Красная машина.Юниор 3
Шрифт:
Не успел отойти на несколько шагов, оставив позади Ленку, и её подружек, как меня резко схватили за рукав. Причём настолько резко, что еще немного и кое-кто просто выдрал бы целый кусок ткани.
Я обернулся, не особо удивленный тем, что девчонка меня догнала. Естественно! Это же Ленка. Знаю ее характер, не хуже своего. У девчонки там сейчас буря и цунами внутри.
— Что ты имел в виду? — Ленка так и замерла, сжимая в руке рукав моей тренеровочной формы. У нее даже пальцы побелели от напряжения.
— Вообще ничего. Я разве с тобой разговаривал?
— Да неужели? А с кем? С воздухом? — Ленка прищурила свои глазища, испепеляя меня взглядом.
— Конечно. — Я пожал плечами, всем своим видом демонстрируя равнодушие и даже некоторое удивление. Мол, что надо, гражданочка? — Люблю поговорить в воздухом, знаешь ли. С собой люблю поговорить. Скажу умную вещь себе и радуюсь, какой я молодец. Вот сейчас… Прямо только что… Навеяло…
Я закатил глаза вверх, будто в моей башке шел крайне сложный мыслительный процесс. Потом снова посмотрел девочке в глаза.
— Люди всегда предпочтут простую ложь сложной правде. Потому что у лжи есть одно сокрушительное преимущество: правда должна объяснять все, что случилось, а лжи достаточно выглядеть убедительно…Умно?
Девчонка молча хлопала ресницами, пытаясь что-то придумать в ответ, желательно максимально саркастическое или обидное.
— Вот и я говорю… Умно… — Осторожно убрал Ленкины пальцы со своей руки и пошел в сторону раздевалки, имея огромное желание завершить этот разговор. Пока Ленка мне в рожу не вцепилась. Или пока я не сказал ей все, что думаю.
Хрена там. Меня снова резко дернули за форму.
Ленка стояла рядом. Вид у нее был — будто она собралась в бой. Не меньше. Прямо сейчас грудью на амбразуру попрет. Очевидно, девчонка настроена решительно. Причем, даже ее подружки это сообразили. Они тихо ретировались в сторону. Совсем в сторону. Не успел моргнуть, а фигуристок и след простыл. Либо сами догадались, что тут у нас драма с элементами трагедии разворачивается, либо Ленка дала им понять, не мешало бы свалить девочки, разборки планируются. Если бы не тот факт, что задержка на еще одну тренировку для меня самого была неожиданностью, я бы вообще подумал, Ленка специально ждала возле дверей. У неё просто был такой вид, словно она готовилась к этой встрече. Не знаю… Речь, может, писала. Репетировала.
— Поговорим? — Девчонка была похожа сейчас на маленького Наполеона, который собирается «брать» очередную страну. Или на спортсмена, который готовится к новому рекорду. У нее даже раскраснелись щеки и одна прядь волос постоянно падала на лицо. Ленка явно нервничала. Она эту прядь поправляла каждую секунду. Прядь снова падала. Ленка снова поправляла.
— О чем? — Я пожал плечами. — Мне кажется, время разговоров было значительно раньше. Почему-то тогда ты говорить не хотела. Сейчас зачем? Ничего уже не исправишь. Не изменишь. Глупо.
— Ну, уж, нет! В этот раз ты не сбежишь, Белов, и внимательно все выслушаешь.
Ленка толкнула меня в плечо, пытаясь сдвинуть с дороги куда-нибудь в угол. Чтоб мы не маячили на самом виду, как два дурака.
— Я хочу объяснить. — Девчонка задолбалась, видимо, поднимать и опускать руку, чтоб убрать эту дурацкую прядь. Поэтому просто резко дунула верх. Локон, наконец, упал так, как хотела его хозяйка.
— Круто. Просто… мне не интересно. — Я снова пожал плечами.
— Жаль. А придется выслушать. Ты же не хочешь, чтоб за нами наблюдали твои товарищи?
