Чтение онлайн

К этому времени соединение уже приобрело некоторый опыт борьбы на вражеских коммуникациях. Командиры лодок стали действовать более решительно, уверенно и грамотно. К тому же с наступлением полярной ночи подводные лодки могли производить зарядку аккумуляторных батарей у берега и тем самым дольше находиться на коммуникациях противника.

Штаб флота, располагая уточненными данными о маршрутах движения фашистских судов вдоль норвежского побережья, в конце 1941 г. несколько изменил нарезку позиций подводных лодок и ликвидировал разграничительные полосы между ними у берега. Как показал опыт первых месяцев боевых действий подводников, эти полосы сковывали инициативу командиров. Отказ от них, по существу, явился началом перехода к более совершенному методу использования подводных лодок — крейсерству в ограниченных районах.

В первые месяцы войны выявился еще один существенный недостаток в деятельности лодок — малоэффективность способа прицельной стрельбы одиночными торпедами, объяснявшаяся усилением охранения транспортов и связанным с этим увеличением дистанции атаки. Поэтому командование бригады пришло к выводу о необходимости перехода к залповой стрельбе с временными интервалами. Этот способ хотя и увеличивал расход торпед, но зато повышал вероятность поражения цели, особенно при стрельбе с больших дистанций. Так, подводная лодка «Д-3» под командованием капитан-лейтенанта Ф. В. Константинова, применяя залповый метод стрельбы, в течение одного боевого похода (конец сентября — начало октября 1941 г.) уничтожила три вражеских транспорта.

С переходом к крейсерству в ограниченном районе и новому способу торпедной стрельбы результативность действий лодок значительно повысилась. Если до сентября 1941 г. подводники потопили всего 2 транспорта и один тральщик противника, то за следующие четыре месяца они уничтожили 29 транспортов и 4 боевых корабля. Особенно большого успеха добилась «Щ-421» под командованием капитана 3 ранга Н. А. Лунина. Действуя на западном участке вражеской коммуникации, она в ноябре 1941 г. уничтожила танкер и два транспорта. Капитан 3 ранга Н. А. Лунин добился успеха благодаря настойчивости в поиске противника, грамотному маневрированию при выходе в атаку и умелому применению залпового способа торпедной стрельбы.

С осени 1941 г. бригада подводных лодок для нарушения коммуникаций противника кроме торпед начала использовать "минное оружие и артиллерию. Первую минную постановку (в районе порта Барде) произвела «К-2» под командованием капитана 3 ранга В. П. Уткина. [164] Затем такое задание выполнили «К-23» (командир капитан 3 ранга Л. С. Потапов) и «К-1» (командир капитан 2 ранга М. П. Августинович). На минах, выставленных «К-23» у порта Киркенес, подорвался транспорт в 1930 брт, а на минных банках, поставленных «К-1» в проливе Брейсунд западнее мыса Нордкин, подорвались танкер и транспорт тоннажем по 5 тыс. брт.

Более активно подводники флота применяли минное оружие начиная с ноября 1941 г. Если за два предыдущих месяца они произвели в неприятельских водах три минные постановки, то в дальнейшем выполняли в среднем три постановки в месяц. Одновременно расширилась и зона использования минных заграждений до Лоппского моря включительно. Всего подводные лодки флота в первый период войны совершили более двадцати выходов на минные постановки и выставили у вражеских баз, портов и в фьордах свыше 400 мин.

Артиллерийское оружие наиболее эффективно применяли крейсерские лодки типа К, вооруженные 100-мм пушками. Особенно преуспел в этом командир дивизиона капитан 2 ранга М. И. Гаджиев. По его инициативе лодки удачно применяли артиллерию как против транспортов, так и против боевых кораблей противника. Однако к помощи артиллерии подводники прибегали лишь в исключительных случаях, когда обстановка не позволяла выходить в торпедную атаку.

Первой применила артиллерию на Севере «К-2» (командир капитан 3 ранга В. П. Уткин). Это произошло 10 августа 1941 г. Правда, снаряды из-за большой дистанции не достигли цели. Но вторая артиллерийская атака, предпринятая этой лодкой 12 сентября в районе мыса Харбакен, завершилась потоплением вражеского транспорта. [165] При входе в гавань главной базы 19 сентября по инициативе командира боевой части лейтенанта 3. М. Арванова, одобренной М. И. Гаджиевым, находившимся на борту лодки, в знак одержанной победы «К-2» произвела холостой выстрел из орудия. Такие выстрелы, возвещавшие о результатах боевого похода, вошли в обычай подводников-североморцев.

