Чтение онлайн

С началом летней навигации 1943 г. командование Северного флота большое внимание уделяло борьбе с минной опасностью. Тральные силы производили контрольное траление фарватеров, прежде всего в восточной части Баренцева моря.

В 1943 г. командование Северного флота провело ряд мероприятий по усилению обороны коммуникаций на всем театре. Учитывая опыт предыдущего года, оно готовилось к борьбе с противником в арктической зоне, включая Карское море. Беломорская военная флотилия [217] была усилена кораблями, самолетами, береговой и зенитной артиллерией.

К началу арктической навигации в Карское море был направлен Северный отряд кораблей под командованием капитана 2 ранга Н. П. Аннина.

В конце июля — начале августа Беломорская флотилия провела операцию по обеспечению проводки 15 речных судов из устья реки Печора в Обскую губу. Переход судов прошел благополучно, но в Югорском Шаре подорвался на неконтактной донной мине и погиб тральщик «Т-58». В связи с этим в этот район были направлены тральщики «Т-109» (командир старший лейтенант Я. С. Величко) и «Т-110» (командир старший лейтенант В. В. Михайлин), оснащенные новейшими электромагнитными и акустическими тралами.

В дальнейшем тральные работы развернулись у острова Диксон. В этом районе тральщики «Т-108» (командир старший лейтенант И. В. Пилицын) и «Т-110» в течение одного месяца обеспечили проводку за тралами 20 судов и уничтожили 31 неконтактную мину.

В Карском море особенно отличился тральщик «Т-110» под командованием старшего лейтенанта В. В. Михайлина (ныне адмирал). За навигацию корабль прошел с тралами 4000 миль, провел за тралами 51 судно и отконвоировал 7 судов. Указом Президиума Верховного Совета СССР «Т-110» был награжден орденом Красного Знамени. [218]

Основным методом защиты коммуникаций оставалось конвоирование транспортов. Пополнение флота новыми кораблями позволяло усиливать охранение: в среднем на два судна приходилось три эскортных корабля. В связи с возрастанием дальности торпедной стрельбы подводных лодок расстояние между кораблями охранения и транспортами было увеличено.

9 октября 1943 г. из Архангельска на Новую Землю вышел конвой в составе транспорта "Марина Раскова" и эскадренных миноносцев «Гремящий» и «Громкий». Конвой возглавлял командир дивизиона эскадренных миноносцев капитан 2 ранга А. И. Турин. Транспорту предстояло доставить в губу Белушья теплую одежду, продовольствие, оборудование для базы и топливо. В пути корабли попали в сильный шторм. Крен достигал 50°. До Белушьей губы оставалось миль 150, когда на транспорте сорвало руль и судно лишилось управления. Восемь часов почти нечеловеческих усилий потребовалось экипажам транспорта и «Гремящего», чтобы завести буксир. Но он не выдержал могучих рывков и вскоре лопнул. Опытный моряк А. И. Турин приказал удлинить буксир, использовав якорные цепи транспорта и эсминца. Это обеспечило успешную буксировку. На пятые сутки похода «Гремящий» привел транспорт в губу Белушья. В походе умело руководил действиями экипажа новый командир эсминца капитан-лейтенант Б. Д. Николаев. За годы войны не одну тысячу миль прошел «Гремящий», сопровождая транспорты. Корабельные зенитчики сбили 14 и повредили более 20 самолетов врага, отразили несколько атак подводных лодок. 1 марта 1943 г. корабль был преобразован в гвардейский.

Для борьбы с вражескими подводными лодками командование флота стало шире использовать авиацию. Перед выходом конвоя в море сторожевые катера и самолеты МБР-2 производили обследование района. Эти самолеты участвовали также в противолодочном охранении конвоя.

В 1943 г. были проведены специальные операции с участием всех сил Беломорской флотилии и части сил Северного флота. Их цель состояла в том, чтобы обеспечить выход ледокола "И. Сталин" и ледореза "Ф. Литке" в Арктику в начале навигации и их возвращение в Архангельск. От сохранности ледоколов зависел успех не только арктической навигации, но и зимней навигации в Белом море.

