Красота мёртвого мира
Шрифт:
Джессика подобрала свои горькие слёзы, бодро и уверенно кивнула, что согласна и готова немного подождать его, но Джессику смутило, то что Суфа запнулась на максимуме дней ожиданий.
– Слушай, а вот предположим Сеня не придёт через два дня и даже через четыре, то что нам делать, Сеня же нас запер снаружи? – с подозрением спросила Джессика – еды то у нас на сколько хватит? На неделю? На две? Если её вообще хватит на неделю?
«Вряд ли бы Сеня оставил двух людей помирать с голоду. У него явно был бы какой-то план и он его придерживался, чтоб я не пошла за ним и при этом оставить нас в безопасности!». Подумала Джессика.
– Как же ты достала! Вот чес слово – отворачиваясь от вопроса Джессики, сказала Суфа – ты что правда не веришь в моего брата?
– Не то чтобы, не верила – неуверенно начала говорить Джессика – Но вчера он выглядел беспомощным, вот и всё.
– А ты что думаешь, Сеня настолько дурак?! – завелась Суфа – Что после того, что произошло этой ночью он будет также неуверенно себя вести!? Думаешь Сеня дурак редкостный? Ну разве что немножко, но он умнее чем кажется! Он между прочем всё схватывает на лету и быстро подстраивается под окружающею среду и после этой ночи я уверенна, что он быстрее всех понял, что к чему произошло, но не говорил, наверное потому что боялся, что его засмеют, а он этого знаешь ли, больше всего на свете боится, что за старания его только засмеют и сделают поворот до ворот. Ты его вообще не знаешь, раз такое говоришь.
– Да откуда мне его знать?! – в ответ завелась Джессика – я его знать не знаю, от силы минут тридцать и всё! А ты мне это так говоришь, словно мы с ним уже век знакомы, откуда мне знать, что во он такой умный и сильный человек, как ты говоришь, да я его даже не знаю толком, но при нашей первой встречи, мне показалось, что он слабый и бесхребетная плакса, вот и всё! Раз не смог сразу понять, что мужик, у которого руки все в крови, хочет его убить, а не руку пожать…
За дверью раздался какой-то громкий хлопок похожий на выстрел и девочки замолчали с испугу.
– Где мой пистолет? – Спросила Джессика.
– В моей комнате, в тумбочки, самый последний ящик, под розовым полотенцем. – тише воды сказала Суфа – их там два, возьми оба, не спрашивай откуда второй, ладно?
Джессика молча ушла и пришла с двумя пистолетами в руках.
– Ты хоть стрелять умеешь? – поинтересовалась Джессика.
– Умею, представь себе! – огрызнулась Суфа.
– Слушай, ну извини, что назвала твоего брата слабым и бесхребетной плаксой – умоляя попросила Джессика – Я правда не хотела тебя обидеть, но и ты меня пойми, ты говорила про меня так, будто мы с ним целую вечность знакомы. И я должна сидеть, сложа руки и ждать с улыбкой на лице его возвращения?
– Ладно и ты меня прости – пробубнила Суфа – я тоже не права, надо было спросит сколько вы вообще знакомы. Мой косяк.
И девочки примерившись, целились в дверь, в ожидании, чего-то страшного, но к счастью, больше ничего не происходило.
– Я думаю, что стоит посторожить какое-то время – сказала Суфа – для надёжности.
– Угу – согласилась Джессика – ты тогда отдыхай, а я схожу за письмом и потом приду посторожу, ладно?
– Как знаешь – не отказалась от предложения Суфа – Как раз хотела такой же план действий предложить.
Джессика отправилась в комнату за письмом, а Суфа на кухню заварить чашечку горячего шоколада и скушать пирожное, которое успела приготовить мама.
«Да где же оно?» говорила про себя Джессика, не понимая куда делось письмо: «я же положила его на тумбочку!» Кричала от негодования Джессика, переворачивая тумбочку с головы до ног. «Так, надо вспомнить куда же я его положила!» и Джессика погрузилась в раздумья «Я встала, посмотрела на письмо, поняла, что проголодалась, пошла на кухню и положила письмо на тумбочку, запуталась в одеяле, отшвырнула его и…» И тут до Джессики пришло озарение, что письмо могло сдуть и сейчас оно скорее всего лежит где-то на полу. Джессика легла на пол и сразу же нашла письмо под столом.
– Да-да – закричала Джессика от радости – я его нашла. Ха-ха.
Джессика пришла на свой пост уселась на против входной двери и начала читать письмо. Открыла и..
«Привет, я ушёл.»
– Что? на этом письмо заканчивается? – удивилась Джессика – Суфа сказала, что он мастак писать письма, неужели это его мастерство? Капе-ец.
