Чтение онлайн

Моя злость прошла, как не бывало. Передо мной стоял человек, который с малолетства опасается за свою жизнь, и будет опасаться до конца. Если дети или внуки унаследуют дар, то Мафин будет бояться и за них. Как бы я ни была обижена на Мафина за вранье о происхождении и образе жизни, такой участи я ему не желала.

— Дэйв, я, действительно, не знала, что до сих пор все так ужасно. Прости, я зря разозлилась.

— Ничего, я понимаю. Тебе очень важно то, чем ты занимаешься, и мне всегда нравилась твоя амбициозность. Знаешь, я тебе завидовал. У меня так и не появилось страсти ни к какому делу. Ты права, я развращенный легкой жизнью бездельник. По крайней мере, был до сих пор.

— Дело не в амбициях. Мне и правда важно лекарское дело. Я хочу заниматься им и дальше, я хочу разбирать сложные случаи, вытаскивать людей с того света или помогать им появиться на свет. Сейчас лечебницей заведует доктор Эйрил, но все может измениться. Следующее начальство может решить, что женщина неспособна к сложным задачам. Я не хочу провести жизнь, подавая нюхательные соли и заклеивая царапины в пансионе для девочек. Чтобы удержаться в настоящей лечебнице, мне нужно быть если не лучшим лекарем, то очень, очень хорошим.

Мафин сочувствующе вздохнул:

— Пожалуй, мы слишком многого не знали друг о друге. Ида, мне жаль, что все так получилось между нами, и я понимаю, что былого не вернуть. Но если хочешь, я могу дать тебе рысь для исследования.

Я едва не взвизгнула от счастья, будто мне не двадцать пять, а пятнадцать.

— Правда?!

— Правда. Хоть сейчас.

— Жду тебя в гостиной у шкафа с красными переплетами!

* * *

Одно из кресел уже было занято Лавинией с Мью, но они не возражали против моего соседства. По крайней мере, Лавиния.

Мафин-рысь пришел гарцующей походкой.

— Ложись на бок и не шевелись, — срывающимся от счастья шепотом приказала я.

Мафин-рысь выполнил приказание, и я поднесла ладони к его голове, сосредоточившись на восприятии. Краем глаза я заметила мелькнувшую фигуру брюнета, но сочла это неважным. У меня было дело гораздо более увлекательное, чем некий напыщенный лорд.

— Интересно… интересно, интересно, — бормотала я, не замечая того. — Мозг больше похож на человеческий, чем на мозг животного. Мимические мышцы развиты лучше, должно быть, и мимика более богатая. А вот слуховой аппарат не отличается от животного, и строение глаза тоже. — Я повела руками над грудью. — Хм… прочие органы тоже принадлежат рыси, и не найдешь отличие.

Я провела руками над животом и двинулась дальше. Мафин-рысь сделал большие глаза и попробовал дернуться, но я приподняла бровь и состроила скептическое выражение лица. Мафин-рысь вздохнул и прикрыл веки с видом "делайте со мной, что хотите".

— Хм… хм… кажется, оборотни в звериной ипостаси стерильны.

— О, Ида, такие ценные сведения нужно публиковать!

— Ни в коем случае, Лавиния, ни в коем случае. Чем меньше публика знает про оборотней, тем в большей они безопасности. И хвост… хвост от животного.

— А от кого бы ты думала?

— Ах, да, — спохватилась я, выходя из рабочего состояния, и мы обе рассмеялись. Мью недовольно дернул ухом. — Лавиния, можно мне осмотреть Мью? Вдруг у фамильяров тоже есть какие-то отличия.

— Попробуй, но я сомневаюсь, что он дастся. Он не очень любит чужих и никого, кроме меня, к себе не подпускает. Мью, пожалуйста, сделай исключение для госпожи Иды?

Я поднесла руку к голове Мью. Тот вскочил и стукнул меня лапой — к счастью, мягкой, без когтей, но я поняла предупреждение.

— Пожалуй, он не в духе, — развела руками Лавиния.

Кот недовольно сощурился, но она принялась чесать его за ухом, и Мью, благосклонно принимая ласку, вновь растянулся у нее на коленях.

Я подскочила на кровати от вопля Мафина, к которому вскоре присоединился крик лорда Мадрона. Мы с Лавинией быстро накинули халатики, отодвинули комод и выглянули наружу. У меня мелькнула мысль, что это лучший способ выманить нас за дверь, но если его использовали утром, а не ночью, возможно, все не так страшно.

В коридоре стояли оба лорда, босые, с ботинками в руках.

— Госпожа Лайт, что это значит?

— Дайте мне это рыжее чучело!

Лавиния с удивлением смотрела на аристократов.

— Лорд Мафин, лорд Мадрон, что произошло?

Оба не сговаривались протянули ей обувь, изрядно подранную когтями ее любимца. Мы с ведьмочкой переглянулись и не удержавшись, рассмеялись.

— Не нужно было наседать на его хозяйку с нелепыми обвинениями, — сквозь смех проговорила я. — Коты, знаете ли, невероятно мстительны.

— Я непременно все компенсирую, — убедительно сказала Лавиния.

— Не нуждаюсь, — бросил графский сын, развернулся и ушел.

Мафин с сожалением собирался последовать за ним. Подозреваю, что сейчас у него еще достаточно вещей, но новые купить будет не на что. Видимо, Лавиния это поняла, потому что окликнула его снова.

— Лорд Мафин, когда мы выберемся отсюда, я настаиваю, чтоб вы мне назвали имя своего обувного мастера, и я закажу вам новую пару. Я настаиваю!

— Хорошо, госпожа Лайт, — с видимым облегчением вздохнул Мафин. — Благодарю вас.

От утреннего шоколада мне пришлось отказаться — сегодня мой черед готовить завтрак. Вместе с этим высшим аристократом, чтоб его нечисть подрала, как Мью его обувь!

Я привела себя в порядок и переоделась в самое невзыскательное платье, которое нашлось в моем кофре. Я его возила с собой на случай очень грязных работ в расчете, что если платье испачкается невосстановимо, его и выбросить не жаль. В этом платье я перевязывала раненых после пожара в поезде и вместе с доктором Эйрелом делала операции в палатке рядом с местом крушения, когда лекарская роба пропиталась кровью настолько, что в ней стало неудобно двигаться. В этом платье я помогала выталкивать наш экипаж под дождем, когда мы везли в лечебницу молодую жену торговца из дальних предместий. Он вызвал меня панической запиской о жизни и смерти. Оказалось, он разволновался, что у него любимой жены такой большой живот, как ни у кого из прочих женщин на сносях. Местным повитухам он не верил. Как выяснилось, и правильно — близнецы лежали боком, и требовалось иссечение полости, на которое повитухи неспособны. Но на пути в лечебницу пошел дождь, женщина стонала, полулежа на сиденье, а мы с возницей вытаскивали колеса из грязевого ручья.

Теперь это платье, много раз вычищенное и отстиранное, послужит поварским нарядом. Боюсь, что мне придется готовить весь день самой. В способности высшей аристократии к ручному труду я ни мгновение не верила.

Лорд Мадрон нашел два передника, один из которых подал мне, другой надел поверх рубашки, и сообщил, что готов к исполнению моих команд. С некоторым сомнением я задала ему резку ветчины, а сама взяла бекон. Я была уверена, что вот-вот услышу крик боли из-за порезанного пальца, но графский сын удивил меня точностью и ловкостью движений. Я рискнула дать ему взбить яйца с молоком, и он работал как заправский артефакт, который за невероятные суммы покупали в кухни богатых домов.