во всяком случае, в 1795 году на Урале и правда нашли две такие деревни. Сами жители этих деревень считали, что их предки сбежали еще при Петре, не желая идти в крепостные рабочие заводов Демидова. Леса на Урале стояли непроходимые, климат и природа — знакомые, а необходимостью расчищать новые площади под пашню и строиться на новых местах крестьян было никак не напугать. Ну и сбежали …

Возникли две деревушки с населением человек в сорок каждая. Поп умирал — рукоположил сына, и у новых поколений был священник, крестивший, венчавший и отпевавший. Ушедшие остались христианами.

Они помнили, что они — русские, что есть такая страна, как Россия, даже помнили про Москву и про другие города Руси. Но три поколения не было у них связи с остальной Русью, и это все — не на другой планете, не на необитаемом острове капитана Немо, а чуть ли не в сердце Российской империи.

Людей из этих деревушек торжественно принимали в состав Российской империи, веселого шума по всей России было много …

Проникая на север, на юг или в Сибирь, русские изменялись. Богораз–Тан блестяще описал такую русскую деревню на Колыме, где уже и язык стал меняться. Его гороиня Дука (Дуня) вместе со своими подружками Ликой (Лизкой) и Накой (Настькой) называют себя юсанками — то есть русанками. Но глаза у Дуки «голубые с наружным углом, приподнятым кверху по–якутски», и смешались в ней кровь «славянская, якутская, юкагирская и еще бог знает какая» [87, с. 7].

Остается только удивляться тому, что сами русские решительно ничего не замечали.

Изгои всякого общества сохраняют идеи этого общества.

М. Сперанский

ПРОЕКТИРОВЩИКИ ГРЯДУЩЕГО

К ХХ веку стало слишком очевидно, что Российская империя уже не может существовать просто так, естественно. Что–то иссякло, нет какого–то важного «фактора Х». Сама Россия, имперский центр, оказывается на переломе. Революции ждут… можно сказать, что ждут все. Ждут ее с очень разными чувствами и ожиданиями, но это уже второй вопрос.

Множество партий и группировок осмысливают и даже прямо проектируют грядущее. В сущности, все проблемы решаемы… кроме одной, самой главной. «Если рассмотреть ситуацию в Российской империи накануне Первой мировой войны, то можно считать, что у царского режима были серьезные шансы справиться с социальными проблемами, с проблемой революционной интеллигенции, с проблемой экономического развития, но не было ни малейшего шанса решить национальный вопрос. Он перекрывает все пути эволюции режима, поскольку либеральная, демократическая прогрессивная альтернатива, представляющая собой возможное решение прочих проблем, не дает решения национального вопроса и в результате приводит к распаду империю) [88, с. 69].

Действительно — но при самой передовой идеологии ни одна политическая сила не предполагает отпустить завоеванные народы на свободу.

Не будем говорить о так называемых «правых», о черной сотне и Союзе Михаила Архангела. Для таких организаций вообще всякий разговор об империи — жидовская выдумка и чуть ли не государственная измена.

Но и либералы, и социалисты оказываются на поверку чудовищными империалистами. Проектируя будущее, кадеты и октябристы попросту не замечают империи и не занимаются ею. Так, туманно отзываются о «решении национального вопроса путем всеобщей эмансипации», то есть путем уравнения всех в правах. Но народы империи вовсе не страдают от отсутствия либеральных прав и свобод. Они не хотят оставаться в империи, потому что уже получили от нее все, что могли. И находиться в ней потеряло для них всякий смысл.

Анархисты игнорируют империю точно так же, как и либералы. Ах, они заняты совсем иным!

Социал–демократы из РСДРП полагали, что должно состояться «самоопределение не народов и наций, а пролетариата в каждой национальности» — «отдельные требования демократии, в том числе самоопределение, не абсолют, а частичка общедемократического (ныне общесоциалистического) мирового движения. Возможно, что в отдельных конкретных случаях частичка противоречит общему, тогда надо отвергнуть ее» [89, с. 257–258].

Говоря попросту — одной рукой давая право на самоопределение, социал–демократы, и в том числе Ленин, готовы отнять это право в любой момент. Как только частичка начнет противоречить общему.

Право на самоопределение народов России признавали социалисты- революционеры, причем в еще более бескомпромиссном варианте, чем большевики. «Революционная Россия» в № 18 за 1903 год писала, что партия эсеров стоит на позиции «полного и безусловного признания на самоопределение».

Народам, которые после революции захотят остаться в составе России, эсеры предлагали свободную федерацию, причем без малейших требований к политическому строю входящих в федерацию стран и народов.

Звучит замечательно, но есть тут маленькая закавыка… Суть ее состоит в том, что народовольцы были самыми страшными и самыми агрессивными антисемитами. Что и не удивительно.

Вообще–то, в головах людей прочно утвердилась примерно такая формула: «Крайние реакционные группы думают противодействовать революции, разжигая низменные инстинкты толпы и провоцируя, местами, еврейские погромы, не без попустительства полиции» [80, с. 83].

Если так — в число «крайних реакционеров» придется включить и народовольцев. Ткачев приветствовал из эмиграции погромы 1881 года. И разъяснял, что сами по себе погромы — это плохо; но ведь надо же быть с народом… Надо поддерживать народ …

Многие представители «Народной воли» не только агитировали «за», но и сами лично участвовали в погромах: «предполагалось, что погромы приучают народ к революционным выступлениям» [90, с. 618].

Не все они были врагами евреев, но видели в погромах «движение, которое легче всего было направить против евреев, в дальнейшем развитии обрушится на дворян и чиновников. В соответствии с этим были написаны прокламации, призывавшие к нападению на евреев» [91, с. 218].

Известно немало листовок, которые распространялись разными организациями, от «Черного передела» до Южно–русского рабочего союза. Исполнительный комитет «Народной воли»:

«Х то забрав у свoi pукi землi,· лiса та корчми? — Жиди. — у кого мужик, часом скрiзь слезы, просить доступить до своего лану? — У жидiв. — Куда не гянешь, до чого нi приступиш, жиди усюди».

И завершается призывом: «Пiдимайтесь же, честнi робочi люде!».

В листке «Народной воли» (уже в 1883 году): «Погромы — начало всенародного движения …».

Листок «Зерно» «Черного передела»: «Невтерпеж стало рабочему люду еврейское обирательство. Куда не пойдет он, почти всюду наталкивается на еврея–кулака».

Что за дикое представление, будто социализм противоречит национализму и империализму?! Что «прогрессивные» идеи мешают теснить и грабить инородцев?! Самую страшную резню в Ирландии устроил прогрессивный Оливер Кромвель, страшный враг отсталости и феодализма. Королевское правительство в Испании сохраняло автономию для басков, а коммунисты и анархисты устроили в Басконии резню. Турецкие султаны теснили армян налогами — но массовое истребление армян, убийство до двух миллионов человек — на совести партии младотурков, прогрессивных до социализма. Славяне в Австрии вынуждены были поддерживать правительство, потому что их резали «прогрессивные» революционеры.