Чтение онлайн

— Привет, ужинаем. Тебе разогреть?

— Конечно.

— Пап, а ты что думаешь про нового хозяина клуба? — спросил мальчик, ища поддержки. Он так хотел, чтобы отец порадовался вместе с ним, но очень часто их мнения не совпадали, и он не получал ту необходимую мужскую поддержку.

Елизавета поставила тарелку с гречкой и курицей на стол.

— Да ничего я не думаю, приедет канадский выскочка и будет свои порядки устанавливать. Помается и свалит обратно в свою заграницу, потому что никому наша тьма тараканья нафиг не сдалась, кроме старого доброго Гриба, — довольно резко высказался Краснов, не заметив, как его слова сильно расстроили сына.

— Ты считаешь, он ненадолго? — Лиза ожидала услышать совсем другой ответ. Она была уверена в том, что Макс недолюбливает их директора — Григория Борисовича — и жаждет, чтобы его место занял кто-то другой.

— Ой, Лизк, кому мы нужны? На этой «Оке» только чиновники бабки отбивают. При Грибе хоть как-то подзаработать можно было, а этот новый, кто его знает… С ним еще контакт наладить надо.

Теперь все встало на свои места — им управляла обыкновенная жадность, шкурный интерес. Жаль, Лиза не знала, сколько он таким образом «наподзарабатывал», до нее доходили лишь крошки с барского стола. А вот куда Максим тратил все деньги, она могла только догадываться.

— Я допил. Можно я пойду? — мальчик встал из-за стола и поставил свою кружку в раковину.

— Иди.

— А ты что, считаешь по-другому? — Краснов смерил Лизу тяжелым взглядом, отчего ей стало немного не по себе.

— Мне все равно. Лишь бы платили вовремя, а русские там или канадцы, меня не касается.

— Вот не патриотка ты, Лизка.

— Хорошо быть патриотом, когда у тебя денег полные карманы. А когда не знаешь, как до зарплаты дожить и ребенка прокормить, извини, как-то не до этого, — не сдержавшись, выпалила она и швырнула кухонное полотенце на столешницу. Лиза крайне редко проявляла эмоции в такой форме, потому что чаще всего за этим следовало наказание, но сегодня позволила себе вольность.

— Ну ладно, не заводись, — на удивление спокойно отреагировал Максим. Усадил ее на свои колени и поцеловал в шею. — Спасибо, все было очень вкусно.

— На здоровье, — она старалась не дышать, чтобы не провоцировать мужа на продолжение. — Давай тарелку, я помою.

— Ну прости, я постараюсь больше тебя не расстраивать, — прошептал он ей на ухо.

Краснова попыталась увернуться, но тут же попала в плен его губ. Железная хватка не давала возможности отстраниться, и ей пришлось ответить.

Вдоволь насладившись покорностью супруги, Макс заглянул в ее глаза: ни капли нежности, лишь острые осколки обиды и разочарования.

— Давай уже мириться.

— Зачем, если через два дня, когда тебе вновь захочется выпить, ссориться?

— Не буду я больше, надоело. Ну хочешь, закодируюсь? — предложил он, чтобы вымолить наконец прощение.

— Хочу, — Лиза несильно сжала его плечо в знак поддержки.

— Договоришься на завтра?

— Договорюсь, иди отдыхай.

— Спасибо, любимая.

***

Раскаленные иглы пламени пронзали тело насквозь, едкий дым заполнял легкие, отчего дышать становилось все труднее. Весь мир сузился до крошечной точки на лобовом стекле. Ее лицо. Последнее, что он видел в этой жизни. Лиза… Это конец. Последний вдох, и темнота наконец поглотила его…

Распахнув глаза, Алекс резко сел на постели. Холодный пот струйками стекал по спине, а руки заметно дрожали. Снова этот ужасный сон. Одно и то же. Из раза в раз. Кошмары стали частью его жизни, вот уже много лет изводили его по ночам. Существовали таблетки, способные избавить от сновидений, но такие побочные эффекты, как сонливость и отсутствие концентрации, Гилберта не устраивали, поэтому он старался принимать их не чаще двух раз в неделю. На это время кошмары прекращались и нормальный сон восстанавливался.

