Чтение онлайн

«ПМ» лежал в запертом багажнике. Ключи – на цепочке в кармане куртки. Пистолет на месте. Девочка не знала о его существовании. Маленький пистолет тридцать второго калибра в кобуре, слева под мышкой, под наглухо застегнутой курткой.

Через мгновенье он провалился в бездонный колодец блаженства.

Услышав выстрелы и автоматные очереди, Вондт вышел из машины. Он приказал двум французам, наблюдавшим за входом, взять ружья и встать по углам улицы, открывать огонь по всему, что дви­жется, и постоянно быть с ним на связи по рации. Включил свою и быстро подошел к двери.

Происходившее в гостинице напоминало сра­жение за форт Аламо. В вестибюле он увидел Ру­дольфа, сжимавшего свой револьвер тридцать восьмого калибра. Тот с отчаянием махнул в сто­рону лестницы, которую пытались штурмовать Кеслер, вооруженный помповым ружьем, и индо­незиец с маленьким «узи». Отовсюду слышалась пальба, мощный заградительный огонь преграж­дал путь на площадку. Они осторожно поднима­лись по ступенькам, и вдруг под ноги им скатилось тяжелое тело, а интенсивность обстрела усили­лась. Грохотало по всему этажу.

Он заорал Кеслеру и Джампуру, чтобы они шли туда, во имя всего святого, а сам зарядил свой сорок пятый. Потом рявкнул на Рудольфа – что он тут возится, когда на втором этаже столь­ко работы. Толстый немец побежал вслед за Кеслером.

Но выстрелы учащались, к ногам Вондта, под­бежавшего к ступенькам, скатилось еще одно те­ло. Выстрелы и автоматные очереди разрывали воздух, грохот стоял немыслимый. Помповое ру­жье соскользнуло со ступенек рядом с изреше­ченным пулями трупом. Он услышал крики и шум поспешного отступления. На него налетел Кеслер, спускавшийся бегом и тянувший за собой Сорва­на, раненного в ногу в нескольких местах; тот вы­крикивал ругательства. Его рука, перекинутая через шею южноафриканца, безвольно свисала, пальцы вяло сжимали рукоятку огромного авто­матического «Магнума-44».

Кеслер бросился к Вондту, поддерживая Со­рвана под руку. Болгарин волочил ногу, лицо его было искажено болью.

– Что там творится? – спросил Вондт, заранее зная, что услышит в ответ.

– Дерррьмо!… Там двое стреляют! Один гад с пулеметом, что ли, в номере… Мы потеряли Штрауба и Карло… и Димитриеску… Лемме, Джампур, швейцарец… Шесть человек, не меньше… Одни тру­пы на лестнице…

Вондт холодно смотрел на него:

– Надо забрать девчонку. Время еще есть.

Он нервно взглянул на часы, понимая, что дело проиграно. Кровь из Сорвана хлестала фонтаном. При всей его мощи, с этой раной он мог принести пользы не больше, чем болгарский тяжелоатлет без анаболиков. Лицо совершенно белое. Его рани­ли не только в ногу. Одна пуля попала в бок, под ре­брами, а на ляжке была целая россыпь дырок. Очередь.

Кеслер ответил ему не менее жестким взгля­дом. «Остается только считать потери, Вондт, – го­ворил этот взгляд. – Ты спланировал эту опера­цию, смотри, с чем мы остались».

И Вондт принялся считать. Оставались Ру­дольф и два француза да их трое. За пять минут силы уменьшились практически вдвое. Он понял, что человек Тревиса был профессионалом и вы­брал номер за его стратегически удачное положе­ние. Единственное, что им оставалось, забросать противника гранатами, но мадам Кристенсен вряд ли будет рада, если они доставят ей дочку по час­тям.

– Смываемся, – сдался он.

Пока они добирались до машин, он вызвал по рации французов.

Черт, этот тип, скорее всего, уничтожил и пат­руль в Гуарде…

Они взяли к северу, по 114-й, в направлении, противоположном ложному вызову, на который выехало полкомиссариата Эворы. По дороге лега­вым приготовили ловушку – на крутом повороте были рассыпаны кузнечные гвозди. Пока они не вернутся или не вызовут подкрепление, их колле­га будут звать на помощь, запертые в багажниках своих машин в гараже. Телефон был отрезан и в полиции, и в казарме пожарников. Они выигрыва­ли не менее часа у полицейской машины – пока те, кто попал в ловушку, свяжутся с соседней дерев­ней, пока сменят шины и вернутся в комиссариат… Найдут своих… восстановят линию, получат пер­вые сигналы и явятся в гостиницу…

Они разделились на три машины. Вондт с Ру­дольфом, двое французов, Кеслер с Сорваном. У съезда на 4-ю, ведущую на север, он помигал фа­рами Кеслеру, чтобы тот остановился у обочины. Приказал сменить голландские номера на порту­гальские, которые Сорван откопал сегодня утром вместе с кучей фальшивых прав.

