Чтение онлайн

У Матвея зачесались руки. Вернее, пальцы. Хотелось дать щелбана. Потому что бить таких жалких мужчинок он считал делом постыдным. Но Матвей сдержался. Он взял Федора за плечи, приподнял и переставил, чтоб проход не загораживал. Через несколько секунд он скрылся в здании издательства, куда непризнанного гения уже не пускали.

– Опаздываешь, Матео, – первое, что услышал Матвей, зайдя в свой кабинет.

– Виноват, каюсь, – ответил он начальнице Наталье Ивановне. Она была мировой теткой, но когда дело касалось трудовой дисциплины, становилась суровой.

– Еще такое повторится, лишу премии.

– Да он не виноват, – встала на защиту Матвея, упорно называемого начальницей на испанский лад Матео, его помощница Катенька. – Его Федюня задержал, я в окно видела, как он к Матвею подскочил и что-то ему стал говорить.

– Чего ему надо было? – спросила начальница.

Матвей отмахнулся. Посвящать коллег в семейные проблемы он не собирался.

– Я слышала, он себе женщину нашел, – зачирикала Катенька. – Очень и очень взрослую, но богатую. Якобы она будет Федюню спонсировать.

– Кто такое говорит? – спросила начальница, с сомнением глянув на девушку из-под очков.

– Тетя Маша, дворничиха. Она с Федей иногда разговаривает. Вот с ней он радостью поделился.

– Мечтами своими, скорее, – фыркнула она. – Кому он сдался?

– Не скажите… Внешне он ничего. Молодой, здоровый. Непьющий. Почему бы какой-то обеспеченной женщине его не подобрать?

– Лучше бы котенка помойного подобрала. Или щеночка.

– Такие дамы заводят себе песиков породистых.

– Так и двуногого кобеля породистого надо.

– На всех не напасешься! Женщин успешных полно, а мужчин достойных раз, два и обчелся. И те, как правило, геи.

– Матео, ты у нас, оказывается, редкое двуногое животное, – подмигнула Матвею начальница. – Достоин Красной книги.

– А я тут при чем?

– Ну вот если б я была одинокой женщиной со средствами, в любовники взяла бы такого, как ты.

– Для меня было бы честью! – Матвей шутливо поклонился, приложив руку к груди.

– Болтун! – Начальница швырнула в него ластик. – Давай впрягайся в работу. Звонили из типографии. Макеты рекламных плакатов готовы. Сходи посмотри. Если пойдут, отправляйся в торговый центр, где будет акция проходить, прикинь, где лучше развесить. В общем, осмотрись там. Но к обеду чтоб вернулся!

– Не успею. Сейчас пробки.

– На метро езжай.

– Наталья Ивановна, будьте добрее к двуногому животному, которого вы еще три минуты назад хотели занести в Красную книгу. Вымру ведь!

– Ладно, живи. Но в три у нас с тобой встреча с мэтром, к ней ты обязан поспеть! – Мэтром они называли писателя, который начал издаваться еще при СССР, потом ушел в творческий простой на четверть века, а теперь вновь вернулся к литературе.

Матвей послал начальнице воздушный поцелуй и понесся в типографию.

Забрав и одобрив макеты, он покинул здание. Однако перед тем, как выйти на улицу, обозрел окрестности. К счастью, Федор покинул свой пост, и Матвей смог спокойно дойти до машины.

Он выруливал со стоянки, когда затренькал телефон. Матвей включил громкую связь и начал разговор с Вадиком, именно от него поступил вызов, с вопроса:

– Как прошел обед?

– Неплохо, – ответил друг. – Душевно очень посидели, пообщались. Потом я проводил ее домой.

– На чай не пригласила?

– Увы, нет. И вообще распрощались как-то очень быстро. Виола, можно сказать, сбежала от меня. Сказала, у нее куча дел, а она и так со мной провела больше времени, чем планировала…

Он замолчал. Матвей надеялся, что разговор на этом закончится (ему хотелось сосредоточиться на дороге), но Вадик продолжил:

– Она изменилась сильнее, чем я ожидал. И я не о внешнем преображении сейчас.

– Одно без другого не бывает.

– Согласен. Но я думал, она станет увереннее, избавившись от внешних недостатков. А все с точностью до наоборот произошло.

– Да брось!

– Я тебя уверяю.

– Не замечал.

– Я ее чувствую, это во-первых. А во-вторых, ты ее видишь часто, и изменения, происходящие постепенно, в глаза не бросаются. А между тем она в свою красивую раковину так глубоко забилась, что не добраться до мякоти.

– Ну и слово подобрал!

– Я о душевной, а не о том, о чем ты подумал.

Ни о чем ТАКОМ Матвей не думал, просто аллегории друга считал неудачными.

– Вадь, слушай, я за рулем, давай попозже созвонимся?

– Стой, не отключайся. Последний вопрос: тебе Виола не звонила вчера вечером или сегодня утром?

– Нет. А что? Хотел узнать, не говорила ли она что-то о тебе?

– Просто у нее номер выключен вот уже почти сутки. Я беспокоюсь.

– Хм… Странно. Она всегда на связи.

– Может, на рабочий позвонить или домашний?

– У нее только мобильный. Другие ни к чему.

– А номер кого-то из ее родственников у тебя есть?

– Да что ты распереживался? Подумаешь, трубку не берет. Может, загуляла, теперь отсыпается, еще утро только.

– Уже двенадцатый час. И, если ты помнишь, ее подругу недавно убили.

– Ладно, позвоню ее тетке, у меня где-то был номер.

– Как только что-то станет известно, сообщи мне, пожалуйста.

– Непременно. А теперь пока, паникер.

И отсоединился. Но телефон в покое не оставил. Стал набирать номер Виолы. Как и говорил Вадик, телефон был выключен или находился вне зоны действия сети. А на часах между тем десять минут двенадцатого.

Матвей принялся листать телефонный справочник. В нем должен храниться номер тетки Виолы. Как-то сеструха взяла его с собой к ней в гости. Как потом оказалось, не просто так. В квартире имелся старинный шкаф такого размера и веса, что передвинуть его мог не всякий. У сына Риммы, к примеру, это не получалось. Но здоровенный Матвей справился с махиной. За что был засыпан комплиментами и накормлен удивительно вкусным тортом собственного приготовления. Тогда-то они с Риммой телефонами и обменялись.