Чтение онлайн

Держась за щеку, Конни попятилась, потом повернулась и побежала по коридору к боковой лестнице.

«Эх, Конни, какая же ты дура. Ты думаешь, что поняла его до конца? Черта с два. Ты сделала свой выбор и тем самым обрекла себя на муки вечные. И не будет тебе никогда покоя. И всегда ты будешь набрасываться на кого-то другого (как, например, сейчас на меня), но на него никогда».

Кристина села на постель. Посмотрела на часы, они показывали половину первого.

Она медленно сняла с себя одежду. Состояние было столь мрачное и подавленное, что она без сил упала на постель. Полежала несколько минут, затем схватила бутылку, которую принесла Конни, зажала голыми коленями и свинтила крышку. Она уже собиралась сделать глоток, но вдруг ей стало противно. Противно все. Особенно эта открытая бутылка. Разжав колени, она позволила упасть ей на пол. Она не хотела вливать в себя это отвратительное пойло, даже ради того, чтобы пройти по мосту, даже ради того чтобы облегчить сердце.

Кристина выключила свет и подошла к окну. Мягкий девственный снег был прекрасен. Первый снег в этом году. Никого из студентов на улице не видно. Очень странно. Наверное, поразъехались уже все по домам или спят. Окна библиотеки Фелдберг напротив общежития Хинман-Холл все еще светились. «Интересно, Френки действительно ждет моего перехода через мост?»

Она была готова исполнить этот трюк. В этих переходах по перилам моста во время снегопада было для нее что-то очень важное. Как будто это очищало ее внутри. Она чувствовала себя птицей, не имеющей возможности взлететь, но готовой оторваться от земли, оказаться один на один с природой, окутавшей все сущее снегом. Присутствие алкоголя в крови укрепляло ее шаги, придавало уверенности, создавало иллюзию готовности встречи с Создателем. В любой момент.

После вчерашнего Кристина поняла, что на самом деле это была только иллюзия. Что в действительности она совершенно не готова.

И сегодня она боялась, потому и молилась.

— Прости меня, ласковый Боже. Прости меня, милый, — шептала она. — Прости меня за то, что я хочу жить, за то, что я не хочу еще встречаться с Тобой, за то, что не готова к этой встрече. Милый Боже! Я хочу жить. Жить достойно, но только не знаю как. — Она наклонила голову. — Пожалуйста, подскажи мне как.

Вчера она получила еще один шанс. Нет, не там, не на шоссе. Она получила шанс начать правильную жизнь. И собиралась этим шансом воспользоваться. Но как?

Прежде всего, надо порвать с Альбертом. Порвать раз и навсегда.

«Пусть Конни получает его в свое полное распоряжение, а я начну жить своей жизнью. Без него».

Желтые уличные огни бросали на бело-голубой снег унылые лучи.

Обычно она совершала свой трюк без обуви, но это было до того, как она приобрела черные ботинки. Наконец-то у нее появилось из вещей что-то стоящее. Ребра болели, плечо ныло, поэтому надеть ботинки было сущей мукой, если учесть, что действовала только одна рука. Но она с этим понемногу справлялась. Правда, медленно.

Она уже зашнуровывала ботинок, когда раздался стук в дверь.

Сердце стремительно отозвалось на него. Кристина глубоко задышала и, прежде чем услышала очередной стук, уже успела запыхаться.

Открывать дверь ей не хотелось. Но хвост Аристотеля вилял так, как только при появлении одного человека, и Кристина желала этому человеку счастливо провести праздники. «Пусть он проведет чудесные праздники в бухте Колд-Спринг».

За дверью стоял Альберт.

— Входи, — сказала она, продолжая заниматься ботинком.

— Я пришел узнать, как ты.

— Как видишь, великолепно.

— Я так и думал, что ты, наверное, захочешь пройтись по мосту, — сказал он. — Ты никогда не можешь найти в себе силы сопротивляться искушению. — Он уселся в складное кресло и осмотрел комнату. Его глаза остановились на бутылке «Южного комфорта», содержимое которой вытекало на ковер.

— Уезжаешь, Альберт? — тихо спросила Кристина.

— Уезжаю в никуда, Рок. Ты знаешь это. — Он посмотрел в окно, затем потянулся и закрыл форточку. — Холодно.

— Оставь ее открытой, — сказала Кристина. — Сегодня ночью мне было жарко.

Он встал и торжественно произнес:

— Послушай, если завтра не увидимся, на всякий случай поздравляю с Благодарением.

— Ага, — ответила Кристина, глядя в сторону, готовая заплакать. — Спасибо. Я тебя тоже поздравляю. Не сомневаюсь, у тебя оно будет хорошим.

— Ты уверена, что не хочешь поехать с нами?

На этот раз она подняла на него глаза и твердо произнесла:

— Да, я уверена, Альберт. Полностью.

Он подошел к ней, но Кристина пересела дальше, чтобы он не мог до нее дотронуться. Она смотрела на него, и в ее взгляде смешивались ненависть, сожаление и любовь. И где-то на переднем крае ее души эти три чувства вели отчаянную борьбу.

Альберт потянулся, чтобы коснуться ее, но она стала двигаться еще дальше, и он остановился.

— Разреши мне помочь тебе с ботинком, — нежно произнес он.

Кристина позволила. Он опустился перед ней на колени, и она протянула ему голую ногу. Она была не одета и видела, как он смотрел на нее, с каким желанием, слегка полураскрыв губы.

— Хочешь, чтобы я его зашнуровал?

— Конечно, — сказала она, и Альберт оставался на коленях еще несколько секунд. Затем он поднял руку и стал ласкать ее бедра; но она сжала колени и снова попыталась отодвинуться. Тогда он коснулся ее лица.

— Что случилось с твоими щеками? Они красные.

— Это из-за тебя, Альберт. Это ты заставил их гореть.

Он не спросил больше ни о чем, а она больше ничего не сказала. Он поднялся с пола и направился к двери.

— До встречи, Крисс.

— Конечно, — сказала Кристина, отвернув лицо. — Увидимся.

Перед тем как уйти, он несколько секунд пристально смотрел на нее.

Потолок покачнулся у нее перед глазами, и она снова упала на постель.

«Пожалуйста, не плачь. Перестань. Попробуй развеселиться. Ведь тебе предстоит выполнить рискованный трюк. Ты выполнишь его, и это поднимет твой дух. Если не это, то ничто не поднимет», — уговаривала она себя.

Через несколько минут Кристина встала, вышла за дверь и направилась к лестнице.

Она воспользовалась запасным выходом. И сразу окунулась в снег и ветер. «Лучше всего проделать это все быстро», — подумала она, прикрывая грудь руками. Но она знала, что быстро не сможет. Необходимо, чтобы каждое движение было тщательно зафиксировано, как в замедленной съемке. Весь день она провела как в бреду, мучаясь от боли. Сейчас Кристина надеялась, что холод заставит ее члены оцепенеть, уймет боль, ей станет лучше.

Она посмотрела в сторону библиотеки Фелдберг, пытаясь в каком-нибудь из окон разглядеть Френки. Он был ее ангелом-хранителем во время ночных приключений. Но Френки не обещал, что будет ждать всю ночь. Кристина приблизилась к мосту и встала у основания. Затем улыбнулась для поднятия духа и перекрестилась: «Ну давай же, Кристина, пошли. Пошли». Каменные перила были чуть меньше метра высотой и примерно шестьдесят сантиметров в ширину. Оберегая правое колено, она медленно забралась наверх и встала. Попыталась вытянуть обе руки в стороны, прежде чем сделать первый шаг. Подчинилась только правая рука.