Чтение онлайн

Вооружение экспедиционного цеппеля было достаточно мощным, однако противопоставить восьмидесятимиллиметровым пушкам легкого крейсера Вандару было нечего. Если импакто решит атаковать, у них не будет и шанса.

– Баурда не был представлен экипажу, – холодно заметил Осчик. – Мы не знаем, кому принадлежит импакто.

– Кому, кроме спорки?

– Кому угодно! «Черный Доктор», контрабандист, импакто… Я начинаю думать, что Ахадир стал оживленным перекрестком. Не удивлюсь, если завтра-послезавтра мы выясним, что в сотне лиг отсюда действует сферопорт.

Вальдемар пытался держаться, но получалось с трудом. Последние слова он почти выкрикнул.

– Ты пошутил? Считай, что я посмеялся. – Вандар зло посмотрел на галанита. – Я думаю, импакто принадлежит местным спорки.

– Тогда почему он не принимал участие в ночной атаке? При поддержке с воздуха спорки вышибли бы нас из храма.

– Может, не успел, – перебил Осчика Вандар. – Может, не рискнул.

– Не рискнул? Ты сам сказал, что с крейсером нам не справиться.

– Но спорки тем не менее на нас не напали, – усмехнулся дунбегиец. – А что это значит? – Капитан весело оглядел собеседников. Судя по всему, он уже взял себя в руки, обдумал ситуацию, и пришел к каким-то выводам. – Есть мысли?

Баурда пожал плечами, показывая, что мыслить должно начальство, а его дело маленькое – разведка. Осчик же нахмурился, пытаясь сообразить, куда клонит дунбегиец, после чего выдал:

– Они не военные.

– И у них мало цеппелей, – высокомерно добавил Вандар. – Один или два на всю планету. Вот почему они боятся рисковать своим импакто – не хотят оставаться на Ахадире навсегда.

– Сомнительная гипотеза, – протянул Вальдемар.

– Сомнительные гипотезы преподают в галанитских религиозных школах, – грубо отрезал дунбегиец. – А мои выводы основаны на логике. На анализе поведения противника. И поскольку я прав, бояться нам нечего.

– То есть? – не понял Осчик.

Дунбегиец посмотрел на него, как на идиота.

– «Доктор» – новый цеппель с очень своеобразным силуэтом…

– Который похож на стандартный силуэт импакто, – догадался Баурда. И опомнился: – Извините, капитан.

– Ничего страшного, Дан, ты прочел мои мысли. – Вандар вернулся к галаниту: – Силуэт «Доктора» сильно смахивает на силуэт крейсера. Я уверен, что спорки видели нас, решили, что мы вооружены не хуже, и не рискнули связываться.

– А если рискнут?

– К чему ты клонишь, Вальдемар?

– Мы под серьезным ударом, Жак, нужно уходить.

– Мы пришли за Камнями и уйдем с Камнями.

– Если нам продырявят баллоны, мы вообще никуда не уйдем.

«Прикрикнуть на оборзевшего галанита? Можно. Осчик заткнется, но станет еще сильнее мутить воду, мотивируя свои действия исходящей от импакто угрозой. Да и Баурда… – Вандар бросил взгляд на разведчика и понял, что идея застрять на Ахадире игуасцу не понравилась. – И так же подумают все цепари…»

Стало быть, одним криком дело не решишь, нужны козыри. Необходимо объяснить команде ситуацию, предложить сравнительно безопасный выход из положения и… и напомнить о морковке.

– Я знаю, как ведет дела Компания, – медленно произнес Вандар, репетируя аргументы, с помощью которых ему придется убеждать команду. Баурда навострил уши. – Если контракт не выполнен, оплаты не будет. А контракт – это Камни.

Осчик открыл было рот, но тут же его захлопнул – спорить с этим заявлением бессмысленно. Компания любила вести дела жестко, и сейчас ее репутация играла против Вальдемара.

– Дан, – продолжил капитан. – Когда звери проголодаются?

– Уже проголодались, – тут же ответил Баурда. – Но они умны и сразу в ловушку не полезут, будут ждать до последнего.

– Когда?

– Надеюсь, этой ночью.

– Значит, и мы подождем.

– А если не выйдут? – поинтересовался Осчик.

Вандар тяжело посмотрел на галанита.

– Есть предложения?

– Нужно идти внутрь, – твердо ответил Вальдемар. – Ночью.

– Идите, – вежливо предложил Баурда.

– Что? – Осчик скривил губы. – Я…

– Не нужно так себя вести, Дан, – хмуро произнес Вандар. – Ты знал, на что подписывался.

– О мырах не знал. Иначе бы не подписался.

– Ты уже подписался, ты в деле, ты разведчик, и будешь делать то, что прикажут.

Пару секунд Баурда мрачно разглядывал решительные лица Вандара и Осчика, после чего сдался:

– Я – разведчик.

– Вот и хорошо. – Капитан заметно повеселел. – Кроме того, Дан, вас осталось всего двое, и всем понятно, что вышибить из храма тварей вы не сможете. Придется посылать менсалийцев.

– А они пойдут?

– Они тоже подписались.

И сидят сейчас внизу, в проклятом храме, а значит – полностью зависят от Вандара. Не понравится дунбегийцу поведение наемников – бросит их на Ахадире и улетит, с него станется.

«Мы все в ловушке. Вандара прижали спорки, Вандар прижимает нас, нам остается давить на мыров».

– Ты не просто разведчик, Дан, ты – охотник. Я уверен, ты сможешь придумать, как пройти внутрь и добраться до Камней.

– Будут жертвы, – предупредил Баурда.

– То есть ты знаешь – как?

– Способ только один.

– Вот им и воспользуйся, – предложил Вандар. И повернулся к Осчику: – Ничего не бойся, Вальдемар. Ты отправился в экспедицию, положившись лишь на мое слово, вот и продолжай верить – я добуду для тебя Камни.

– Пожалуй, – промямлил Осчик. – Но…

– Но как вы могли согласиться на его условия?!

Вальдемар не имел права задавать этот вопрос, тем более – обвиняющим тоном, тем более – визгливым, срывающимся голосом. Не имел, но задал, потому что не сдержался. Потому что новость не просто ошарашила – она рухнула на Осчика каменной глыбой, в пыль рассыпав привычное мироустройство, впитанное Вальдемаром с молоком матери. По мнению Осчика, наглые требования возомнившего о себе дунбегийца должны были привести к единственно возможному ответу: сначала послать весточку, что Вандар добился своего, назначить встречу, захватить пирата и выпытать из него необходимую информацию. Потом убить. Цепарей много, одним больше, одним меньше… что значит эта пыль для величия Галаны? Ничего.

Именно к таким действиям призывал Осчик в комментариях к своему докладу, не сомневался, что они будут одобрены, подбирал людей для предстоящей операции, а теперь…

– Почему вы уступили?!

– Собираешься оспаривать решение директоров-наблюдателей?

– Нет! – опомнился, наконец, Вальдемар. – Конечно же нет! Просто… Просто неожиданно… Да! Как-то неожиданно…

Последние слова Осчик промямлил, заискивающе глядя на помрачневшего деда. Пусть и двоюродного, но деда, родного, так сказать, человека. Необычайно важного человека, от слова которого зависят жизни и судьбы миллионов людей. И его, Осчика, жизнь и судьба. Кричать в присутствии Первердерея Мондалумчика, одного из могущественных директоров-наблюдателей Компании, не стоило никому, даже родственникам.