Красное Зеркало. Конец легенды
Шрифт:
– Что там, Дэн? – спросила Джей.
– Ирин муж там, – ответил я, пытаясь унять дрожь.
– Боже…
– Кажется, прости меня господь марсианский, что он специально лег так перед смертью… – сказал я тихо, будто пугаясь разбудить покойного.
Я нагнулся ко вздыбленным ребрам в лохмотьях военного комбеза, туда, куда уходила тоненькая титановая цепочка, теряясь в щели между ребрами, в грудной клетке…
Чувствуя бурю эмоций, я подцепил цепочку неуклюжими пальцами в толстой перчатке и аккуратно потянул. Пару раз она сорвалась…
– Странный, что ты там ищешь? – нетерпеливо спросила Джей.
– Эврика! – с мрачным торжеством ответил я.
На кончике цепочки болталась S-образная змейка из желтого металла (то ли золота, то ли еще какого сплава), та, вторая половинка ключа, первую из которых я увидел у Ирины, перед визитом к Диего.
– Даже не буду спрашивать, что ты там нашел, – вздохнула Джей. – Просто давай не будем задерживаться тут…
– А ты очень хочешь узнать, что там? – Я кивнул в сторону входа в пирамиду.
– Да, – твердо сказала Джей, – хочу…
– Тогда вперед, – каким-то механическим голосом сказал я, убирая снятого змея к себе в карман…
Мы долго разглядывали толстые стены коридора прохода в пирамиду и плиты, лежащие на полу: как ни крути, а моей квалификации не хватало – я не мог понять, есть ли тут ловушки или заградительные цепи. Кидались камушки, по предложению Джей была брошена внутрь банка тушенки из наших запасов, чтобы проверить реакцию на белковые соединения: все безрезультатно – камни хранили тысячелетнее спокойствие и безмолвие…
Я снял с плеча свой АК и начал аккуратно тыкать дулом в лежащие на полу плиты. Не получив от этого никакого эффекта, попробовал наступить на ближайшую плиту.
Вдруг…
Свист и гул раздались в небе… Следом ударил громкий треск и грохот…
Все мы, столпившиеся в проеме между плитами, обернулись и увидели, как сверху, озаряемый желтоватым сиянием над пирамидой, спускается блестящий металлический шар, темный, ощетинившийся витыми блестящими трубками, словно еж. Из них вырывались змейки электрических разрядов, с треском и грохотом разлетающиеся в разные стороны, озаряя заполненную туманом площадку с мертвецами бледно-сиреневыми всполохами.
Одна из молний саданула в метре от меня, прямо в камень пирамиды… Раздался громкий хлопок, треск… и на камне вспухло нечто, похожее на пузырящийся волдырь…
– Бежим! – крикнул Отшельник и, цепко схватив нас с Джей за локти, поволок в неведомое, по пространству узкого коридора…
Пока до нас дошло, что мы вытворяем, мы проскочили полкоридора, а сзади сквозь треск и грохот послышался шершавый глухой звук: светлый проем выхода из пирамиды медленно прикрывался сверху темной каменной плитой…
– Ты что, придурок?! – запальчиво крикнула Джей Отшельнику.
– Я не придурок! – завизжал тот, падая на четвереньки в сгущающейся темноте. – Там смерть! Молнии! Там…
Он зарыдал… А мы оказались в полной темноте. Включив инфракрасный режим шлемов и немного придя в себя, мы поняли, что датчики радиации фактически умолкли, а перед нами небольшая каменная площадка и теряющиеся в зеленоватой мгле каменные ступени, уходящие вниз…
– Ладно, извини, – сказала Джей бесцветным голосом. – Пошли, раз есть куда…
– Такое ощущение, что нас сюда нарочно загнали, – зачем-то сказал я.
– Да ладно, уже плевать, – вновь сказала Джей в несвойственной ей равнодушной манере.
– С тобой все в порядке? – осведомился я у нее.
– Да… – слабеющим голосом ответила она и, внезапно покачнувшись, с глухим стуком упала на камни…
– Демоны Фобоса! – крикнул я, бросившись к недвижимому телу девушки.
В инфракрасном режиме лицо Джей сквозь стекло шлема выглядело бесцветным и мертвым… Я тряс ее, пытался осматривать тело… И вдруг обнаружил под левой лопаткой на ее комбезе прожженную дыру с запекшейся кровью…
– Нет! – вырвалось у меня. – Черт!!!
Я стиснул челюсти, и из глаз моих брызнули слезы… Почему?! Зачем???
Опять… опять я не выполнил своего обещания… Обещания, данного Бореску… Молчаливого обещания, данного Хмурому…
Я зарычал… Глотку мою перехватило, я судорожно вздохнул и зажмурился, чувствуя на лице горячую влагу…
– Оставь ее, Странный, идем, – неожиданно спокойным голосом сказал стоящий на четвереньках Отшельник.
Я медленно повернул к нему голову.
– Черта с два! – выдавил я, медленно поднимаясь.
Я слепо поднялся – все плыло в зеленоватом свете перед моими глазами, затем я отстегнул от тела Джей лыжи, винтовку и подсумок и взвалил ее на свои плечи.
– Зачем ты ее берешь? – спросил Отшельник.
– За тем… – лаконично ответил я, направляясь к лестнице.
И мы стали погружаться в мутно-зеленый мрак…
– Шубись! Лапотник! [36] – закричал пронзительный мальчишеский голос…
В воздухе запахло гарью, и начал усиливаться гул, сопровождаемый резко нарастающим жутчайшим воем, от которого все внутри леденело…
36
Юнкерс Ю-87 – одномоторный двухместный (пилот и задний стрелок) пикирующий бомбардировщик и штурмовик времен Второй мировой войны. Несмотря на низкую скорость и посредственную аэродинамику (стойки шасси были неубирающимися), являлся одним из самых эффективных видов оружия люфтваффе благодаря способности к бомбометанию с пикирования. У советских летчиков имел прозвища «лаптежник» (за форму обтекателей шасси) и «певун» (за вой установленных на обтекателях шасси сирен). Немецкое прозвище – «штука».
Я распахнул веки и увидел над собой дымное небо с серыми клочками облаков. Я лежал в неглубокой траншее, усыпанной комьями глины и мотками колючей проволоки. Среди осыпавшихся с бруствера местами лопнувших серых холщовых мешков с песком виднелись ноги в запыленных кирзовых сапогах, и что-то противно воняло, устилая черной копотью дыма общую картину.
Боковым взглядом я заметил быстро удаляющиеся спины людей в полинялой выгоревшей одежде цвета хаки: они убежали за поворот ответвления траншеи.
Я попытался вскочить на ноги, но тело словно обесчувствело: я оцепенел без движения, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Скосив глаза на собственное туловище, лежащее между пустыми деревянными ящиками, я удовлетворенно отметил, что все с виду цело и на месте…
В небе продолжал нарастать новыми нестерпимыми нотами отчаянный вой, который больно резал уши, и появились три силуэта с распластанными черными крыльями и торчащими снизу стойками шасси с выпуклыми обтекателями.
Этот сон мне упорно не нравился своими ощущениями и пугающим натурализмом…