Чтение онлайн

– Похоже, Билл, этот Пророк произвел на тебя немалое впечатление, заметил Рвач.
– По-моему, ты наизусть выучил его речь.

– Наизусть? Он три часа кряду болтал. Говорил о видениях прошлого, о видениях будущего. Твердил о... Рвач, это было настоящее _сумасшествие_, но краснокожие лакали его слова, как, как...

– Как виски.

– Да, как виски, только его речь заменила им спиртное. И все они ушли вместе с ним. Почти все. Остались лишь самые горькие пьяницы, которые должны были вскоре умереть, мои прирученные краснокожие и несколько диких племен, что живут на Гайо.

– И куда ж они пошли?

– В Град Пророка! Вот что убивает меня, Рвач. Все они направились в Град Пророка, который находится прямо напротив Церкви Вигора, на другом берегу реки. Так ведь все белые поселенцы тоже валом валят туда! Ну не совсем туда, но в те земли, которые имеются на картах этого Армора чертова Уивера. Говорю тебе, Рвач, они все сговорились. Такумсе, Армор Уивер и Пророк.

– Может быть.

– А ведь этот самый Пророк бывал у меня в кабинете сотни, тысячи раз, вот что хуже всего. Я мог убить его и избавить себя от стольких беспокойств, но кто ж мог знать, кто мог знать?

– Ты знаком с Пророком?

– Будто бы ты с ним не знаком.

– Я не так много краснокожих знаю в лицо, Билл.

– А если я скажу тебе, что у него всего один глаз?

– Это что, Лолла-Воссики?

– Он самый, собственной персоной.

– Этот одноглазый пьяница?

– Клянусь именем Господа, Рвач. Теперь он зовет себя Тенскватава. Это означает "открытая дверь" или что-то вроде. Ох как бы мне хотелось прикрыть эту дверцу! Надо было убить его, пока была такая возможность. Но когда он убежал, я подумал... ну ты ж знаешь, он убежал, стащил бочонок и удрал в леса...

– Я был здесь той ночью и помогал искать его.

– В общем, когда он не вернулся, я решил, что он, наверное, упился до смерти и издох. Но вдруг он объявляется жив-здоров и рассказывает краснокожим, как он, бывало, пил, но потом Бог послал ему видения, и с тех пор он не выпил ни глотка.

– Пускай Господь и мне пошлет видения, я тоже брошу пить.

Гаррисон снова отхлебнул виски. На сей раз прямо из графина, потому что бокал валялся на полу в другом углу комнаты.

– Такова моя проблема, Рвач.

– Вижу, у тебя не одна, а множество проблем, Билл, и, признаться, не понимаю, какое отношение эти проблемы имеют ко мне. Если, конечно, ты не шутил, когда передал через интенданта, что тебе понадобятся всего четыре бочонка виски.

– Да нет, Рвач, дело не только в этом. У меня есть к тебе еще кое-что. Я не проиграл. Пророк забрал моих краснокожих, Такумсе распугал моих поселенцев, но я так легко не сдамся.

– Да, ты не из тех, кто сразу ложится лапками кверху, - подтвердил Рвач.

"Ты самая злобная, самая коварная змеюка из всех, что я видел, но бьешься ты до последнего". Вслух он, конечно, этого не сказал, потому что Гаррисон мог не так понять его - хотя для Рвача подобная характеристика была высшей похвалой. Такие люди ему по душе.

– Дело весьма просто - Такумсе и Пророк. Я должен убить их. Нет, нет, беру свои слова обратно. Я должен _разбить_ их и потом убить. Я должен опозорить их, осрамить у всех на глазах, сделать из них дураков, а уж потом убить.

– Отличная мысль. Я бы сделал пару-другую ставок на тебя.

– Конечно, я в этом не сомневаюсь. Но я не могу просто так натравить своих солдат на Град Пророка, потому что Армор, который живет прямо напротив, в Церкви Вигора, будет путаться у меня под ногами. Может, даже призовет на помощь армейское подразделение из форта Уэйн. Или подаст прошение, чтобы мои полномочия сняли. Он что-нибудь придумает. Поэтому я должен устроить все так, чтобы жители Церкви Вигора, чтобы все поселенцы Воббской долины сбежались ко мне и стали умолять избавить их от краснокожих.

Теперь Рвач наконец-то понял, о чем идет речь.

– Ты хочешь устроить провокацию.

– Именно, Рвач. Умненький мальчик. Я хочу, чтобы несколько краснокожих отправились на север, учинили там какой-нибудь погром, а потом сказали всем, что это Такумсе и Пророк их науськали. Пускай свалят все на эту парочку.

Рвач кивнул:

– Понятненько. Но угоном коров или подобной мелочью здесь не обойтись. Нет, чтобы заставить северных поселенцев во всю глотку требовать крови краснокожих, надо учинить что-нибудь особенно мерзостное. Например, похитить детей, запытать их до смерти, а затем вырезать у них на спинах имя Такумсе и подбросить туда, где трупы быстро найдут. Что-нибудь вроде этого надо придумать.

– Нет, ну так далеко я не пойду. Я не стану предлагать столь ужасные вещи. По сути дела, я вообще никаких инструкций не хочу давать. Просто прикажу сотворить что-нибудь такое, от чего поселенцы на севере поднимутся на дыбы, а потом распространю слух, что это дело рук Такумсе.

– Но ты не особенно удивишься, если дело закончится насилием и пытками.

– Я не хочу, чтобы пострадали женщины, Рвач. Это обсуждению не подлежит. Чтобы пальцем их не трогали.

– Справедливо, очень справедливо, - согласился Рвач.
– Значит, дети. Мальчики.

– Как я уже сказал, подобный приказ я лично никогда не отдам.

Рвач тихонько кивнул, обдумывая его слова. Может быть, сам Гаррисон такого приказа и не отдаст, но он же не призывает Рвача следовать своему примеру.

– И разумеется, краснокожие должны быть не местные, да, Билл? Потому что в этих краях никого не осталось, а твои одомашненные дикари - самая бесполезная шваль, которая когда-либо появлялась на белый свет.

– Во многом ты прав.

– Значит, тебе нужны краснокожие с юга. Краснокожие, которые еще не слышали проповедей Пророка и которыми по-прежнему руководит страсть к виски. Краснокожие, у которых хватит мозгов правильно исполнить работу. Краснокожие, которых ведет жажда крови, которые будут убивать детей медленно, очень медленно. И мой груз тебе требуется в качестве взятки.

– Где-то так, Рвач.

– Договорились, Билл. Сними с меня обвинения и получишь бесплатно всю выпивку, что я привез. Только дай мне немножко денег, чтобы заплатить работникам, иначе они меня прирежут по пути домой. Надеюсь, я не много прошу?

– Понимаешь, Рвач, это еще не все...

– Но, Билл, это все, чем я могу тебе помочь.

– Я не могу сам попросить их об этом, Рвач. Я не могу лично направиться к крикам или чоктавам и просить их об этой услуге. Это должен быть кто-то другой. Это должен быть человек, про которого, если все выплывет наружу, я могу сказать: "Нет, ничего подобного я ему не поручал. Он использовал собственное виски, а я представления не имел, зачем оно ему понадобилось".