Чтение онлайн

— Ты откуда ректора знаешь? — спросила Олеся.

— Старые знакомые. Ладно, пойду.

Девушка ничего не ответила, лишь кивнула головой. Ну и денек! Надо Юле позвонить, а то она куда-то убежала. Буду мстить за свитер.

Поговорив с Герцман минут пятнадцать и разработав небольшой план мести, я отправилась на остановку. Автобус подошел достаточно быстро, и уже вскоре я была на своей остановке. По дороге до дома, я вспомнила, что для завтрашнего дня мне надо кое-что прикупить. Поэтому, мне пришлось развернуться и направится в хозяйственный магазин.

Из магазина я вышла очень довольная, бережно укладывая в сумку пакет с покупками. Может, это и детский сад, но у меня было другое детство.

— Вась, ты что светишься, как лампочка Ильича? — спросила мама, стоило мне только переступить порог дома.

— Настроение хорошее! — радостно ответила я.

— Ты, случаем, не влюбилась? — нахмурила брови родительница.

— А?

— Не влюбилась, случаем, спрашиваю? — повторила мама вопрос.

— Нет, — заверила я ее. — Мне сейчас немного не до этого.

— Ох, и не нравится мне твоя интонация, дорогая. Что задумала?

— Мама, — невинно похлопала я глазками, — ну, как ты могла так обо мне подумать?

— Василиса, тебя ведь не выгнали? — выдвинула новую причину моего странного поведения.

— Нет, ты же знаешь — я прилежная ученица.

— Ладно, верю. Иди, ешь! — мама, наверно, поняла, что добиться от меня ничего не сможет, и решила отступить.

После ужина, сославшись на усталость, я направилась в комнату. Дверь на замок. Отлично! Теперь модно приступать. Я достала ватман, краску и кисти. Сейчас буду творить. Через пару часов я была вся перепачкана в краске, но посмотрев на свой холст, я осталась довольна.

Осталось завтра повесить это незаметно на самом видном месте. Главное, чтобы никто не заметил, что это я, а потом сделать еще одну маленькую пакость. В этих делах я мастер.

Я, конечно, понимаю, что для баловства мой возраст уже не подходит, но у меня детство… тяжелое было… немного.

Надо в ванну незаметно от мамы пробраться и смыть все следы творчества. А то нехорошо получится, если я запалюсь.

С утра я ждала Юлю. Она, разумеется, как всегда опаздывала.

— Привет! — практически бежала девушка. — Я проспала.

— Привет. Юль, ты ведь мне друг? — осторожно спросила я.

— Нет, я тебе подруга. Что случилось?

— Опоздаем немного? — предложила я.

— Ты уже все сделала? — удивилась Герцман.

На занятие мы опоздали на двадцать минут. Получили нагоняй от профессора, но это не испортило нам настроение. Мы сидели и улыбались. На нас начали поглядывать, наверно, раздумывая, стоит вызвать нам скорую помощь прямо сейчас или хотя бы дождаться перерыва.

— Перестань так лыбиться! — ткнула меня локтем добрая соседка. — А то вобла все поймет.

— Сама перестань! — не осталась я в долгу. Если на моем лице такая же дебильная улыбка, как и у Юльки, то нас быстро раскроют. Осталось сделать еще одно дело, и я отомщена.

Обычно на больших перерывах, да и на маленьких, в принципе тоже, практически все студенты собираются на пятачке. На каждом этаже есть такой. Кто-то остается на том этаже, где проходят занятия, а кто-то предпочитает бегать по этажам. Мне большого удовольствия собираться толпой не доставляла, но сегодня я решила, что будет не плохо, если мы с Юлей немного пройдемся.

Когда мы подходили к тому самому пятачку, то увидели большое скопления людей, которое очень громко смеялось. А причина смеха была очень проста. Справа от лестницы находилась огромная доска объявлений, на которую был приделан ватман с небольшой карикатурой.

На ней была изображена, вы наверно догадались, Лапина. Каждый, наверно, знает, в чем состоит суть карикатуры. Если нет, то объясню. Карикатура — это сатирическое или юмористическое изображение, в котором комический эффект создаётся преувеличением и заострением характерных черт.

На своем холсте я показала практически все, что видела в Алине. Слишком высокая, тощая. Куриные ножки, рыбьи глазки. Ребрышки торчат отовсюду. Слишком длинные ногти и жиденькие волосы, которые вылетали буквально один за другим.

Мы ведь ничего страшного не сделали, просто народ повеселили. А то, что ему, народу, было очень весело, видно не вооруженным взглядом. Только самой Лапиной моя задумка, видимо, не понравилась. Девушка стояла в стороне, и мне даже показалось, что ее лицо покрыли красные пятна. Или не показалось? Точно мне не показалось!

Когда прозвенел звонок, все направились по кабинетам, продолжая обсуждать рисунок. Мне за себя прям так гордо стало. Это тебе, курица, за то, что ты людей принижаешь. Все, осталось еще одна маленькая месть, которую я исполню на следующей переменке.

Когда Алина пришла в аудиторию, то начала гневно тыкать в меня пальцем.

— Это ты сделала, я уверена! — голосила она.

— Я рисовать не умею, — спокойно отозвалась я.

— Значит, тебе подружка помогала! — начала тыкать Алина пальцем в Юлю.

— У тебя что, мания величия? Ты думаешь, мне заняться нечем, поэтому тихими ночами посвящаю время тебе любимой? — сделала очень оскорбленный вид Герцман.

— Вы обе еще пожалеете! — с этими словами Лапина ушла на свое место.

Мы с Юлькой начали трястись от мелкого смеха. И как она догадалась, что это я? Может, потому, что я единственная дала ей отпор?

— Молодец, девчонки, — раздалось совсем рядом. Мы быстро обернулись на голос. Это была та самая конопатая девочка, Катя.

— Мы тут не причем! — хором возразили мы.

— Да? Ну, ладно. Значит, мне показалось, что это вы вешали. Наверно, с кем-то перепутала.

У нас есть свидетель. Что обычно с ними делают? Обычно, в детективах их это… того… убивали. Грохнуть мы, конечно, Катю не сможем. Хотя, судя по ее выражению лица, она полностью нас поддерживает.