Чтение онлайн

За официальной частью собрания последовало закрытое заседание – оно было не похоже на те, что Льюис когда-либо проводил, будучи генеральным директором. Льюис, который, казалось, был на взводе, слушал, как несколько членов совета задавали ему вопросы о величине убытков, зафиксированных в отчетности BofA и Merrill Lynch. Никто из членов совета не паниковал, но за семь лет на посту генерального директора Льюису еще не приходилось сталкиваться с открытым и вызывающим сопротивлением со стороны директоров, большая часть которых была назначена им самим. Некоторые члены совета серьезно воспринимали свои обязанности перед акционерами.

Ближе к концу заседания Льюис удивил всех, заявив, что Брайан Мойнихан, руководивший инвестбанком BofA до приобретения Merrill Lynch, покидает организацию. В связи с тем, что Брюс Хаммондс должен был выйти в отставку с 1 января, Мойнихану предложили занять его место – возглавить подразделение компании, которое занималось обслуживанием кредитных карт и базировалось в Уилмингтоне (штат Делавэр). Но Мойнихан, чья семья жила неподалеку от Бостона, не хотел срывать с места жену и детей ради того, что с точки зрения карьерного роста было в лучшем случае перемещением по горизонтали.

В течение четырех лет с момента поглощения Fleet Financial Мойнихан оставался верным и непоколебимым сторонником Льюиса. Он брался за восстановление тех направлений деятельности, которые Льюис просил его привести в порядок, безоговорочно выполнял приказы, которые получал из штаб-квартиры, и безжалостно урезал расходы, когда Олфин говорил ему, что это необходимо. В первый год работы он даже порвал свой контракт, гарантировавший ему крупную выплату в результате передачи управления, чтобы доказать свою преданность новой компании. И вот теперь его карьера зашла в тупик. В Bank of America было как в армии, когда рядовому приказывают накрыть своим телом гранату, то он сначала накрывает ее, а потом задает вопросы. Но после того как появление Тейна в компании отодвинуло его на второй план, Мойнихан решил, что бессрочное назначение в Уилмингтон было уже слишком даже для него.

Когда Мойнихан отверг новое назначение, Льюис принял неизбежное решение.

– Тогда, я полагаю, вам придется покинуть банк, – сказал он.

Мойнихан не хотел уходить и просил Льюиса найти для него какую-нибудь другую должность, но генеральный директор ясно дал ему понять, что у него не будет второго шанса. Или он принимает любое назначение, или покидает организацию.

Весь день, пока шло собрание акционеров, Мойнихан убеждал Льюиса пересмотреть решение об увольнении и позволить ему работать поближе к Бостону, но Льюис был непреклонен.

И таким образом, начиная с пятницы карьера Мойнихана в Bank of America закончилась. Приход Тейна в Bank of America привел Мойнихана, который так и не стал своим для Льюиса, Олфина и компании, не только к потере заметной должности на Уолл-стрит, но и к предложению столь неприятному, что Мойнихану скорее пришлось бы покинуть банк, чем принять его.

На закрытом заседании после собрания всего совета директоров Чед Гиффорд и Томас Мэй – два директора, которые пришли после поглощения Fleet Financial в 2004 году, – горько сетовали по поводу увольнения Мойнихана и проявляли такую враждебность, которую Льюис редко встречал среди директоров. Они были давно знакомы с Мойниханом, который был последним топ-менеджером Fleet Financial, оставшимся в BofA. Другие топ-менеджеры из этого банка уже давно покинули Bank of America, как только поняли, что им не по зубам мафия из Шарлотта. Заседание закончилось сразу же после объявления об отставке Мойнихана, и приезжие директора отправились в аэропорт, чтобы лететь домой.

Вскоре после заседания Тим Майопулос, который был удивлен величиной убытков Merrill Lynch, описанных Джо Прайс на собрании совета директоров, отправился в кабинет Прайса, чтобы получить объяснения. Он дал Прайсу совет о том, что не стоит раскрывать эту информацию, пока убытки Merrill Lynch оставались в определенных пределах, но последние данные означали, что компания уже превысила те границы, из которых исходил Майопулос, когда давал свои рекомендации. На 58-м этаже секретарь-референт Прайса сообщил ему, что финансовый директор будет занят до вечера.

Майопулос вернулся в свой кабинет на 57-м этаже. У него была масса дел. Среди прочего он изучил проект пресс-релиза, посвященный уходу Мойнихана из компании. Заголовок гласил: «Bank of America планирует провести сокращения», – а ниже была надпись: «Брайан Мойнихан покидает компанию». Майопулос просмотрел объявление на предмет формулировок, которые могли стать основанием для возбуждения дела. Он внимательно изучил шаблонные фразы, приведенные на второй странице документа.

«Я рад был работать в Bank of America, но настало время для решения новых задач», – говорил Мойнихан.

«Брайан – один из выдающихся руководителей, который охотно брался за решение тех задач, которые мы ему подбрасывали, и добивался успеха в этом, – заявлял Кен Льюис, председатель и генеральный директор банка. – Мы уверены, что он везде добьется успеха».

После завершения собрания совета директоров в 2 часа дня Льюис проводил совещание членов своего руководящего комитета на 58-м этаже для изучения вопроса о выплате компенсаций и бонусов для руководителей и рядовых сотрудников Bank of America. Но вопрос о подразделении кредитных карт оставался нерешенным. Брюс Хаммондс, глава этого подразделения, не собирался в отставку. Льюис и Олфин сказали ему буквально следующее: с учетом растущих убытков банка важно, чтобы по крайней мере один топ-менеджер покинул банк как знак того, что BofA взялся за сокращение расходов. Чтобы подсластить пилюлю, Льюис предложил ему значительный пенсионный пакет. Теперь, когда Мойнихан отказался от должности руководителя подразделения по обслуживанию кредитных карт, руководство попросило Хаммондса остаться. Но Хаммондс обдумал идею об отставке и решил, что она ему подходит, поэтому он сказал «нет», он не собирается возвращаться.

В процессе обсуждения компенсаций Барбара Дизоер, которую назначили руководить ипотечным направлением BofA, включая и операции Countrywide, спросила Эмми Бринкли о Дэвиде Онорато, одном из лучших юристов, работавшим под началом Майопулоса, главного юрисконсульта. Майопулос и его сотрудники находились в подчинении Бринкли, главного директора по управлению рисками, а Онорато – очень опытный юрист – недавно уволился из компании.

Члены руководящего комитета прекрасно знали о том, что сотрудники юридического отдела всегда жаловались по поводу оплаты их труда

– Он пытался нас шантажировать, – ответила Бринкли, имея в виду ультиматум, который Онорато предъявил ей в отношении его компенсационного пакета, сказав, что если Bank of America не станет платить ему столько, сколько он стоит на рынке, то он уйдет. Присутствующие подтвердили это. Члены руководящего комитета прекрасно знали о том, что сотрудники юридического отдела, начиная с Майопулоса, всегда жаловались по поводу оплаты их труда. Проблема оплаты юрисконсультов BofA стала настолько острой, что Олфин уже отказал Майопулосу в этом году и почти наорал на него, говоря, что не желает выслушивать постоянные жалобы от юридического отдела на неадекватную оплату труда.