Чтение онлайн

— Хочешь ее?

— Да, хочу…исполосовать всю, наполнить красным цветом, под стать своему Красному дракону — его голос был наполнен страстью, словно в тот момент он говорил о Джиа как о картине.

— Дерзай милый, я хочу, чтобы она мучилась… сильно мучилась.

— Как прикажешь — он направился к ней с ножом, но в этот раз он не трогал рану, видимо думая, что она вновь отключится, поэтому зашел за спину. Вызывая у Джиа неконтролируемый страх, как когда-то с отцом.

— Твой отец, был частым гостем в моей постели, — сказала Сильвия, наблюдая за реакцией Джиа — Он был так «убит» после смерти своей жены, что я решила помочь ему справиться с горем, — на этих словах она хихикнула и, прикрыв рот ладошкой, тут же махнула рукой — Он был диким и ненасытным животным, когда брал меня, да, не удивляйся, твой отец нуждался в ласке, хотя для него ласка, это всегда боль. Но я позволяла ему это, в ответ, он открывал мне некоторые тайны своих партнеров, которые я впоследствии передавала своему супругу, чтобы он мог в нужный момент воспользоваться ими.

— Странная многоходовочка, не находите, синьора Берутти? — голос Джиа был слабым, но она старалась не кричать, пока ее новый любовник, полосовал ей спину, легко и в тоже время болезненно.

— Согласна, но, видишь ли, я хотела убить его позже, после того, как все его дела перешли бы тебе по наследству, когда ты вышла бы за моего сына, но твой… громила справился с этим быстрее, упрятав его сначала в тюрьму, а после убив!

— Что?

— Оу, ты не в курсе, ты же была там?

— Он сказал, что все в больнице — повторила она слова Джина.

— Так и есть, но кто-то на больничной койке, а кто-то в морге — ее смех был радостным и Джиа скривилась, понимая что совсем не испытывает вины за случившееся.

— Одной проблемой меньше — только и сказала она, заставив Сильвию изумленно уставиться на нее.

— Согласна, такой мрази, как твой отец, смерти слишком мало, но, если бы ты не убила моего мальчика, когда тот пытался спасти тебя… — она запнулась на словах, кривя губы в злости и Джиа чувствует, как ее любовник вспарывает ей позвоночник, заставив нечеловечески заорать.

— Не люблю, когда она плачет!

— Довольно, Лео, снимай ее, хочу перед уходом насладиться ее страхом и агонией. Видишь ли, детка, твой отец после секса был так разговорчив, что частенько делился тем, как наказывал тебя, рассказывая, что твой самый сильный страх, оказаться запертой в саркофаге навечно! — ее улыбка была дьявольской и Джиа застонала, пытаясь выбраться из наручников и теряя остатки самообладания.

— Не надо, прошу вас!

— Тащи ее!

Сняв с цепей, он обхватил ее брыкающееся тело двумя руками и, подняв как пушинку, понес к саркофагу. Чем ближе они подходили, тем сильнее становилась ее агония, и тем сильнее она вырывалась, видимо даже раны были не в состоянии затмить ее рассудок от предстоящего ужаса.

— Полезай в домик, крыска!

Он толкнул ее внутрь, и она почувствовала, как несколько шипов воткнулись ей в спину, заставив закричать от боли и страха, и когда она увидела, как он закрывает ее, нечеловеческий вопль пронзил все помещение, сливаясь с криком и топотом бегущих к ним людей.

70

Джин знал, кто звонил и клял себя, что проявил сочувствие. Надо было убирать всех, теперь из-за его слабости, Джиа угрожает опасность и он убьет их всех, если только они причинят ей боль. Он оделся, спустился вниз, смерив оставшихся людей тяжелым взглядом, поймал себя на мысли, что они чувствуют себя такими же преданными, как и он, опуская глаза и играя желваками.

— Нашли их?

— Да.