Он потребовал, чтобы Кеслер ехал первым, за ним – он сам и Рудольф, и, наконец, французы – с интервалом в пять или шесть минут. Не надо, чтобы их видели вместе до дома в Мончике. Целью этого бегства на северо-запад было заставить всех поверить, что они отступили в Лиссабон – на слу­чай, если кто-то засек их машины перед гостини­цей или на выезде из города. Но на пересечении 4-й с 10-й, ведущей к Сетубалу, нужно было резко свернуть на юг и потом перейти на 5-ю в направле­нии Грандоле. Немного недоезжая до Грандолы, на перекрестке, они возьмут на юго-запад, в сторону Миробриги, потом к Одмире, а там по 266-й добе­рутся до Серра-Мончике. В идеале, надо было бы приехать в Алгарве затемно. «Придется гнать, но не очень нарушать правила», – подчеркнул он. Предстояло проехать триста – триста пятьдесят километров. И на это есть часа три-четыре, не больше.

Потом он терпеливо ждал, пока Кеслер и Со­рван не скроются в темноте, и снова включил пере­датчик.

Еве К. все это совсем не понравится.

Приехав в Мончике, надо будет сразу связать­ся с доктором Лаасом в Каса Асуль. Срочный вызов от имени госпожи Кристобаль. Сорван был люби­мым киллером Евы К, он не должен умереть.

Когда часы на щитке показали четыре, он при­казал Рудольфу трогаться в путь.

Лучи солнца, бившие в ветровое стекло, оконча­тельно разбудили его. Придя в себя, он почувство­вал, что во рту все пересохло, а мочевой пузырь вот-вот лопнет, и взглянул на часы на щитке.

«Господи, – подумал он, пытаясь вернуться к реальности. – Сейчас почти половина девятого!»

Вокруг холмов клубились огромные облака ту­мана, пробивавшийся сквозь них солнечный свет казался призрачным.

Алиса спала, прислонившись головой к дверце, закутавшись в индейское одеяло, Анита, прикры­тая армейским пуховиком, тоже. Хьюго потянулся и открыл дверцу.

Он пошел облегчиться за старую сторожевую башню. Вдохнул всей грудью сухой воздух, ощутил теплый ветерок. Вот дьявол, они опаздывают на час!

Воспользовавшись одиночеством и царящим вокруг покоем, попытался собраться с мыслями.

Если у Тревиса есть в Португалии корабль, но­сящий имя «Манта», рано или поздно они найдут какой-то ангар, склад, компанию – что-нибудь. Достаточно позвонить в администрацию нескольких портов в Алгарве и узнать, не зарегистрирован ли где-то корабль с таким названием. Этим вполне могла бы заняться лохматая девчонка из полиции. А сам он тем временем наводил бы справки в пор­товых барах на побережье.

Итак, прежде всего им нужно уехать из Алентежу, вообще из Португалии, и через Испанию спус­титься к Вила-Реал-ди-Санту-Антонью. В голове постепенно складывался план. Потом они найдут бе­зопасное место, где можно будет оставить Алису, и отправятся на поиски Тревиса. Если захотеть, все это можно сделать за несколько дней. Нужно толь­ко, чтобы эта инспкторша согласилась на сделку, ко­торую он собирается ей предложить.

Он вернулся к машине, взял бутылку с мине­ралкой, отпил немного. Потом сел за руль и тихонь­ко включил магнитолу. Вставил кассету со стары­ми записями Дилана – «Небо Нэшвилла», она помогала ему очухаться по утрам.

Анита просыпалась медленно, она больше не стонала. Просто за его спиной началось какое-то движение. Дыхание. Движение. Волны.

Алиса проснулась совсем по-другому.

Она очнулась мгновенно, как будто внутри вклю­чился какой-то мощный мотор. Открыла глаза – и две секунды спустя сна как не бьшало. Она быстро протерла глаза, залюбовалась игрой солнечных лу­чей с остатками утреннего тумана над долиной.