Чтение онлайн

Она отстранилась от него и посмотрела в глаза. Руслан отвернулся и провел руками по волосам. Оливия впервые увидела его таким, ранимым.

— Оказывается, ты хотел быть папой?

— Все это время я думал о том, каким мог бы быть этот ребенок, если бы она оставила его. Он даже не оказался моим, — горько усмехнулся он. — Обычно папами себя чувствуют после рождения ребенка, а я — раньше, даже засыпал с рукой на ее животе, хотя и живота там еще не было. Все это…не знаю…неправильно.

На это ей нечего было ответить, и она возненавидела незнакомую ей женщину.

— Поехали, догоним твою сестру, — сказал он, подтолкнув ее к машине. — Наверное, она уже далеко от нас, но дорога ведет только в сторону Москвы. Хотя бы знаем это.

Ему стало чуть легче, но тупая внутренняя боль никуда не делась. Оливия села в машину и пристегнула ремень. Он вырулил на дорогу и прибавил скорость, хотя на этом участке дороги было скоростное ограничение.

— Как она незаметно увела ребенка? Где была ты в это время? — спросил он через минуту.

— Я была в душе. Мама уехала по делам. Я позвала Алису и в окне увидела, как она быстро садится в машину, а ребенок — на заднем сиденье, — сказала Оливия, покосившись в его сторону. — Может, я сяду за руль?

— Я в порядке, — произнес он и вздохнул. — Немного перенервничал. Если Алиса не сопротивлялась, то она посадила ее с помощью обмана. Она еще ребенок и может поверить чему угодно. Оливия, ты понимаешь, что для безопасности ребенка в салоне ее машины нам остается только ехать за ней и держаться на приличном расстоянии?

Оливия улыбнулась ему и ответила:

— Понимаю, но есть один маленький нюанс. Ехать ей придется недолго, потому что еще вчера я слила почти весь бензин из ее бензобака. Мы просто будем ехать за ней, и ждать, пока ее машина заглохнет на дороге.

Довольная своей речью, она сложила руки на груди, откинулась на кресле и стала смотреть вперед. Руслан все еще прокручивал в голове ее слова и, усмехнувшись, произнес:

— Ты слила бензин…

— Да и не спрашивай как. С большим трудом. Я всего лишь мама, которая думает о безопасности ребенка, — вставила она следом. — Не смотри на меня так. Надеюсь, в твоей машине топлива достаточно? — спросила она, заглядывая ему в приборную панель.

— Полный бак.

— Расскажи о себе что-нибудь, — попросила Оливия через минуту. — Разговор поможет тебе отвлечься.

Он снова улыбнулся ее словам и, прошептав слово «женщины», сказал:

— Боюсь, что это не для твоих ушей.

Они проезжали посреди простирающейся с обеих сторон лесополосы.

— Ты развелся с ней, потому что она избавилась от ребенка? — спросила она, молясь, чтобы он не разозлился.

В идеале нежелательно было затрагивать эту болезненную для него тему, но она не смогла приструнить свое любопытство. Да и когда еще будет возможность спросить?

— Да, — коротко ответил он и заметил автомобиль Вики. — Мы почти догнали ее. Она не говорила, зачем ей нужна Алиса?

Оливия покачала головой. Автомобиль Вики замедлился и, проехав еще километр, остановился. Они притормозили в нескольких метрах от нее.

— Самое главное, сохраняй спокойствие, — произнес Руслан, когда Оливия, отстегнула ремень, выскочила наружу и сердитыми шагами направилась к автомобилю сестры. — Ну вот. Сейчас начнутся женские разборки, — пробормотал он и вышел наружу, приготовившись к неизвестности.

Руслан сделал пару шагов в их сторону и резко остановился. Оливия открыла дверь машины и за волосы вытянула Вику наружу. Та вцепилась в ее руки в попытке освободить волосы, но видимо хватка была сильной. Он услышал женское ругательство и крик Вики.

— Ты что делаешь?! — опомнившись, крикнул Руслан, подбегая к ним.

Но он не успел ничего предпринять. Оливия потащила брыкающуюся сестру к кювету и толкнула туда. Девушка упала вниз и скрылась в яме с высокой травой.

Оливия открыла заднюю дверь и уставилась на сидящую Алису.

— Успокойся. Главное, что ребенок в порядке, — сказал Руслан.

— Чем она только думала?!

Руслан услышал, как задрожал ее голос и только сейчас понял, что она пережила, хотя внешне была почти спокойной. Из-за своих проблем он до конца не осознавал очевидных фактов — ее ребенка пытались украсть. Он положил руку на плечо Оливии, которая боролась с подступающими слезами и прошептал:

— Не плачь, ты сейчас напугаешь ребенка.

— Я испугалась…

— Я знаю. Ты ничего и никому не обязана объяснять, — прошептал он.

— Привет, дядя Руслан.

Девочка улыбнулась ему искренней улыбкой. Он улыбнулся в ответ и поздоровался.

— Где тетя Вика? Мы едем встречаться с папой, — произнесла Алиса и повертела головой в поиске Вики.

— Так вот чем она тебя подговорила, — со злостью сказала Оливия. — Выходи, мы пересаживаемся в другую машину.

— Я сам поговорю с Викой. А ты попытайся что-нибудь сочинить для Алисы по поводу ее отца, — прошептал он ей и в очередной раз улыбнулся девочке.

— Где Зевс? — спросила Алиса, вприпрыжку приближаясь к его автомобилю.

— Зевс дома и скучает по тебе, — бросил он через плечо и подошел к кювету.

— Что? Ударишь меня? — спросила Виктория воинственным голосом, оттряхивая платье.

— Попуталась что ли? — не поверил он собственным ушам. — Хотя, руки чешутся. Признаюсь.

— Я ее родила, а не она! — крикнула Вика. — Если хочешь помочь делу, то сделай ей ребенка! Может тогда она отстанет от Алисы! Мне нужна моя дочь!

— Для чего?

— Это тебя не касается! Я не уеду без ребенка!

— Вика, кто отец Алисы? — спокойным голосом спросил он, не рассчитывая на честный ответ.

— Это тебя тоже не касается!

Он и так знал, что это его не касается.

— Не скажешь, потому что не знаешь, кто он или есть другая причина, по которой ты молчишь? Только не заливай здесь про то, что он умер. С кем ты собиралась знакомить Алису? А знаю этого человека?

— Да, ты знаешь его! А теперь отстань от меня!

— Уже что-то, — хмыкнул он.

— Трофимов, не лезь в чужие семейные дела. Этот ребенок не имеет к тебе никакого отношения. Если ты спишь с моей сестрой, то это не дает тебе права…

— Что ты задумала?

— Отстань от меня! Достал уже!

В любой другой ситуации он посадил бы ее на место за такой тон лишь одним взглядом, но ему нужно было вытянуть из нее больше информации, чтобы узнать имя отца, поэтому он заставил себя не обращать внимания на ее слова. В ней говорила уязвленная гордость — наверняка не каждый день ее вытаскивали из автомобиля, схватив за волосы.