Пролетая сквозь яркие неоновые вывески, он молил Бога только об одном, чтобы она была жива. Три машины и на подъезде, их поджидала ловушка, заставив проторчать еще полчаса, пока его люди разносили старый район Камбоджи в пыль. Еще пятнадцать минут потребовалось, чтобы пробраться сквозь толпу бедняков, что окружили их возле места, где держали Джиа.

Спустившись вниз, он шел за своим человеком, не смотря по сторонам стараясь как можно быстрее добраться до своей жены. Нечеловеческий крик, заставил его жилы застыть и пустить по ним ядовитую ярость, схватив пистолет. Влетев в помещение, он увидел, как мужик подталкивал Сильвию Берутти к другому выходу, а сам, закрыв дверь, повернулся, улыбаясь и перекидывая кровяной нож из руки в руку.

Нехорошее предчувствие заставило Джина оглядеться. Увидев саркофаг, он мгновенно подлетел, открывая его и едва не упал, спина Джиа была проткнута шипами и пусть они были небольшими, но потеря крови, лишила ее сознания.

— Милая, ты меня слышишь? — шептал Джин, опускаясь с ней на пол и едва соображая, что делать дальше.

— Ты слегка опоздал — улыбка смертника, была безумной, видимо он и сам понимал, чтоего ждет.

Вскинув голову, он пригвоздил его взглядом и, отдав приказ, взять его живым, поднял Джиа на руки. Время, что они пробыли в больнице, едва не лишило его разума, он каждый раз вскидывал голову, когда кто-то выходил из операционной и бросался с вопросами на них. Когда же врач вышел и сказал, что они сделали все возможное, и осталось лишь ждать, когда она очнется, он едва не заплакал.

— Я могу побыть с ней?

Зайдя в палату, он увидел кучу датчиков и ее бескровные губы, а еще белое лицо и лишь подрагивающие ресницы, были свидетелями, что она жива. Сев у ее ног, он уткнулся в них и расплакался, пока никто не видит, жалея, что не смог защитить ее.

— Прости меня принцесса, прости.

— Дракончик…

Шепот, как дуновение ветерка, проносится над ним и следом ее рука, ложится ему на голову, лишая последних сил, и он крепко сжимает ее ноги, боясь задушить в своих медвежьих объятиях.

— Молишься на меня?

Он молчал, не зная как ей сказать, что умер вместе с ней там, в подвале, когда увидел, как в нее воткнулись иглы, и как сейчас воскрес, слыша ее шутливый голос. Может он все же сбрендил?

Вскинув голову, чтобы удостовериться, что это и в самом деле Джиа, он ловит ее легкую улыбку и вновь прячет лицо, чтобы она не заметила его слез. Переведя дыхание, он поднимает глаза, и она подзывает его к себе. Он осторожно кладет свою голову рядом с ней на подушку и смотрит внимательным взглядом, пока она дотрагивается до его лица, убирая волосы с глаз.

— Значит, мне не показалось? Ты плакал? — она шутливо вздохнула и, дотронувшись до его мокрых ресниц, провела рукой по глазам, которые он закрыл и придвинул к ней ближе — Не бойся, я никому не скажу.

— Джиа я…

— Знаю, дракончик, не переживай, когда-нибудь мне все равно пришлось бы столкнуться со своим страхом — она засмеялась, а он закрыл ей рот рукой, пронзая взглядом и она положила поверх его руки свои ладошки.

— Я люблю тебя принцесса.

— И я тебя Джин. Пообещаешь мне кое-что?

Он тут же нахмурился, зная, что она попросит.

— Нет. Я никого не пощажу, никого.

— Вообще-то я не об этом, — сказала она, и он повернулся к ней — Я домой хочу, поедем?

Он улыбнулся ей и кивнул, пообещав узнать у врача, когда им можно будет покинуть больницу. Стоило ему выйти из палаты, как его место занял охранник, присаживаясь на стул у двери и смотря перед собой. Врач попросил их задержаться на пару недель, и Джиа ничего не оставалось, как послушать врача, не сильно возмущаясь по этому поводу, ведь все время с ней в палате был Джин, не сводил с нее внимательного взгляда, исполняя любую ее прихоть.