Умывшись холодной водой, Алекс прогнал остатки негативных эмоции и посмотрел в зеркало — в отражении был чужой человек. За столько лет он так и не привык к новому внешнему виду. О Евгении Цареве напоминала лишь тонкая, едва заметная полоса, рассекающая скулу. Когда-то эта полоса была большим уродливым шрамом, но пластические хирурги сотворили чудо: вернули ему человеческий облик. Жаль только, душу не смогли прооперировать — себя он потерял окончательно.

Помнил все, будто это было вчера: до тошноты белые стены больницы, бесконечные процедуры и заплаканные глаза матери. Специфический запах медикаментов, казалось, навсегда впитался в кожу. Царев победил смерть, очнувшись после длительной комы, но ему предстояла нелегкая борьба за полноценную человеческую жизнь. Последствия аварии были ужасные: раздробленные кости, множественные ожоги и травмы внутренних органов. Женя перенес огромное количество операций, российские врачи сделали все, что могли, но не давали никаких положительных прогнозов. Даже в лучших московских клиниках не было нужного оборудования и специалистов такого высокого уровня, поэтому главврач больницы, местный светило, порекомендовал профессора из Торонто, который проводил сложнейшие операции и мог поставить Царева на ноги. Тогда родители приняли непростое решение — продать все имущество, взять кредит и переехать в Канаду, чтобы продолжить лечение сына.

Доктор Смит вернул Женю к полноценной жизни, но без последствий не обошлось. Хромота, бесплодие и поражение некоторых участков периферической нервной системы, — с таким набором он остался после многочисленных врачебных вмешательств.

Протезы, заменяющие сломанные большеберцовую кость и надколенник, были поставлены еще в России, но оказывали лишь временный эффект, требовался более современный и качественный материал, применявшийся в Канаде.

Под чутким наблюдением медперсонала проходила тяжелая реабилитация. И если опорно-двигательную систему удалось восстановить почти полностью, то с другими функциями организма дела обстояли гораздо хуже. Повреждения кожных покровов были настолько серьезными, что запустили необратимый процесс — нарушение регенерации. Отсюда рубцы и шрамы по всему телу, изувеченное лицо, в дальнейшем скорректированное пластикой.

Страшный диагноз перечеркнул все надежды на счастливое будущее. Бесплодие. Царев не стал импотентом, сексуальная функция сохранилась, но вот детей он иметь больше не мог.

Распахнув веки, Гилберт с вызовом посмотрел себе в глаза. Во всем этом была виновата Лиза.

— Уничтожу, — сквозь зубы процедил он и содрал зеркало со стены. Швырнул его в ванную, вложив в свои действия всю ту ненависть, что сжигала изнутри.

— Полегчало? — раздался насмешливый голос Элис.

Она стояла, прислонившись к дверному косяку, и бесстрастно оценивала масштабы бедствия.

— Убирайся!

— Да ладно тебе, — его слова не произвели должного эффекта. Брукс мягко провела ладонью по обнаженной спине. — Все будет хорошо.

Алекс вздрогнул, но не отстранился. Концентрируясь на осторожных касаниях прохладных пальцев, вновь обретал себя.

— Все и так хорошо. Уйди, мне надо побыть одному.

— Ты же знаешь, что не уйду, — Элис продолжала гладить плечи, лопатки, поясницу и ощущала, как напряжение постепенно спадает, дыхание становится ровным. Она часто наблюдала такие приступы и знала, что делать. — Болит?

— Нет.

— Пойдем, кофе готов.

— Дай мне пару минут, — уже спокойнее попросил Гилберт.

— Хорошо, — наконец согласилась она и вышла в коридор

***

Время уже давно зашло за полночь, муж и сын крепко спали, а Лиза заполняла медицинские карты на кухне — перед приходом нового начальства нужно было навести идеальный порядок. Наконец расправившись с рабочими делами, она решила позволить себе маленькую слабость: налила ванную и опустилась в горячую воду. Почувствовав, как расслабляются уставшие мышцы, застонала от наслаждения и прикрыла глаза.