Крапленая обойма
Шрифт:
Я отпрянул от окна и свалился задницей на землю. Мои сто тысяч уплывали. Я уже чувствовал это всеми клеточками тела. Почему-то оставшиеся пятьдесят тысяч не очень мне согревали душу. Наверное, оттого, что я, дурак, настроился на большее. Конечно, дурак. Нужно было иметь голову и сразу понять, что ничего не выгорит, что не удастся мне опередить пулю.
Я передернул затвор пистолета и медленно приподнялся. А затем двинулся к двери. Ожидать можно было чего угодно. Но я лично уже ничего не ожидал. Если человек, лежащий возле окна, мертв, то вряд ли кто-нибудь будет в доме. И все же. Кто его знает, что меня могло встретить там, внутри избы. Иногда – а если честно, довольно часто – происходит совсем не то, о чем ты думаешь.
Моя рука легла на ручку двери. И дверь тут же плавно со скрипом подалась внутрь.
Я отпрянул в сторону. Убежденность убежденностью, но когда тебе вдруг пошлют пулю в башку, и ты в последний миг поймешь, что твоя убежденность не более чем глупость, то... В общем, не совсем это приятно. Поэтому лучше подстраховаться.
Прижавшись к косяку двери, я включил фонарь и направил луч света в комнату. Быстро обшарил им все помещение, желая как можно быстрее обнаружить опасность, если она существовала. Ничего заслуживающего внимания, кроме лежащего на полу человека, я не заметил. Ну, а когда рассмотрел тело, то понял, что был прав с самого начала.
Возле трупа находиться не было смысла. Голова была просто снесена – словно после взрыва. И я понял, что против этого человека было применено то же оружие, что против Корша и Лора.
Я все же решился и после нескольких минут колебаний вошел в избу. Половицы при каждом моем шаге предательски поскрипывали. Хотя я и убеждал себя, что бояться мне здесь уже нечего – кто-то сделал дело и свалил, – все же присутствие трупа не способствовало успокоению нервов.
Я подошел поближе к телу и хорошенько обследовал его. Легкий шелковый костюм. Шелковая голубая рубашка. Интересно, откуда в него стреляли? Оконное стекло было целое. Скорее всего, убийца просто открыл дверь и выпустил пулю в жертву. Хотя с близкого расстояния проще было выстрелить из пистолета, снайпер остался верен винтовке.
Окно было чистым, а вот торцовая стена заляпана кровавыми сгустками. Фейерверк тут получился неплохой. Если бы не моя профессиональная закалка, от такой картины меня наверняка бы стошнило.
Я присел возле трупа и похлопал по карманам пиджака. Во внутреннем что-то было. Отбросив полы пиджака в стороны, я вытащил из внутреннего кармана паспорт. Когда раскрыл, то понял: передо мной лежит тот, кого я и искал. С фотографии на документе на меня смотрел Третий. Каким-то образом капля крови попала на первый лист документа. Что ж, будет доказательство для Хана. И прощайте, мои сто тысяч.
Тут я подумал, что нужно убираться, а то и пятьдесят тысяч мне не понадобятся. Сунув паспорт себе в карман куртки, поднялся и прошелся по комнате, пытаясь обнаружить что-нибудь интересное. Три кровати, не застеленные, одеяла скомканные. Посреди комнаты – деревянный, слегка покосившийся стол, на котором стояла миска с недоеденной картошкой. Поскольку миска была одна, можно было судить о том, что в комнате находился один человек. Но три смятые постели свидетельствовали о наличии еще двоих. Как минимум. Хотя... Есть мог и один; остальные, скажем так, были не голодны. Вопрос лишь в том, когда в этой избушке было больше одного человека. То бишь не один Третий. Постели могли быть не заправлены и неделю, если хозяева не особо аккуратные.
В самом углу располагалась печка, на полке которой высилась горкой немытая посуда. Да, по всей видимости, те, кто здесь жил, не отличались чистоплотностью.
Я вернулся к трупу и дотронулся до руки. Она была еще теплой. Значит, убили Третьего не так давно. На этом я завершил осмотр. Делать выводы можно было и в другом месте – более спокойном и безопасном. Я вышел из избушки, протер ручку, за которую брался, и двинулся к машине.
Пока я шел к мосту, то подумал, что по забывчивости наследил в избушке. Придется со своей обувью, которая была у меня сейчас на ногах, расстаться. Береженого бог бережет.
Я добрался до «БМВ» без приключений, завел движок и отправился назад тем же путем, каким приехал сюда.
Глава 8
К тому времени, когда Хан появился в казино, заведение малость опустело. Остались лишь самые крепкие, которые не собирались уходить до закрытия. Один рулеточный стол пустовал. За вторым несколько человек усердно ставили фишки и жадными глазами пялились на прыгающий в лунках шарик.
Возле покерного стола было оживленно. Там собрались не только те, кто играл, но и просто любопытствующие. Последних было несколько больше, чем обычно. Хан сразу смекнул, что происходит там нечто неординарное. Только хозяину это радости не принесло, потому что он уже лишился двадцати тысяч баксов. И чем еще его могли удивить? Новым проигрышем его казино?
Хан угадал. Как только он в сопровождении Бурого вошел в игровой зал, из-за покерного стола выбрался Финт и ринулся ему навстречу. По расстегнутому пиджаку и перекошенной роже этого холуя Хан понял, что ничего хорошего ждать не стоит.
– Хан, тут... – начал Финт и осекся; он не знал, в каких выражениях сообщить дурную весть хозяину.
– Что, падла? В говно продолжаешь садиться?
– Я все делал, как ты велел, – стал оправдываться Финт.
– Да? И что я велел? Проигрывать?
– Нет. Делать небольшие ставки.
– Ну и?
– Я ставил. И... и... – залепетал Финт, отводя глаза.
Он знал нрав Хана, знал, что тот мог просто въехать в морду, прямо при всех. А еще хуже – предложить поговорить с Бурым или еще с кем из бойцов. И то и другое могло закончиться потерей зубов, отбитыми почками или сломанными ребрами.
– На сколько влетел? – сразу же взял быка за рога Хан.
– Я ставил очень немного, – проскулил Финт.
– На сколько влетел, сука?
– Еще десять тысяч.
– С завтрашнего дня будешь драить у меня туалеты. На твое место я найду настоящего «финта». – Хан оглянулся на Бурого. – Проследи.
Тот молча кивнул.
– Что хочет этот везунчик? – снова обратился к Финту Хан.
– Пока ничего. Он ждет тебя.
Хан задумался, а затем спросил:
– Он все время сидел за столом, пока меня не было?
– Да. – Тут Финт неожиданно вспомнил: – Только один раз звонил.
– Звонил? Куда?
– Не знаю. Он попросил мобильник. Вышел из-за стола и в углу, где никого не было, поговорил. Потом вернул телефон и продолжил игру.
Лицо Хана совсем помрачнело. Он не любил загадок. И уж точно не хотел их от этого человека.
– Проводи его ко мне в кабинет. Скажи, что там он получит выигрыш.
С этими словами Хан двинулся к двери, которая вела в его комнату.
Бурый не отставал. Оказавшись за дверьми, где никого из посторонних не было, Хан оглянулся на него:
– «Волына» у тебя?
Тот кивнул.
– Будь готов запустить этой суке «маслину» в башку.
Бурый оскалился. Такая перспектива его нисколько не смущала.