Джессика откинула письмо в сторону и из него вылетел маленький листочек, на котором написано…
«Ха-ха! Смешная же шутка да? Как спалось, надеюсь хорошо? Я ушёл прости, что не позвал с собой, мне одному легче будет, как говориться волк одиночка и все дела. За меня не переживай я справлюсь. И ещё кое-что, дверь я закрыл с той стороны, так что пойти за мной не сможешь, заранее прошу прощения. Присмотри за Суфой, сильно тебя прошу не ругайтесь с ней, ладно? Она хоть и показывает, что ей всё равно на смерть мамы и на то что я ушёл ничего вам не сказав, но она явно очень сильно переживает, так что будь с ней ласковой, доверяю тебе, заранее спасибо и пока. Еда на плите, покушай. Скоро вернусь».
«Ну и шутник, капец» подумала Джессика и расстроилась «зря я сразу не прочитала письмо, так бы мы не поссорились с Суфой, а я ей ещё столько гадостей наговорила, ой дурочка».
До самого вечера девочки сидели в гостиной периодически посматривая на улицу, чтобы узнать, когда придёт Сеня. На удивление они сидели и болтали, как будто самые настоящие лучшие подруги, наверное, ссора их наоборот сблизила чем отдалила. Возможно, и не ссора, а Сенино письмо.
– Слушай, я же так и не извинилась – начала говорить Джессика после проигранной игры в дурака – прости меня, я не думаю про тебя так, просто была потрясена увиденным утром и испугалась.
– Да ладно тебе – начала отнекиваться Суфа – сама не лучше, это же я его уговорила, так что это ты меня прости.
– Ну, получается мы обе виноваты – рассмеялась Джессика – может тогда чаю, за двух дурёх выпьем?
– А давай – согласилась Суфа – ты пока сходи чайник поставь, а я посмотрю, что за окном.
Джессика радостно побежала заваривать чай и призадумалась «когда я так последний раз улыбалась?» и послышалось тихое, но отчётливый голос Суфы.
– Джессика! будь на готове – прошептала Суфа с балкона – какая-то группа людей в подъезд зашла, не нравятся они мне.
Глава 5: На пути к изменениям.
"За что? Почему именно мама? Кому она, что сделала?" Размышлял сеня: "Что это за цвета такие, которые определяют, будет жить человек или же как ему жить? Пускай из-за этих цветов моя мечта стала главной целью жизни, а не второстепенной, но они забрали у меня самое ценное, то ради чего я жил. Ради признания мамы, чтобы она сказала какой я молодец, какой сильный и что со всем справляюсь сам, то как сильно она меня любит и вот теперь её нет. Что будет дальше? Как жить? И что за серый, который увидела мама, а Джессика!? Они обе увидели совершенно разное количество, уже не говоря про их цвет! Неужели каждый цвет обозначает что-то? Если мама увидела серый, то, наверное, серый забирает жизнь у человека, а что тогда обозначают мои цвета? Они разрушили во мне суждение о том, что я не смогу уйти на край света, так как у меня нет денег. Но как… как они это сделали, что того они мне показали, что все мои планы отошли на второй план, если вообще не вылетели из головы? Получается каждый человек увидел цвет, который ему показало небо или же…» усомнился в свои суждениях Сеня «Да нет, бред какой-то, откуда небу знать, что у тебя на душе? Даже, если это и так, но почему мама увидела серый, неужели у неё не было то к чему лежит душа!? Нет, мама говорила мне, что всем своим сердцем и душой желает, чтобы мы все жили у берега реки, где ни будь в дали от городской суеты, где утром будет слышно пение птиц, а не гул машин, где воздух настолько чистый, что когда вернёшься в город, разучишься дышать. Почему? Почему она увидела этот долбаный серый? Неужели она утратила веру в то, что мы когда ни будь окажемся в таком месте? Интересно о чём сейчас думает Суфа? Она, наверное, очень сильно перепугалась, а я сейчас сижу тут и не могу её успокоить, а что интересно сделал с ней её цвет? Она же терпеть не могла розовый, а тут говорила так, будто это смысл жизни.
Ахаха, принести человечеству счастье, как иронично, розовый цвет и счастья всему миру, как розовые очки… Только на яву. Получается она будет вести людей в светлое, розовое бедующее?» Пока Сеня размышлял о том, что было и что будет, подкрался рассвет «Что это? Солнце? Да ещё и самое обычное солнце, а я думал оно будет каким-нибудь сееееерым, надо приходить в себя, не сидеть же так всю оставшуюся жизнь.» Арсений крепко обнял обмякшее тело мамы, положил на холодный пол и зазвонил телефон. Сеня подошёл аккуратно, будто боялся, что телефон его убьёт.