Успешно использовали артиллерию также «К-3» (командир капитан 3 ранга К. И. Малофеев) и «К-22» (командир капитан 2 ранга В. Н. Котельников).

Действуя на западном участке коммуникации, «К-3» 3 декабря 1941 г. обнаружила вражеский конвой в составе транспорта в 6 тыс. т и трех кораблей охранения. Лодка, выйдя в атаку с дистанции 20 каб., произвела четырехторпедный залп. Эскортные корабли стали забрасывать ее глубинными бомбами. По совету капитана 2 ранга М. И. Гаджиева, участвовавшего в походе, «К-3» всплыла и вступила в артиллерийский бой. В течение пяти минут она уничтожила сторожевой корабль и один сторожевой катер, другой катер обратила в бегство. [166] Это был первый на Севере артиллерийский бой подводной лодки с противолодочными кораблями противника.

"К-22" в двух боевых походах (в декабре 1941 г. и январе 1942 г.) уничтожила артиллерийским огнем несколько транспортов. В декабрьском походе, в котором участвовал командир бригады капитан 1 ранга Н. И. Виноградов, подводная лодка потопила большой транспорт, в трюмах которого находилось 20 тыс. полушубков, предназначенных для немецко-фашистской армии на Севере. [167]

Таким образом, в первый год войны бригада подводных лодок Северного флота, действуя на коммуникациях противника, успешно использовала все виды оружия.

В 1942 г. немецко-фашистское командование продолжало усиливать оборону своих коммуникаций на Севере. Гитлеровцы на многих участках прикрыли их минными заграждениями, увеличили количество береговых батарей и наблюдательных постов. Корабли и авиация противолодочной обороны противника стали систематически вести поиск советских лодок в прибрежном районе, а при обнаружении их — более настойчиво преследовать. Нередко за один поход на подводную лодку сбрасывалось от 200 до 300 глубинных бомб. Количество кораблей охранения в составе конвоя возросло До трех на один транспорт.

В свою очередь советские подводники упорно совершенствовали тактические приемы действий на коммуникациях и, несмотря на возраставшее сопротивление противника, успешно преодолевали его оборону и топили вражеские транспорты и боевые корабли.

В 1942 г. больших боевых успехов добилась подводная лодка «М-172» под командованием капитан-лейтенанта И. И. Фисановича. В апреле — мае она совершила пять походов и потопила несколько фашистских транспортов. Это явилось результатом настойчивого и умело организованного поиска врага в прибрежных водах, тактически грамотных действий командира и высокой боевой выучки всего личного состава корабля. Фисановичу был чужд шаблон, он действовал творчески, в соответствии с обстановкой. В хорошую видимость он вел наблюдение в перископ, а когда она ухудшалась, широко использовал гидроакустическую аппаратуру, цели атаковал как со стороны моря, так и со стороны берега, нередко с прорывом охранения.

Удачно действовала в этот период и «М-176» под командованием капитан-лейтенанта И. Л. Бондаревича. Она тоже пять раз выходила на вражескую коммуникацию и также уничтожила несколько судов противника. Особый интерес представляет боевой поход этой лодки, предпринятый в конце мая 1942 г. На этот раз ей пришлось выдержать бой с неприятельской подводной лодкой в подводном положении. [168]

"М-176", находившаяся на позиции у вражеских берегов, 28 мая 1942 г. в 18 час. 22 мин. обнаружила в 90 каб. вражескую лодку, шедшую в надводном положении. Бондаревич произвел срочное погружение и начал маневрировать для выхода в атаку. Но в это время фашистская лодка тоже ушла под воду. Бондаревич вскоре заметил в перископ бурун от вражеского перископа и увел «М-176» на глубину 45 м. В течение часа лодки маневрировали, стремясь занять наиболее выгодную позицию для торпедной атаки. Однако нервы у командира фашистского корабля не выдержали, и он за 20 минут выпустил по «М-176» все торпеды, но неудачно. Дождавшись, когда неприятельская лодка всплыла в надводное положение, Бондаревич с дистанции 8 каб. выпустил по ней две торпеды, одна из которых поразила цель.