Девчонка кивнула в сторону парней, некоторые из которых действительно с интересом оглядывались назад. Туда, где мы стояли с Ленкой. Буре даже задержался на входе в раздевалку, вопросительно подняв брови. Мол, парень, не то, чтоб предлагаю помощь, но все нормально? Вот такое у него было выражение лица. Просто Ленка, конечно, со стороны выглядела очень по-боевому. И стояли мы с ней реально на самом виду.
— Хорошо.
Я сдвинулся в сторону. Ближе к лестнице, ведущей на второй этаж. Почти что, можно сказать, под нее. Очевидно, выбора у меня особо нет. Не скандалить же на самом деле? Бред вообще. Но Ленку я знаю хорошо. Если она что-то решила, переубедить ее невозможно. А она, похоже, точно решила. Прямо сейчас выяснить какие-то уже давно не существующие отношения.
— Только давай быстрее. Мне так-то еще надо вернуться в общагу. — Я кивнул Буре, который по-прежнему стоял в дверях раздевалки, глядя в нашу сторону. Он все понял правильно. Показал мне большой палец, улыбнулся и скрылся в помещении.
— Я уложусь в пять минут. — Ленка покрутила головой по сторонам, проверяя, не оказался ли кто-то слишком близко, чтоб слышать наш разговор. А потом сделала шаг ко мне, встала совсем рядом и, глядя в мои глаза, четко сказала.
— Я тебя люблю.
Несколько секунду я молчал. Просто немного прихерел, если честно. Как-то резко мы перешли к теме, которую вообще не собирался когда-нибудь с ней обсуждать. Мне казалось, время подобных признаний для нас закончилось.
— Что молчишь, Белов? — Ленка начала злиться.
А я реально понятия не имел, что сказать ей в ответ. Бред какой-то, честное слово. Не знаю…Видимо, в Ленкином понимании после этих слов я должен быть заплакать от счастья, упасть на колени и начать целовать ей руки. Или какую там еще ерунду воображают четырнадцатилетние девчонки.
— Слушай…у мне, в принципе, один вопрос…и мне кажется, я тебе его уже задавал…
— Какой? — Девчонка еще больше подалась вперед. Мне кажется, осталось каких-то пару сантиметров и мы просто прижмемся друг к другу. Почему-то в данную минуту факт этой близости начал немного нервировать.
— Лен…ты дура?
Девчонка отпрянула. Видимо, не на такую реакцию она рассчитывала.
— Зачем ты так? — Ее взгляд стал обиженным. Странно… Я бы, честно говоря, не удивился, например, если бы она мне зарядила сейчас пощёчину. Это было бы в Ленкином репертуаре.
— А как? Я вообще не пойму, что ты хочешь и что тебе надо. Слушай, не хочется говорить всех этих шаблонных фраз, но…блин…Ты же меня вроде как предала. И даже не сам факт с этими часами. Черт бы с ними. Тут я, может, даже способен понять. С трудом, но реально способен. Ревность там, я хрен его знает…бабская дурь. Но ты же с Симоновым спуталась до моего отъезда. Я так понимаю. Или сразу после него. Это ведь не в секунду случилось. Зачем? Ну, вот честно. Зачем? Зачем со мной что-то там крутилась. Про чувства пела. Ну, странно, правда. Потом все дальнейшее…я, может, и сам дурак. Не спорю. Но понять не могу. Вообще. Что тебе надо было?
— Славик… Я тебя любила. И люблю. Просто, родители… Твоя семья.
— Ой, все. — Я поднял одну руку, останавливая поток Ленкиных слов. — Давай только без вот этого шекспировского бреда. Твоя семья, моя семья… Ну, мы точно не Монтекки с Капулетти.
— Нет. Подожди! Не все просто. Честное слово. Хорошо! Ты ведь о моем отце ничего не знаешь. Правда? Ты его не видел. Но он…в общем, до того, как мы переехали…он бывал в вашем городе несколько раз. Часто, вернее. В командировках. И еще до того, как женился на маме… Он вроде любил одну женщину… Мама, говорит, там и любить то нечего. Мол, особа во много раз уступает ей. Матери. Ну, ты понял… А потом, так вышло, спустя много лет, они встретились.