Чтение онлайн

Его правая рука оставалась в кармане халата. Доктор заметно нервничал и оглядывался на посторонние шумы.

Он в который раз остановился возле очередной палаты, глубоко вздохнул и посмотрел на закрытое жалюзи темное окно палаты. На его поверхности тускло сияли горящие в коридоре лампы и бледнело отражение самого доктора.

Врач оглянулся и осторожно вынул правую руку из кармана. Его пальцы судорожно сжимали небольшой чёрный пистолет.

***

— В принципе, — Домбровский наклонился к Стасу, — мы уже можем его брать.

— Нет, — качнул головой Стас, — он должен выстрелить…

— Стас, это риск, — по голосу Коли было слышно, что он волнуется.

— Он ведь не идиот, Коль, — не спуская взгляда с мониторов скрытых камер, ответил Стас. — и он не сунулся бы сюда вот так, сломя голову, если бы не был уверен, что Диана в палате.

— А если он нашу сотрудницу пристрелит? — спросил Домбровский.

— Да, нет, — отмахнулся Стас, — там опытная девушка, и она знает своё дело. Тем более она в жилете и начеку.

Стас поднёс рацию ко рту. Выждал, когда человек на экране мониторов крадучись войдет в палату, где должна была находиться Злотникова, и произнес в рацию:

— Готовность один, объект возле приманки. Работаем по моей команде.

— Есть, — почти хором прозвучали в ответ несколько голосов.

Коля взволнованно поёрзал, наблюдая за тем, как их Гость входит в палату.

— Стас, пора… — простонал он, отчаянно нервничая.

— Сначала он должен открыть огонь, — ответил Стас, — иначе СКР его отмажет.

— Твою мать, — выдохнул Коля.

Стас похлопал его плечу. В молчаливом напряжении они наблюдали за темным призрачным силуэтом в белом халате. В камерах с режимом «ночного видения», он выглядел довольно жутко.

Коля судорожно вздохнул, когда Объект встал у кровати, где должна была лежать Диана и поднял пистолет.

Мгновение. Стас успел почувствовать лишь два быстрых удара сердца, как пистолет в руке Гостя несколько раз беззвучно дёрнулся.

— Начали! — рявкнул Стас в рацию и выбежал из комнаты, где они сидели с Колей.

***

Он стрелял с мрачным ожесточением, желая расстрелять эту болтливую дрянь, которую УГРО непонятно, как вообще отыскали!

— «Сама виновата» — со злостью думал Он, нажимая на спусковой крючок пистолета снова и снова.

Третья пуля из его пистолета ещё не достигал цели, как в палате вспыхнул свет, что-то шелохнулось под одеялом в постели, сползло на кровать, и в тот же миг резкая боль вспорола его левую голень.

Раненый в ногу, мужчина вскрикнул, выругался, пошатнулся и упал.

Он увидел, как из-за кровати быстро поднимается женщина в темном бронежилете и темных брюках. В её вытянутых руках темнел направленный на него пистолет.

— Уголовный розыск! Брось оружие! — гневно вскричала она.

В тот же миг в палату ворвались ещё пятеро мужчин, они окружили его, один из них ногой выбил пистолет из его руки, а другой повалил на пол и заломил руки.

Гость почувствовал, как на его запястьях сомкнулись обжигающе холодные кольца наручников.

А затем в палату вошел Корнилов. Гость, лежа на полу поднял на него удивленный и свирепый взгляд.

— Ты!.. — выдохнул он. — Подполковник! Это всё ты!!! Это ты подослал эту белобрысую маленькую с**у, чтобы она!.. А я, как дебил арестовал Гольшанских! С**а!!! Чтоб ты сдох!!! Ты же знал!.. С**а!!! Ты все знал!!! Ты специально все подстроил!!! Ублюдок! Чтобы ты сгорел!!! Ненавижу тебя!..

— Хватит истерить, Карабанов, — сухо бросил Стас. — Ты сам себя погубил когда начал преследовать Людмилу.

— Пошёл ты!!! Ты ничего обо мне не знаешь! Мы с ней созданы друг для друга!!! Она моя! Моя!!! МОЯ!!!

— Можешь думать так, сколько тебе угодно, это законом не запрещено, — ответил Стас с презрением глядя на бьющегося в гневной истерике Евсея Карабанова, — в любом случае, с Людмилой ты вряд ли ещё раз свидишься. Разве, что она захочет навестить тебя, чтобы лично плюнуть в лицо.

Карабанов, впав в совершенное безумие, попытался дотянуться до Стаса. С безумным оскалом и выпученными глазами, он выглядел не столько страшно, сколько просто… жалко и мерзко.

— Увидите, его, — велел Корнилов сотрудникам Уголовного розыска, затем Стас посмотрел на широкоплечую высокую женщину, которая играла роль приманки. — Ты как? Не ранена?

— Всё нормально, — самодовольно усмехнулась та. — Но синяки останутся. С вас причитается, товарищ подполковник.

— Сочтемся, — кивнул Стас с одобрительной улыбкой. — А пока, можешь две недели наслаждаться заслуженным отпуском.

— Вау… — выдохнула полицейская. — Теперь я буду знать, что для отпуска в Уголовного розыске, нужно дать себя подстрелить.

Стас и Коля с понимаем рассмеялись.

ВЕРОНИКА ЛАЗОВСКАЯ

Воскресение, 31 января.

— Роджеровна, ты уже опаздываешь…

— Лера, ну не мешай пожалуйста! Я знаю! — я нервно и нетерпеливо замахала руками, стоя перед зеркалом. — Я почти готова!..

— Хвати уже прихорашиваться! — Логинова упёрла руки в бока. — Мать, у тебя парень из тюрьмы вышел!..

Он хихикнула, и продолжила:

— Бедняга срок отмотал! А ты тут заставляешь ждать!..

— Лера!..

— Вали давай, на свидание! — Лерка выхватила у меня из рук валик для одежды.

— Ладно… — я повернулась спиной к зеркалу и внимательно осмотрела себя сзади, задержав взгляд на новых джинсах, а затем взглянул на Лерку. — Как я выгляжу?

Я встала перед ней и улыбнулась.

Логинова вздохнула, окинула меня с ног до головы критичным взглядом и, покачав головой, заявила:

— Как Мать драконов, до того, как сожгла Королевскую гавань!..

Я со смешком фыркнула.

— Оригинальный комплимент.

Лерка пожала плечами:

— Кто тебе ещё скажет такой комплимент, кроме лучшей подруги.

— Спасибо, Лерка! — засмеялась я. — Ты точно не против, что я возьму твой Форестер?

— Нет, — ухмыльнулась Логинова, — из нас двоих, у меня больше шансов угробить мою машину. Давай, уже дуй, принцесса.