Чтение онлайн

Однако в условиях Гражданской войны разоренная страна, разумеется, не могла переодеть и переобуть свою огромную армию. Поэтому большинство красноармейцев и командиров донашивало форму старой русской армии, запасы которой остались с Первой мировой войны. Носилось и трофейное обмундирование, которое белые армии получали от Антанты.

Вацетиса на посту Главнокомандующего Республики заботило многое: борьба с митинговщиной, когда шло коллективное обсуждение приказов свыше, дезертирство, несправедливые реквизиции у крестьян для нужд армии, организация и ведение разведки, пренебрежение ночными действиями, состояние железных дорог и многое другое, что играло на победу в Гражданской войне.

Он даже требовал передачи железнодорожного ведомства в ведение военного ведомства для «обороны железных дорог». Усилия не пропали даром: в ноябре 1918 года на железных дорогах было введено военное положение и создана военизированная охрана.

В силу занимаемой должности Иоакиму Иоакимовичу приходилось принимать рискованные, спорные решения. В начале лета 1919 года Восточный фронт стал успешно наступать, тогда как на других фронтах, особенно на Южном, обстановка серьезно осложнилась. Главнокомандующий 12 июня приказал Южному фронту перейти к обороне и надежно прикрыть направления на Мелитополь, Екатеринослав, Харьков, Валуйки, Воронеж, Борисоглебск и Царицын. Учитывая опасность с юга, Вацетис отдал Восточному фронту директиву о наступательных действиях на Среднем и Южном Урале и указал, что «последующая задача указана позже».

Естественно, что такая директива была санкционирована председателем Реввоенсовета Республики Л. Д. Троцким, которому Вацетис был подотчетен напрямую. Командование Восточного фронта, во главе которого тогда уже стоял С. С. Каменев, опротестовало такие директивные указания. Сам Каменев в своих «Записках о гражданской войне и военном строительстве» рассказывал:

«Наступление на Восточном фронте развивалось вполне успешно. Белогвардейская армия Колчака откатывалась за Уфу, а в это время Главнокомандующий отдал приказ остановиться на реке Белой. Я отказался остановить наступление. Решение вопроса перешло Владимиру Ильичу».

Есть и еще одно авторитетное свидетельство. Командовавший в то время 5-й армией М. Н. Тухачевский после войны писал: «Эта установка Троцкого была встречена в штыки и Восточным фронтом и Центральным Комитетом партии».

Получилось так, что директива стратега Вацетиса напрямую увязывалась с именем Троцкого. Вышедший в свет при жизни И. В. Сталина краткий курс истории ВКП(б) ту ситуацию изложил так:

«В момент разгара наступательных действий Красной армии на восточном фронте Троцкий предложил подозрительный план: остановиться перед Уралом, прекратить преследование колчаковцев и перебросить войска с Восточного фронта на Южный фронт».

Более позднее издание, «Гражданская война в СССР» дает иную трактовку той ситуации, связанной с директивой, автором которой был Главнокомандующий Республики: «План освобождения Урала был реальным. Однако Троцкий и Вацетис преувеличивали трудности предстоящих операций и ставили дальнейшее наступление войск Восточного фронта в зависимость от того, какое количество его частей будет отправлено на другие фронты».

Вокруг директивного приказа Главнокомандующего завязалась нешуточная борьба. 9 июня члены Реввоенсовета Восточного фронта С. И. Гусев (Я. Д. Драбкин), М. М. Лашевич и К. К. Юренев (Кротовский) направили председателю Совнаркома докладную записку, в которой директива Вацетиса называлась ни много ни мало, как «крупнейшей фатальной ошибкой, которая вам может стоить революции». Авторы докладной записки настаивали на отмене директивы. Более того, они указывали, что Главнокомандующий решил остановить наступление войск Восточного фронта и «не двигаться дальше», хотя в директиве о том и не было речи. В Совнаркоме этот документ или не знали, или в него не вчитывались.

Вацетис, в «подтверждение того, что он хочет ослабить» перешедший в наступление Восточный фронт, 10 июня приказал его командующему С. С. Каменеву направить под Петроград 2-ю стрелковую дивизию и на Южный фронт – бригаду 5-й стрелковой дивизии. В довершение всего Главнокомандующий Республики писал, что план комфронта Каменева разгромить Колчака не позже середины осени не отвечает ни общей политической, ни стратегической обстановке.

