Чтение онлайн

Раздались вежливые аплодисменты.

— Так что я хотел бы посвятить этот год всем вам и всем ученикам, которые были до меня и будут после. Но, прежде всего…

И он перевел взгляд прямо на меня.

Я подняла фотоаппарат, чтобы не смотреть ему в глаза. Я не знала, что мне делать.

— …я хочу посвятить эту победу самой невероятной девушке из тех, кого я знаю и, возможно, вообще из всех, кого когда-либо встречу…

Я нажимала и нажимала на кнопку спуска затвора, как будто так я могла притвориться, что я обычный наблюдатель, что меня вообще там нет.

—.. моей девушке, Алексис Уоррен.

— О-о-о-о-о, — протянула толпа.

— Леке, — сказал Картер и рассмеялся. — Опусти фотоаппарат.

У меня не было выбора.

Он посмотрел прямо на меня, а потом произнес:

— Алексис… Я люблю тебя.

Эти слова пролетели над полосками, нарисованными на поле. Они отразились от здания школы и эхом вернулись обратно.

Я была окружена. Беспомощна.

Такие кошмарные сцены обычно видишь в плохих романтических комедиях, а не на школьном футбольном поле. Толпа словно сошла с ума: все завопили и одобрительно засвистели. Я стояла на месте и смотрела на его широкую, счастливую, но немного рассеянную улыбку.

А потом я побежала.

Толпы людей вокруг меня слились в одно большое пятно. Я направлялась к боковой линии, пытаясь сбежать в темноту. Люди начинали говорить со мной, смеялись и удивленно восклицали, пока я протискивалась между ними, мимо передних рядов трибун, к выходу.

— Алексис? Ты в порядке? — крикнула мисс Нэ-геш, когда я пробегала мимо, но я не остановилась.

— Лекси! — прямо передо мной по ступенькам спускалась Кейси с сумкой в руках.

Наши пути пересеклись. Кейси схватила меня за руку и потянула за трибуны, туда, где слышались лишь сдавленные отголоски громоподобных слов, звучавших из колонок.

Там было очень темно, и я на кого-то натолкнулась. Это оказалась миссис Уайли.

— Алексис, — сказала она строгим голосом. — Ты не видела Меган?

Лучше бы я натолкнулась на разъяренного медведя гризли.

— Извините, — ответила я. — Мне сейчас некогда разговаривать!

Миссис Уайли кинула нам вслед ошарашенный взгляд.

В одной руке я держала фотоаппарат, а другой вцепилась в Кейс. Я знала только одно: нужно убраться отсюда. Нужно уходить.

Мы почти добежали до выхода. Еще чуть-чуть — и свобода.

— Алексис?

На моем пути возникла Таши. Я резко затормозила. Еще пару сантиметров — и я бы в нее врезалась.

— Что ты делаешь? — спросила она. — Ты куда?

— Домой, — выдохнула я. — Плохо себя чувствую.

Я привыкла к тому, что Таши всегда безмятежно улыбается. Никогда раньше я не видела ее такой суровой. Ее глаза сверкали от злости, а губы сжались в тонкую линию.

Возьми себя в руки, — проговорила она, — а потом возвращайся на матч. Ты опозоришь Картера и весь Солнечный клуб.

— Картер сам себя опозорил! — воскликнула я, — Я не просила его вставать перед всей школой и говорить… говорить, что он… — Я даже не могла заставить себя произнести эти слова. Все это было ужасно. Я чувствовала себя так, как будто меня ударили в живот.

Таши сделала шаг вперед. Кейси невольно подалась назад.

— Ты хочешь сказать, — начала Таши, — что ты ни одним своим словом или действием не подталкивала его к этому маленькому признанию?

У меня заболела голова. То есть да. Конечно, я подтолкнула его к этому и словами, и действиями. Но это не значило, что во всем виновата я! Мы с Картером прожили пять месяцев, ни разу не сказав: «Я люблю тебя». Этот момент должен был стать бесценным, очень личным. Теперь он был испорчен.

— Как думаешь, каково будет Картеру, если ты не вернешься? — спросила Таши.

Я представила, как он стоит на сцене с микрофоном в руке. Спускается по лестнице. Объясняется со всеми. Совершенно один.

На поле противно запищал микрофон. Мое сердце сжалось от жалости к Картеру.

— У тебя нет права так поступать, Алексис, — тихо проговорила Таши. — Ты не можешь убежать. Нельзя делать только то, чего хочешь ты. Тебе нужно вернуться и быть такой девушкой, какой тебя хочет видеть Аральт.

Все еще пытаясь отдышаться, Кейси бросила на меня умоляющий взгляд, который говорил: «Пойдем домой!»

Быть такой девушкой, какой тебя хочет видеть Аральт. У меня в буквальном смысле не было выбора.

— Я должна вернуться, — сказала я сестре. Ради Аральта. — Ради Картера.

Кейси посмотрела себе под ноги.

В первый раз за все это время Таши обратила внимание на мою сестру.

— Тебе тоже нужно вернуться, — сказала она. — Ты нужна сестре. Ты нужна нам всем.

Но серьезное лицо Таши не напугало Кейси. Она просто склонила голову набок и сказала:

— Если Алексис хочет, пусть остается. Но я иду домой.

Я ожидала услышать от Таши недовольный ответ, что-нибудь про долг перед клубом, или про связь, которая нас объединяет, или что-нибудь в этом духе. Но Таши просто внимательно посмотрела на Кейси, как будто пыталась запомнить ее лицо. Потом она повернулась и пошла обратно на трибуну.

— Я ухожу, Лекси, — сказала Кейси. — Плохо себя чувствую.

— Кейси, прошу тебя, — сказала я. — Пожалуйста. Останься. Ты справишься с этим. Ты сильная. Ты можешь…

— Ты ошибаешься, — отозвалась она. — Я недостаточно сильная. Я не смогу смотреть, как ты будешь это делать.

— Но у тебя есть долг перед Аральтом, — напомнила я. — Подумай хотя бы об этом!

— Нет, — она покачала головой, почти не дыша. — Я ничего никому не должна.

И она заплакала — крупными, кристально чистыми солеными слезами.

Тут я все поняла.

— Я не принимала клятву, — сказала она.

Я невольно подалась назад, подальше от нее.

— Ну вот. Теперь ты знаешь. Я ужасная сестра. — Она бросила взгляд в сторону футбольного поля. В ее глазах было что-то близкое к безумию. — Я втянула тебя в это и теперь не могу помочь выбраться.

Она подняла руку и распустила волосы.

— Самое ужасное, — проговорила она, — то, что ты даже не хочешь выбираться.

У меня не было слов. Я в буквальном смысле не могла придумать, что сказать в ответ. Поэтому я просто сделала шаг назад. К Картеру, Таши и Солнечному клубу.

— Мне надо идти, — сказала я и зашагала к полю.

Убегая, я думала, что время как будто ускорилось, но сейчас все вокруг было словно в замедленном движении. Когда я показалась из-за трибуны, Картер только выходил с поля. Люди, стоявшие между нами, сразу разошлись в стороны. Он протянул ко мне руки, и я кинулась прямо в его раскрытые объятия. Все звуки слились в громкий гул, а в глазах у меня поплыли точки от прожекторов. Картер прижался губами к моему лбу.