Чтение онлайн

Фейм находился в прекрасном настроении. Он готовился выступить перед подростками, чьи родители поддерживают организацию «Планета золотого миллиарда». Себастьян очень любил детей, особенно мальчиков двенадцати-тринадцати лет. Ему нравилось раздевать их догола, шлепать по попке, щупать их и играть с ними в изысканные игры, подсказанные ему воспитательными фантазиями. Фейм ни разу не нанес детям серьезных увечий из-за своего абсурдного извращения, поэтому чиновники «Планеты золотого миллиарда» с удовольствием подгоняли ему двух-трех малолетних отпрысков сторонников движения из рабочего класса, чтобы после выступления у него были товарищи для игр. Но сперва Фейм будет сорок пять минут петь под акустическую гитару. Перед столь благодарными зрителями это само по себе доставит ему большое удовольствие.

Себастьян откинулся на стуле и перелистал журнал для педофилов. В это время лектор из «ПЗМ» вещал на тему «Личные экономические интересы являются лучшей опорой общества на разумных началах». Почти все тинэйджеры пропустили речь мимо ушей. Они высидели положенное время, с энтузиазмом поаплодировали в конце потому, что так им велели родители. Наградой за примерное появление будет появление «Как Всегда Великолепного» Себастьяна Фейма.

Когда великий человек наконец-то выполз на сцену, девочки дружно взвыли, и трое из них плюхнулось в обморок. Мальчики с визгами убежали бы из зала, если б знали, как развлекается Себастьян после концерта.

— Привет, поп-мальчишки, привет поп-девчонки! — прогудел старый козел. — Мы собрались здесь с общей целью: петь песни, шуметь и веселиться! Начнем же! Припев все знают? Не ленитесь подпевать!

Сотня отмороженных подростков завопила при первых аккордах нынешнего хита Себастьяна «Остерегайтесь Сатаны». Они топали и хлопали, но ни у кого не хватило отваги вскочить с места и начать отплясывать в проходах. Столь вульгарное поведение недопустимо в зале, украшенном британскими флагами и огромным деревянным крестом, возвышающимся за спиной Фейма.

Хотя на концерте присутствовало всего десять взрослых, атмосфера воплощала традиционную британскую сдержанность, никто не позволил бы веселью перейти границы приличия. Трех девочек вернули в чувство нюхательной солью и предупредили, что если они не возьмут себя в руки, то им надерут попку в присутствии друзей, чтобы им было стыдно.

За безопасность на концерте отвечал полковник запаса. Он же привел двух ребят из Лиги Молодых Арийцев на роль стражей порядка. Последние не вполне понимали зачем. Ведь кому понадобиться портить мероприятие, на котором группу детей из высших классов развлекают творчеством стареющего попсовика? Эти тупорылые уроды не догадывались, что в этот момент в здание врывается Коллектив Проституток Сохо для проведения самоуверенной акции поддержки крупного скандала против реакционных сил, который они устроят в родных пенатах менее чем через неделю.

Пораженная охрана вскочила, когда у здания притормозил фургон. Оттуда выскочило двенадцать женщин в масках, за рулем остался только шофер. Стражи вздохнули с облегчением. Цыпочки явно вздумали пошутить, их подослал кто-то из их приятелей, написав письмо Джереми Бидлу. У паршивцев из ЛМА не хватало ума понять, что среди величайших воинов всех времен и народов немало женщин.

— Лица можете не показывать, — засмеялся толстый напарник, — покажите сиськи.

— Покажите сиськи, сиськи, сиськи, сиськи, — запел его приятель. Но быстро замолк!

Ударом по почкам Клео отправила сексиста-недоноска на пол, во рту у него запузырилась кровища. Затем кунгфуистка сломала ублюдку позвоночник, врезав ему по затылку ботинком. Раздался ласкающий слух треск кости, имя фашистского опездола добавилось к длинному полицейскому списку жертв убийства.

