Красавица и игрок
Шрифт:
— Теперь расслабь свою позу и отпусти напряжение. Не отрывая глаз от доски, пусть твои локти находится в удобном фиксированном положении. Хорошо. Когда ты бросаешь, двигай рукой, бросай, как будто это бумажный самолетик, но не меняй локоть. Попробуй освободить все пальцы одновременно. Если ты этого не сделаешь, ты испортишь стабильность дротика. Вытяни руку, как будто она нацелена на цель, в которую ты хочешь попасть.
Она бросает, и дротик попадает в кольцо с тройным счетом за пределами яблочка.
Из нее доносится ворчание.
— Черт возьми.
Она бросает еще несколько, промахивается, затем хмуро смотрит на меня.
Я тренируюсь, немного опрометчиво выполняя свои броски, чтобы укрепить ее уверенность.
Начинается соревнование, и я иду первым, мой удар попадает в яблочко и влево. Она подходит к линии и одаривает меня милой улыбкой, которая, я знаю, немного лукавая, затем бросает дротик и попадает в середину яблочка. Она ахает, затем хлопает в ладоши с выражением восторга на лице.
— Ты только посмотри на это? Я выигрываю первая!
— Удачный выстрел, — бормочу я.
— О чем я должна просить? — спрашивает она, постукивая себя по подбородку.
— Пожалуйста, не бери мой телевизор. Мне нужен мой футбол в эти выходные.
Она смеется, когда ее взгляд останавливается на мое футболке, и я удивленно приподнимаю бровь. Я дергаю за ее конец.
— Ты хочешь мою футболку? Раньше ты была моим фанатом…
— Нет. — Она садится и крутится на барном стуле. — Мне нужен Хейсман. Я знаю, что ты не отдашь это навсегда, но я хочу, чтобы он был, по крайней мере, скажем, на месяц.
Я разразился смехом.
— Это мой ребенок. Я целую его каждое утро!
— Ты согласился на что угодно. К тому же, он будет недалеко от тебя. Прямо по соседству.
Я выдыхаю.
— Ты можешь получить его на одну неделю. Ты должна держать его подальше от Спарки. Держи температуру воздуха от шестидесяти восьми до семидесяти двух. Не ставь его рядом с чем-либо…
— Готово! — Она спрыгивает с табурета, подходит к Хейсману, поднимает его и обнимает. — Он такой красивый. И жесткий.
— Не используй это для сексуального удовольствия, — отвечаю я с усмешкой.
— Хорошо. Может быть. — Она плавно возвращается к мишени, ставя трофей рядом со своим телефоном на стол. Она использует свой телефон, чтобы включить музыку, и звук песни Отиса Реддинга My Girl наполняет комнату. — Все в порядке! Давай сделаем следующий раунд. — Она напевает песню, поднимая дротик, бросает его и попадает точно в центр.
— Ты акула дротиков, — обвиняю я, занимая свое место. — Признай это. Твои тренировочные броски были тотальной собачьей чушью.
— Я сказала, что я не сильна в стратегических играх… но я люблю дартс.
— Ты меня разыграла.
Я качаю головой, затем бросаю, попадая близко к ней. Мы оба спешим к доске, чтобы проверить дротики.
— Ничья, — говорю я. — Каждый из нас получает желание.
Она прикусывает губу.
— Ты выбираешь первый.
Мой взгляд задерживается на ее майке.
Она использует свой техасский акцент на мне.
— Это не дартс с раздеванием, дорогой. Моя рубашка не снимается.
— Хорошо. Я хочу твой лифчик на неделю.
— Нет.
— Ты получила мой трофей и не можешь обойтись простым лифчиком? Ух ты.
— Фу. Ты нытик. — Она прячет руки под рубашку и двигается, очевидно расстегивает его, затем вытаскивает из декольте. Все очень профессионально. Ее соски просвечивают сквозь рубашку, а груди покачиваются. Она бросает его мне, и я ловлю красную кружевную ткань.
Я подношу его к лицу, затем провожу языком по краю одной из чашек.
Дыхание со свистом вырывается из нее, ее ресницы трепещут.
— Ронан… я… что ты делаешь?
Что-то, чего я не должен, но…
— Я никогда не говорил, что буду играть в чистую игру.
— Не используй это для сексуального удовольствия, — ворчит она. — Хорошо, мое желание… — Она делает паузу. — Я хочу ты… чтобы надел мой лифчик.
— Ты злая женщина.
— Правила есть правила.
В этой игре нет правил. Мы играем друг с другом, и мы оба это знаем.
— Я никогда раньше не носил женское нижнее белье, — говорю я, покачивая им перед ней. — Мне нужна помощь.
Она забирает у меня лифчик.
— Даже одеться сам не можешь. Бедняжка. Благослови твое сердце господь.
— Ах! Я знаю, что это значит. Просто надень это на меня и поклянись, что никогда никому не расскажешь.
Она застегивает на мне проймы, затем застегивает бретельки на плечах. Она пристраивается позади меня и тянет, потом кряхтит.
— Конечно, это не сломается. — Она поворачивает меня лицом к себе, затем раздувает чашки. Они заканчиваются между моим горлом и верхней частью груди.
— О да, ты такой сексуальный, — бормочет она, и я смеюсь; затем я ловлю себя на отражении в зеркале за мини-баром и стону.
— Это возмутительно.
— Да. Ронан Смит в нижнем белье. У меня TMZ на быстром наборе… — Она тянется к своему телефону, и я вырываю его из ее рук.
— Никаких фотографий. Приготовься проиграть, милая. Давай сделаем это снова. — Я готов выиграть это дело.
Она бросает на меня многозначительный взгляд.
— Мне интересно, почему ты не попросил меня быть твоей поддельной подружкой.
— Потому что я уверен в себе. — И этот лифчик, самая чертовски сексуальная вещь, которую я когда-либо видел. Полностью собираюсь подрочить на это. Мы снова бросаем, и я выигрываю. — Да! — Я сжимаю кулак, пока она хмурится, уперев руки в бедра.
— Чего ты хочешь?
Я думаю об этом.
— Во-первых, мы должны сделать больше, чем три броска. Ты в деле?
— Может быть. — Она смотрит на Дарта Вейдера. — Я бы хотела темного злодея. Я могла бы повесить на него одежду или потанцевать с ним. Так чего же ты хочешь?