Чтение онлайн

Грэм зашагал вдоль свежевыкрашенного забора в глубь участка Джекоби. На соседнем участке он увидел пасущуюся лошадь. Обойдя хозяйственные постройки, он остановился, увидев в земле яму, в которой был похоронен кот. Размышляя об этом эпизоде в управлении, он почему-то представлял себе, что все дворовые постройки белого цвета. На самом же деле они были темно-зелеными. Дети завернули кота в посудное полотенце и похоронили в коробке из-под обуви, вложив между лапок цветок.

Грэм облокотился на забор и закрыл лицо руками.

Похороны домашнего любимца, печальный ритуал детства. Родители возвращаются в дом, не зная, уместна ли тут молитва. Дети беспокойно поглядывают то друг на друга, то на могилку, где покоится дорогое им существо. Девочка первой склоняет голову, за ней — братья. Они роют землю лопатой, которая больше самого высокого из них. Затем начинают спорить, попадет ли кот на небеса.

Стоя у забора под жаркими лучами летнего солнца, Грэм мысленно представлял себе эту сцену. Внезапно к нему пришла догадка, переросшая в уверенность. Убив кота, Зубастик не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за его похоронами. Такое зрелище он пропустить не мог.

Вряд ли он приезжал сюда дважды: сначала для того, чтобы убить кота, а затем — покончить с Джейкоби. Он пришел, убил кота и подождал, пока дети найдут его.

Где дети нашли мертвого кота, сейчас уже не узнать. Полиции не удалось отыскать никого, кто разговаривал бы с Джейкоби после ланча.

Какой дорогой приехал сюда Зубастик? Где прятался?

За задним забором начинались густые заросли кустарника, тянувшегося метров на тридцать, до самого леса. Грэм достал из кармана карту и разложил ее на заборе. Непрерывная полоса леса шириной метров четыреста тянулась от дома Джейкоби в обоих направлениях. За лесом шла грунтовая дорога, параллельная той, что проходила напротив дома Джейкоби.

Грэм отъехал от дома и вырулил на шоссе, измеряя расстояние по спидометру. Свернув на юг, он промчался по автостраде и наконец добрался до грунтовой дороги, указанной на карте. Снизил скорость и проехал до места, которое, судя по спидометру, находилось точно за домом Джейкоби по другую сторону леса.

Здесь дорожное покрытие заканчивалось и начинались новые постройки, еще не обозначенные на карте. Грэм втиснулся на автостоянку. Большинство автомобилей на ней были старыми, с просевшими рессорами. Две машины стояли на деревянных колодках.

Чернокожие мальчишки играли в баскетбол, прыгая вокруг единственного кольца без сетки. На минуту Грэм оперся на крыло своей машины, наблюдая за их сражением.

Он хотел было снять пиджак, но вовремя вспомнил о пистолете и фотоаппарате, которые наверняка привлекут внимание. Он всегда смущался, когда рассматривали его оружие.

В команде тех, кто играл в рубашках, было десять игроков, без рубашек — одиннадцать. Все играли одновременно, беспрекословно повинуясь знакам арбитра.

Вытолкнутый из игры полуголый мальчишка, скрывая досаду, прошествовал домой.

Но вскоре, подкрепившись булочкой, он вернулся и снова нырнул в общую кучу. Веселый детский визг и глухой звук ударов мяча о щит слегка улучшили настроение Грэма.

Одно баскетбольное кольцо, один мяч. Грэм снова вспомнил, как много вещей было у Лидсов. Судя по отчетам полиции Бирмингема, вначале классифицировавшей преступление как ночную кражу со взломом, Джейкоби тоже не были бедняками. Лодки, спортивное и туристское снаряжение, кинокамеры, ружья, спиннинги. Еще одно сходство двух семей.

Но, представив себе Лидсов и Джейкоби живыми, он сразу же вспомнил, как они выглядели потом, и после этого Грэм уже не мог смотреть на играющих в баскетбол детей. Он глубоко вздохнул и направился к лесу за дорогой. Перед соснами рос частый кустарник. Под густым темным покровом деревьев он редел, и вскоре Грэм уже свободно зашагал по легко пружинящим под ногами сосновым иголкам.

Воздух в сосновом бору был теплым и неподвижным. Голубые сойки на деревьях оповещали лес о его вторжении.

Грэм медленно спустился до русла давно пересохшего ручья, где росло несколько кипарисов и где на красноватой глине отпечатались следы енотов и полевых мышей. А вот и несколько глубоких следов детских и взрослых ног. Они опали и деформировались — видимо, прошедшие дожди хорошо потрудились над ними.

За руслом пришлось подниматься вверх по песчаному суглинку, пробираясь среди густых папоротников, растущих под соснами. Было очень жарко. Грэм с трудом лез вверх и наконец увидел проблески света между деревьями. Лес кончался. Вскоре между стволами показался верхний этаж дома Джейкоби.

Вот и подлесок в рост человека, тянущийся от края леса до самого забора. Грэм с трудом продрался сквозь кусты до самого забора.

Зубастик мог также оставить машину у строящихся зданий и пройти через лес к кустам за домом. Потом заманить в заросли кота, придушить его, глядя, как бессильно повисает маленькое тельце в руке. Зубастик, видимо, подполз на коленях к забору, опираясь на свободную руку. Грэм представил, как, описав дугу, мертвое тело пролетает над забором, заканчивая свой последний прыжок не на все четыре лапы, а громко шмякнувшись спиной о землю во дворе.

Зубастик проделал все это днем — дети не смогли бы найти и похоронить кота ночью. Потом остался посмотреть, как ребятишки найдут животное. Провел ли Зубастик весь остаток дня в кустарнике под палящим солнцем? Ведь его вполне могли заметить через забор обитатели дома. Если бы он просто отошел подальше, чтобы видеть, что делается во дворе, ему пришлось бы вытянуться в полный рост лицом к окнам, прямо на освещенном солнцем месте. Нет, он должен был вернуться в лес. Грэм сделал то же самое.

В полиции Бирмингема не дураки работают. Само собой, они вдоль и поперек прочесали кустарник, обыскивая местность. Но это было до того, как нашли кота. Они искали улики, оброненные предметы, следы, но вовсе не пункт наблюдения убийцы.

Грэм вошел в лес и, очутившись в тени деревьев, которую пронизывали лучи солнца, начал поиски. Прошло больше часа, прежде чем его взгляд привлекло какое-то тусклое мерцание на земле между деревьями. Он потерял его из виду, затем снова нашел. Это было колечко-ушко от жестянки из-под пива или кока-колы, полузасыпанное листьями под вязом, одним из немногих в сосновом бору.

Грэм разглядел колечко метрах в двух с половиной от себя и не подходил к нему минут пять, пока пристально не осмотрел землю вокруг дерева. Присев на корточки, он осторожно двинулся вперед, отгребая перед собой листья в сторону, пока не добрался до вяза, переваливаясь, как утка, по этой созданной им тропинке. Затем не спеша очистил пространство вокруг ствола. Но и на прошлогоднем слое листьев не отпечаталось ни одного следа.