Чтение онлайн

Она широко распахнутыми глазами смотрела, как он сжал округлость ее груди. Девичье тело выгнулось. Палец Аарона оставил темную полосу на светлом муслине. Пометив ее.

Диана резко вскрикнула от удовольствия, сжав мышцами лона стержень любимого. Крепко сжав.

Этот крик… был криком облегчения, порожденного острым желанием. Словно она давным-давно ждала его грубого прикосновения.

“Дотронься до меня. Испачкай. Я не против”.

– Будь я проклят! – Аарон сморгнул каплю пота. – Ты тоже этого хотела.

Диана прикусила губу и залилась краской, застенчиво затрепетав ресницами.

– Я… Я не понимаю, о чем ты.

Аарон хохотнул и взял ее за другую грудь. Разумеется, так просто она не признается. Это испортит им обоим удовольствие.

Но теперь он знал правду. Диана тоже представляла это. Мечтала об этом. Возможно, даже запускала руку под одеяло и трогала себя, воображая их соитие.

Проклятье, как он любил ее! Что ж, Аарон намеревался сделать так, чтобы им обоим понравилось.

Он обвел ее затвердевший сосок большим пальцем, непристойно и смело размазывая сажу кругами и, понизив голос, самодовольно сказал:

– Не изображайте невинность, мисс Хайвуд. Вы ждали этого. Жесткой, потной любви деревенского кузнеца. Чтоб эти сильные грязные руки ласкали ваше тело. Ждали, верно?

– Я…

Он почти вышел из нее, затем скользнул глубже и строго повторил:

– Ждала? – Аарон сделал еще пару движений, и Диана несмело кивнула. – Скажи это!

Он сильнее вонзился в нее.

– Да! – выдохнула она.

Дрожь триумфа охватила его тело, затем укоренилась в основании позвоночника – напряженная и жаждущая.

– Покажи мне, любимая. Покажи, как ты этого хотела.

Диана в ответ глубоко и жадно поцеловала Аарона, поймав его язык и сильно всосав, издавая горловые нежные стоны.

– Возьми меня, – прошептала она. – Отметь меня своей. Пусть все видят.

Эти слова пошатнули сдержанность Аарона, подстегнули желание двигаться резче и быстрее, однако он по-прежнему старался придерживаться неспешного размеренного темпа, от которого Диана стонала и извивалась. Натягивалась как струна и тесно сжимала его.

Но вот наконец она содрогнулась, охваченная сладким экстазом.

Слава богу.

Когда Диана пришла в себя, Аарон подхватил ее, снял с наковальни и выпрямился.

– Держись, – проворчал он, – крепко за меня держись.

Та повиновалась, обвив руками его шею, а ногами талию.

Она желала грубой дикарской случки? Значит, именно ее и получит. Десять лет в кузнице выковали из юнца мужчину. Он научился терпению, вниманию к деталям, сдержанности – всему, что необходимо дабы удовлетворить женщину. Но помимо этого, из-за физического труда Аарон стал сильным, подобно буйволу. И теперь пришел его черед.

Расставив ноги на ширину плеч, он напряг бедра, отчего те затвердели, словно древесные стволы. А затем, используя каждую каплю с таким трудом обретенной силы, принялся поднимать и опускать Диану, нанизывая ее на член. Бесстыдно и жестко овладевая ею, сжимая попку своими перепачканными руками.

Всю ночь повторять сей подвиг он бы не смог, но этого и не требовалось. Желание так сводило с ума Аарона, что до финиша ему оставалось всего пара минут. В лучшем случае.

Он упорно не закрывал глаза. Ведь его мечта, самая жаркая фантазия воплотилась в жизнь. Он держал в объятиях Диану, такую идеальную, всю в кружевах, и одновременно растрепанную и испачканную. Хотел видеть ее, не отводить взгляда от блестящей потом ложбинки меж грудей в тот миг, когда его охватит экстаз.

Но вот тело пронзило наслаждение, и веки смежились сами собой. Яростные спазмы обрушились на него, ослепили, вознесли на небо, а потом оставили совершенно опустошенным.

Нежные объятия любимой вернули Аарона в реальность. Объятия и неустанно барабанивший по крыше дождь.

Каким-то образом Аарону удалось отнести Диану к столу и усадить на него. Он натянул брюки и грузно опустился рядом. Над калиткой ему сегодня не работать.

– Ах, Аарон. У меня такие неприятности, – вдруг пробормотала Диана.

Стряхнув посторгазменную истому, тот повернулся и посмотрел ей в глаза.

– То есть?.. Я…

– О, нет, – поспешила она его уверить. – Я не о том. О случившемся я ни капли не жалею. И о прошлой ночи тоже. Совершенно.

Аарон облегченно вздохнул.

– Я разберусь с любой проблемой. Чинить вещи – моя работа.

– Дело посложнее, чем сломанная защелка.

– Что бы это ни было, я разберусь. Если ты еще не поняла… – Он провел пальцем по ее щеке, оставив черную полосу. – Я люблю тебя больше жизни.

Диана закусила губу.

– То-то и оно. На карту поставлена моя жизнь. Меня могут обвинить в преступлении.

Затаив дыхание, Диана ждала ответа. И после долгой напряженной паузы он наконец прозвучал.

Аарон рассмеялся.

Как ей самой хотелось, чтобы это была шутка!

– Боюсь, все серьезно. Меня и правда подозревают.

– Но в чем?

Диана села прямо, болтая ногами в воздухе.

– Когда утром я спустилась из спальни, все дамы уже собрались в столовой. Они шептались обо мне. Я решила, они как-то узнали о нас, о прошлой ночи. Но нет. Миссис Николс обвинила меня совсем не в этом. Они думают, я воровка.

– Воровка?! – нахмурился Аарон, теперь ему стало не до смеха. – Ты?

– В пансионе постоянно пропадали мелкие вещи.

– Знаю, – кивнул Аарон. – Шарлотта мне рассказывала.

– Неужели? Когда?

– Теперь это неважно, – отмахнулся он. – Продолжай!

Диана расправила испачканный лиф и продолжила:

– Прошлой ночью, когда все уехали в Амбервейл, опять кое-что пропало. На сей раз более ценное. Мисс Прайс не досчиталась золотой броши, а миссис Николс – гинеи, причем в собственном столе. И поскольку дома оставалась лишь я…

– Ты не могла быть там одна. Как же горничные?

– Ночевала только Матильда, – покачала головой Диана. – Она спала в комнате миссис Николс. Мадам бы заметила, если бы ее служанка пошевелилась. Возможность взять ценности была только у меня.

– Но ты не крала.

– Разумеется, нет. Я ни разу в жизни ничего не украла. Никто не хочет верить в мою вину, но это кажется единственным логическим выводом. Они считают, у меня развилось необъяснимое пристрастие к чужим вещам. Нечто вроде болезни, которая заставляет воровать.