Чтение онлайн

Но я успела заметить серебристую вспышку в его глазах.

На этом я сказала себе, что пора уйти из школы. Вызвать Рене, чтобы она за мной приехала. И поговорить с Роном.

Но что я ему скажу?

«Этот новый мальчик, Бен, у него иногда сверкают глаза, и мне кажется, что он не человек. Да, а еще мы целовались, и я никак не могу выкинуть это из головы».

Рон не разозлится. Он погладит меня по головке и отправит домой… или в специальное заведение. Я считаю, что у парня серебристые глаза? Звучит, как в сказке, а когда мы встречались с Беном, нас никто не видел.

Да я и не хотела никому о нем рассказывать. Бен обо мне беспокоился, прошлой ночью все твердил, чтобы я была осторожной. И зачем бы ему убивать моих родителей, если это был он? Если я умру, то так ничего и не вспомню, и это — я не могла, даже про себя, называть Бена «существом», которое убило моих родителей, — никогда не поймают, потому что единственного свидетеля преступления тоже не станет.

Он так произносил мое имя, словно я была какой-то особенной. И смотрел на меня так, как будто не мог отвести взгляд. Как будто не мог от меня отвернуться. И я знала, что он не хотел того, что случилось накануне, он старался держать между нами дистанцию… но не смог.

Я вспоминала, как он назвал меня по имени и коснулся меня губами, и впервые в жизни не могла заставить себя думать об учебе, даже не могла сконцентрироваться. Мои мысли были заняты чем-то еще. Точнее, кем-то.

Чтобы выполнить домашнее задание по английскому, надо было сходить в библиотеку. Нам задали написать реферат по «Потерянному раю» Мильтона. Я села за один из компьютеров, чтобы поискать нужные материалы в базе данных, но в итоге занялась совсем другим.

Из-за недостатка финансирования надежных фильтров на школьных компьютерах не поставили, так что выйти в Интернет было довольно легко. Я открыла поисковик и вбила слова «волки» и «Вудлейк». Руки у меня вспотели.

Поиск выдал много результатов, но один из них…

Пока я читала описание, я сидела просто как на иголках.

Я была уверена, что ничего такого там не будет, но, кликнув по ссылке, попала на сайт, посвященный оборотням. То, что там было написано, я уже знала. Рассказ о том, как появился Вудлейк. Как давным-давно люди шли через огромный лес, обнаружили, что почва тут очень плодородная, и захотели остаться. И принялись вырубать деревья.

А потом поселенцы начали гибнуть.

В какой-то момент из леса вышли два человека-нечеловека и сказали, что в городе необходимо оставить одно дерево, в память о лесе. А еще они потребовали себе жен, и в лес послали двух девушек — в качестве невест людям, которые были не просто людьми.

Кто-то даже иллюстрацию к этому событию нарисовал: две девушки в старомодных одеждах стоят под деревом и держатся за руки, словно подбадривая друг друга. Рисунок казался плодом чьего-то воображения, картинкой из книги со сказками. За исключением одного момента.

Они стояли под тем самым деревом, которое росло в центре нашего города. Его очень любил мой папа, оно, казалось, охраняло Вудлейк. Дерево тянулось к небу и было выше самого высокого здания в городе, выше даже самых новых домов, которые отъели очередной кусок леса.

Последний абзац на этом сайте гласил: «Хотя официальных заявлений о том, что кто-то видел оборотней, не поступало, Вудлейк так и остается маленьким городком, почти полностью окруженным лесом, в котором каждую ночь слышится волчий вой. Ходят слухи, что там обитают вымирающие виды волков, например, dusky on australis. Также говорят, что иногда волчий вой в тех местах больше походит на крик человека, нежели животного».

Dusicyon australis.

Бен Дьюзик.

Трясущимися руками я ввела «dusicyon australis» в строку поиска.

Я кое-что нашла, и руки затряслись еще сильнее.

Это была информация о волках.

Некогда в мире существовали волки, научное название которых начиналось с «Дьюзик». Но рядом с Вудлейком они не обитали. Вид давно считался вымершим.

Считался.

Бен недавно потерял родственников, как и я. После чего переехал сюда из местечка Литтл Фоллс. Где это, я не знала, уверена, что никто другой тоже не знал. Он жил со своим двоюродным дедом Луисом. И я теперь знала, кто он такой.

Я закрыла открытые окна на компьютере и придумала, что еще следовало поискать.

Еще одно слово, которым называли тех, кто являлся наполовину волком, наполовину человеком. Слово, которое я встречала в прочитанных мной легендах. В легендах, известных всем. Про которые папа так поспешно сказал, что это все неправда.

Я не стала искать. Я и так уже знала, кто Бен такой.

Dusky on australis.

Волк.

Верить в это не хотелось, но все сходилось. Я жила в маленьком городке, окруженном лесным массивом. В лесах располагались и многие другие города, но наш один такой.

Однако население города стало расти, а лес — уменьшаться. Скоро у нас наверняка появятся свои торговые центры и кофейни. И со временем таких домов, как у Тантосов и у нас, домов, окруженных лесом, не станет. Больше никто не будет жить в лесу. Но я-то жила, и я этой жизни не забуду. Не смогу.

Как не могла я забыть и случившегося между мной и Беном.

Или того, что я только что прочла.

Следовало уйти из школы, хотя бы просто развеяться, но я осталась и, войдя в кабинет рисования, поняла почему.

Бен.

Я направилась к своему мольберту. Мне предстояло пройти мимо него, и он уставился прямо перед собой, на челюсти у него подрагивал мускул.

— Я знаю происхождение фамилии «Дьюзик». Что она означает, — прошептала я.

Он вздрогнул, а потом застыл:

— Обычная фамилия. Просто… — Увидев выражение моего лица, он замолчал и отвернулся к мольберту: — Слушай, я только что сюда приехал. Я пытаюсь тут освоиться. В вашем городке. А ты… — Он смолк.

— Я знаю, кто ты такой, — сказала я, и он посмотрел на меня.

— Я знаю, что ты знаешь, — ответил он.

Я не ждала от него такого и очень удивилась:

— Да?

— Я почувствовал, что вчера ты это поняла, — объяснил он. — И что убедилась в этом сегодня. Эйвери, я чувствую, что чувствуешь ты. Ловлю твои сильные и глубинные эмоции. А ты чувствуешь мои. Так… не должно быть, но я не могу это остановить.

— Я не такая, как ты, — проговорила я дрожащим голосом. — Я — человек, не то, что ты, и я не чувствую чужих чувств. Это невозможно. Ты можешь что-то заметить, но чувствовать то же самое, что и другой, не можешь.