«Точку» в этом споре в высшем командовании Красной армии поставил… главнокомандующий Вооруженными силами Юга России генерал-лейтенант А. И. Деникин. Он отдал так называемую «московскую директиву», и белые армии в наступлении взломали линию Южного фронта, который так и не получил усиления с Восточного фронта. Вот когда могла пригодиться одна-другая стрелковая дивизия, переброшенная с Урала, где армии Колчака безвозвратно терпели поражения.

Через четыре дня, 8 июля 1919 года, Главнокомандующий Республики бывший полковник И. И. Вацетис был арестован. Впоследствии он чистосердечно писал, что ему тогда причины ареста оставались неизвестны. Ему их просто не объявляли.

То, что его кто-то объявил «врагом трудового народа и советской власти», привело Иоакима Иокимовича в состояние поистине шоковое. Не знал он и другого. Незадолго перед тем черным днем в его биографии заместитель Особого отдела ВЧК И. Н. Павлуновский доложил высшему руководству Республики следующее:

«Следствием установлено, что белогвардейская группа Полевого штаба находилась в первоначальной стадии своей организации, т. е. она только что создавалась, намечала свои задачи и планы и приступила лишь к частичной их реализации, причем была еще настолько невлиятельной, что ее нахождение в Полевом штабе не отражалось на ходе операций на фронтах».

В тот день 8 июля выявленные «заговорщики, еще не успевшие создать свою организацию», были арестованы. Ими оказались работники Полевого штаба Н. Н. Доможиров и Е. И. Исаев, порученцы Главнокомандующего и доверенные его лица.

И опять же в тот день председатель Реввоенсовета Республики Троцкий получил служебную телеграмму, которая потрясала не сколько своим содержанием, сколько подписями, стоявшими под ней. Телеграмму подписали: председатель ВЧК Ф. Э. Дзержинский, член Политбюро ЦК РКП(б) Н. Н. Крестинский, председатель Совнаркома РСФСР В. И. Ленин (Ульянов) и заместитель председателя Реввоенсовета Республики Э. М. Склянский.

В телеграмме читалось: «Вполне изобличенный в предательстве и сознавшийся Доможиров дал фактические показания в заговоре, в котором принимал деятельное участие Исаев, состоявший для поручений при Главкоме и живший с ним в одной квартире. Много других улик, ряд данных, изобличающих Главкома в том, что он знал об этом заговоре. Пришлось подвергнуть аресту Главкома».

Но это было еще не все. 8 июня 1919 года председатель Совнаркома подписал постановление об освобождении И. И. Вацетиса от должности Главнокомандующего всеми Вооруженными Силами Республики. Этим же постановлением на освободившийся ответственнейший пост назначался командующий Восточным фронтом С. С. Каменев.

Иоаким Иоакимович «коротал время» в тюремной камере. Следователи его не тревожили, на допросы не вызывали. Он имел право писать (ему выдали бумагу и карандаш) и читать газеты.

Наконец в одной из них Вацетис нашел то, в чем он обвинялся, хотя никакого официального обвинения ему не зачитывали. В «Известиях ВЦИК» была опубликована статья начальника Политического управления Реввоенсовета Республики И. Т. Смилги, который писал, что причиной смещения Вацетиса с поста Главкома послужили его несогласия с командующим Восточным фронтом о характере дальнейших операций на востоке страны. Опровергнуть такое обвинение бывший Главнокомандующий, разумеется, не мог.

Предварительное следствие причастность Вацетиса к белогвардейской организации установить не смогло, равно как не удалось установить сам факт вражеского заговора в Полевом штабе Реввоенсовета Республики. Дело передали на рассмотрение ВЦИК, который 7 октября 1919 года принял следующее постановление:

«Поведение бывшего главкома, как оно выяснилось из данных следствия, рисует его как крайне неуравновешенного, неразборчивого в своих связях, несмотря на свое положение. С несомненностью выясняется, что около главкома находились моменты, его компрометирующие. Но, принимая во внимание, что нет оснований подозревать бывшего главкома в непосредственной контрреволюционной деятельности, а также принимая во внимание бесспорно крупные заслуги его в прошлом, дело прекратить и передать Вацетиса в распоряжение Военного ведомства».