По решению Государственного Комитета Обороны 11 октября руководство операцией по обеспечению возвращения ледоколов из Арктики было возложено на командующего Беломорской флотилией контр-адмирала С. Г. Кучерова, прибывшего для этого в бухту Тикси.

Конвой получил условное обозначение «АБ-55». 22 октября ледоколы вышли из Тикси к проливу Вилькицкого. Переход протекал в тяжелой гидрометеорологической и ледовой обстановке (ветер 8 баллов, ледяной покров до 10 баллов). Плавание в октябре — ноябре в этом районе раньше не практиковалось, но зато здесь не наблюдались действия немецких подводных лодок.

К этому времени закончилось развертывание всех сил, участвовавших в операции. У побережья Северной Норвегии заняли позиции подводные лодки. Три тральщика несли дозор и осуществляли траление в Карских Воротах. Три группы тральщиков находились в готовности к выходу в Иоканьге и Архангельске. Для осуществления противолодочной обороны конвоя шесть самолетов были перебазированы в район его плавания; на своем аэродроме дежурили самолеты 95-го авиаполка (Пе-3).

26 октября у мыса Неупокоева к ледоколам присоединились сторожевой корабль «СКР-19» и заградитель «Мурман», вышедшие с Диксона. Западная часть Карского моря оказалась свободной ото льда. Командующий флотилией, учтя обстановку (продолжительность темного времени, туманы и наличие льда в Карских Воротах, затруднявшего проход подводных лодок), принял решение продолжать движение, не ожидая усиления охранения.

10 ноября конвой благополучно достиг Усть-Кары. Для встречи его командующий флотом, прибывший на время операции в Архангельск, выслал из Иоканьш 4 тральщика, а из Архангельска — бригаду эсминцев. Однако переход этих кораблей задержался из-за шторма. Конвой в составе двух ледоколов и шести кораблей охранения вышел из Усть-Кары только 14 ноября. На следующий день в Карских Воротах к нему присоединилась бригада эсминцев, что позволило создать двойную линию кругового охранения.

От Карских Ворот до острова Колгуев конвой следовал при плохой видимости. На переходе до мыса Канин Нос корабли охранения с помощью гидроакустической аппаратуры до 12 раз обнаруживали: вражеские подводные лодки, действовавшие методом "волчьей стаи", [219] и обрушивали на них глубинные бомбы.

16 ноября эсминец «Разумный» (командир капитан-лейтенант В. В. Федоров) трижды атаковал фашистские подводные лодки. Тральщик «Т-114» (командир капитан-лейтенант Н. С. Дебелое) в тот день в 10 час. 47 мин. с помощью гидроакустики обнаружил неприятельскую лодку и забросал ее глубинными бомбами. В 15 час. тральщику вновь пришлось атаковать вражескую лодку. И здесь случилось непредвиденное. В момент атаки одна мина ударного действия, вылетевшая из установки, упала на палубу корабля. Ее взрыв причинил бы немало бед. Нельзя было медлить ни секунды. Стремительным рывком бросившись к мине, главный старшина А. Ф. Проценко и старшина 1-й статьи С. Н. Баталов выкинули ее за борт. Через четыре секунды последовал взрыв на безопасном для корабля расстоянии.

В результате успешных действий кораблей охранения конвой, пройдя без потерь 2600 миль, 18 ноября прибыл в Северодвинск.

Действенность мер, принятых в 1943 г. командованием по защите судоходства в Арктике, была высокой: фашистские подводные лодки не смогли нарушить северные морские коммуникации. Всего за год в Арктике было проведено 110 конвоев (170 транспортов). [220] Потери составили четыре судна (одно погибло на минах, три — от атак подводных лодок), три тральщика и вспомогательное судно.

Эти потери могли быть меньшими, если бы Главное управление Северного морского пути поддерживало более тесный контакт с командованием Северного флота и не нарушало правил судоходства военного времени. В октябре 1943 г. в Ставке Верховного Главнокомандования состоялось совещание, на котором обсуждалось положение на Северном театре и были намечены меры по усилению обороны коммуникаций. И. В. Сталин, подчеркивая необходимость централизованного управления судоходством и его обороной, сказал:

"В обстановке военного времени хозяином на морском театре является Военно-Морской Флот…" [221]