Тут же кулак Мэлоди Траш съездил в зубы второго охранника. Изменив недоноску прикус, она добила его ударом в живот, и в следующее мгновение гондон метал харчи. Если б все дальше пошло естественным путем, то ублюдок изрыгнул бы все внутренности маленькими порциями. Но на него обрушился град ножных ударов нескольких членов КПС. Сначала с тошнотворным звуком хрястнуло несколько ребер, потом в голову случайно попал один из пинков, и любитель пива обмяк. Чертовски жаль, что до его мозга перестали доходить волны жестокой боли, сопровождавшие ранние этапы избиения. Но для фашиста ледяное отупение и физическая отключка были дороже миллионного выигрыша.

Себастьян вздрогнул и замолк на середине песни, когда КПС клином ворвался в зал. Вякнув пару раз, аудитория стихла, был слышен лишь топот ботинок по деревянному полу. Клео и Мэлоди схватили Фейма. Остальные члены КПС отогнали стадо зрителей в боковое помещение. Взрослым просто пальнули в головы и оставили лежать на месте.

Себастьяна проволокли по сцене и поставили у деревянного креста. Из висящего на спине рюкзака Мэлоди достала два молотка и горсть шестидюймовых гвоздей. Лицо певца исказила гримаса ужаса. Два страшных предмета не оставляли сомнений в его дальнейшей судьбе.

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет! — заплакал Фейм.

— Заткнись! — рассердилась Клео и больно треснула его в чувствительное место.

Себастьян обмяк. Преподавательница кунгфу держала ему руки, а Мэлоди загоняла гвозди в ладони. Тем временем из массы зрителей отобрали четырех девочек постарше со значками Консервативного Коллегиального Форума для показательной казни. Автоматы выплюнули залп свинцовой смерти и спустя несколько секунд на полу валялось еще несколько трупов.

Вонг несколько раз ударила Фейма, к певцу вернулось сознание, и по его воплю стало ясно, что он терпит адские муки. Траш приставила гвоздь к правой ступне Себастьяна. Первый удар был легким, гвоздь скользнул сквозь мясо, как нож сквозь масло. Вбить его в дерево оказалось сложнее, удар прошел мимо цели, раздробив несколько костей. Раскаленные волны агонии бегали вверх и вниз по туловищу Фейма, он выкрикивал ругательства, способные разбудить мертвеца.

Невзирая на оглушительный рев, Траш трудилась у левой ноги певца. С каждым ударом молотка визги усиливались и вскоре превысили уровень децибел, установленный советом после жалоб местных жителей на шум проводимых концертов. Прикрепив ступни Фейма к деревянному кресту, Мэлоди запустила гвоздь ему в пах. Себастьян вскрикнул в последний раз и второй раз за утро потерял сознание. Клео смочила палец в сочащейся из ран крови и накорябала на стене следующие слова:

Главную роль в борьбе станут играть паника и ужас. Они придают нашему сражению крайне необходимый элемент эстетики и помогают нашим товарищам оценить страшную красоту классовой войны.

Это была цитата из трактата прославленного К. Л. Каллана «Маркс, Христос и Сатана объединяются в общей борьбе». Написав лозунг, Вонг через несколько секунд увела отряд из концертного зала.

АДОЛЬФ КРАМЕР ЧУВСТВОВАЛ возбуждение, вскипающее внутри, когда он перешел через дорогу и направился к общественным туалетам в парк «Хайбери». Анархистского убийцу будоражило чувство встречи с неизвестным. У Адольфа имелась толпа знакомых типов, с радостью посвятивших бы его в таинства мужской любви, но он твердо вознамерился познать эту сторону своей сексуальности с незнакомцами.

В сортире тусовалось с десяток мужиков — по одному в кабинке, двое торчали у раковин, остальные выстроились у писсуаров. Лица парочки у умывальников Адольфу не понравились, все остальные стояли к нему спиной. В конце концов, он просто зашел в незакрытую кабинку, выбрав чернокожего парня потрясающей мускулистости.

Мертвая тишина туалета резко сменилась шумом, посетители бросили изображать мочеиспускание и вернулись к увлеченному хуесосанию. Партнер Крамера обернулся, демонстрируя немыслимых размеров украшение. Господи, подивился Адольф, да я ж легко подавлюсь таким чудовищем. Крамер опустился на колени, сердце его выбивало 120 ударов в минуту, и он сомкнул губы вокруг необрезанной плоти.