Чтение онлайн

Снежана раз за разом заходила в парную, чтобы вновь и вновь воскресить в памяти то жаркое июльское лето, когда они с Рудольфом были вместе…

Забежав на минутку на нудистский пляж, она вдруг заметила высокого, белокурого и голубоглазого блондина. Это был Рудольф. Чем-то он выделялся в густой толпе таких же, как он, высоких голубоглазых блондинов. Возможно, тем, что выглядел чуть интеллигентнее остальных (он был в солнцезащитных очках). Видимо, и она тоже чем-то выделялась в толпе блондинов. Hо чем же? Этого Снежана не могла понять до сих пор. У него была ямочка на подбородке, и они стали встречаться.

Потом было все – и ужин при луне, и прогулки при свечах, и даже сон в темноте. Он любил ее белое, рассыпчатое тело и не по-женски большую грудь. Ей же в свою очередь нравилось пить шампанское или есть мороженое из ямочки на его подбородке. Он дарил ей дорогую бижутерию, заваливал ее тюбиками крема для загара, заливал пепси-колой, сутками катал на катамаране и все говорил, говорил о своей любви. Снежана, счастливая, крутила педали своими полными, чуть стройными ногами и без устали слушала Рудольфа.

Все закончилось в одночасье. За день до отъезда Рудольф проснулся хмурый и нервно почистил зубы. Снежана сразу почуяла неладное: раньше он никогда этого не делал. В памяти всплыла фраза, которую Рудольф вскользь обронил накануне: «Снежана, мне надо с тобой серьезно поговорить. Дело в том, что у меня дома есть жена». Hо вчера, опьяненная счастьем, она не обратила внимания на эти слова, и только сегодня до нее дошел их жуткий смысл! Весь мир померк у нее перед глазами, как будто кто-то злой надышал на стекла очков. Лицо побледнело, как будто кто-то безжалостной рукой смыл с него всю косметику, а в ушах, как удары молота, звучало это страшное слово: «Жена! Жена!! Жена!!!…»

… Очнулась Снежана через месяц на своем рабочем месте. Троллейбус, ведомый ею, остановился возле бани. «Троллейбус дальше не пойдет!» – объявила она в микрофон и горько заплакала, уткнувшись в березовый веник своим красивым лицом…

Горный орел скользил на могучих крыльях над безводной равниной. А внизу на куче падали сидел гриф и ел. Орел зорким глазом оглядывал огромные пространства в поисках еды. А гриф сидел и ел. Плавными кругами спустился орел к куче падали, осторожно приблизился к грифу и сказал:

– Послушай, поедатель трупов, ты хоть раз поднимался к облакам, выше сверкающих горных вершин?

Гриф молча сидел на куче падали и ел.

– Послушай меня, король зловония, мечтал ли ты о ледяном ветре, который свистит в перьях? Хотел ли ты долететь до солнца?

Гриф молча сидел на куче падали. Он съел уже почти все.

– Эй ты, лысоголовый могильщик, знакомо ли тебе чувство азарта, когда после многодневного полета над пустыней ты видишь внизу крохотного суслика и с удесятеренной от голода силой бросаешься на него из поднебесья?

Гриф доел всю падаль. Всю-всю. Громко отрыгнул и спросил орла:

– Ты не знаешь, почему все так не любят нас, грифов?

Орел ответил: – Потому что вы глухие, грязные, вонючие!… И жадные, – добавил орел и заплакал…

Однажды два вора забрались в дом к мировому судье и заспорили: брать шелковый халат или не брать? Решили обратиться за советом к мировому судье. Разбудили его и спрашивают: – Рассуди нас, мудрейший! Скажи, брать нам твой шелковый халат или не брать? Или лучше деньгами?

Лишь на одну минуту задумался судья, а потом промолвил:

– Возьмите и халат, и деньгами, и не ссорьтесь! Ибо кто спорит, тот сами знаете чего не стоит!

С этими словами он щедро наградил воров и отпустил восвояси.

Однажды две женщины пришли к сексуальному маньяку и попросили, чтобы он их рассудил. «О чем вы спорите, женщины?» – спросил маньяк. «О, сексуальный маньяк! – сказала старейшая из двух женщин. – Вот эта моя соседка говорит, что мой муж ночью забрался к ней в постель и совершил прелюбодеяние. А между тем, это ее муж забрался ко мне в постель и совершил со мной прелюбодеяние. Рассуди нас, о маниакальнейший!» – «Вам не о чем спорить, женщины, – сказал сексуальный маньяк после минутного размышления. – Ваши мужья добродетельны, и достойны всяческой похвалы. Что до прелюбодеяний, то не думайте о них, ибо их совершил я!» – Сказав эти слова, сексуальный маньяк щедро наградил обеих женщин по очереди и отпустил с миром.

Однажды Зиновьев, Бараньев и Морковьев пошли в некую столовую пообедать. Зиновьев себе взял щи, Бараньев – салат «Оливье», а Морковьев – пять порций пельменей со сметаною. Зиновьев и Бараньев не наелись, а Морковьев, хоть и денег заплатил много, так наелся, что и шел-то с трудом. Долго Зиновьев и Бараньев над Морковьевым потешались, пока тот на дороге кошелек с деньгами не нашел.

Тут Морковьев обратно в столовую повернул, а Зиновьев и Бараньев пошли не солоно хлебавши. И то правда: коли сами жить не умеете, так нечего над другими смеяться!

(To be continued)

Hа охоте это было. Один охотник уже вторую неделю зверя добывал. Продрог весь, оголодал. Как вдруг вышел на полянку, смотрит – охотничью избушку добрые люди срубили. Зашел. А там – и охапка дров сухих, и крупа в ящике припасена, и зелено вино в бутылке. Приходи, мол, мил человек, отдыхай, коль устал. Так охотник и сделал. А наутро пошел дальше. А ближе к обеду, как на притчу, хозяева возвращаются. Да с девками. А еды, дров и водки уже нету. Двое суток за охотником гонялись – догнали. Всыпали как следует. Да и то – много на земле хороших людей, а только рот-то на чужое не разевай сильно. Так-то вот.

Заспорили как-то Печатное Слово и Hепечатное Слово – кто из них главнее. Печатное Слово говорит: «Я главнее! Я в любой книге есть!» А Hепечатное ему в ответ:«…!…!!» Печатное слово кричит: «Да я главное и основное! Без меня бы и тебя бы не было и прогресс бы остановился бы вообще!!» А Hепечатное опять: «…! Да…!!» Вот так и спорят они, на улицах городов и сел, на страницах периодических изданий и книг, с экранов телевизоров, и конца этому спору не видно. Вот и я рассказал тебе эту притчу Печатным Словом, а ведь мог бы и…!