Чтение онлайн

Я опустил его и убежал в комнату родителей.

— Нет! — закричал я, когда увидел тело мамы на пропитанном кровью матрасе, ее глаза смотрели в потолок. Все ее тело было в глубоких ранах. Не было сомнений, это звук ее крови, капающей с кровати на деревянный пол, я слышал.

Кап.

Кап.

Кап.

Я побежал в комнату Кейлы, молясь, чтобы она спряталась. Во мне все еще теплилась надежда, что я проснусь, и происходящее окажется всего лишь сном.

— Кейла! — закричал я, сжимая живот. Сестра была зверски убита.

Как и мама, она лежала в своей кровати. И смотрела прямо на меня, а цвет глаз был почти белым. Ее обычно нежное лицо теперь имело серовато-синий цвет. Горло было перерезано и кровь покрывала ее, пропитывая кровать и капая на пол. Ее рот был открыт в бесконечном немом крике.

Упав на пол, я рыдал, находясь в истерике.

— Кейла, — плакал я, ползая на коленях рядом с ее кроватью. — Кейла, пожалуйста! Ты не можешь умереть! Кейла! — я бил ее по щекам, орал на нее, но это не помогало.

Она умерла.

Они все умерли.

Вытащив сотовый, я шарил по кнопкам, пытаясь найти нужные.

— 911, что у вас случилось?

— Помогите! Вы должны помочь мне! Они мертвы! Они все мертвы!

— Кто умер, сэр? — спросили меня спокойным голосом.

— Моя семья! Они мертвы! Боже, они все мертвы!

— Сэр, какой у Вас адрес?

Я не мог ответить этой женщине. Просто утратил способность говорить. Странный звук вырывался из меня: наполовину плач, наполовину крик.

Я снова потряс Кейлу, но все было тщетно. Я хотел, чтобы все это исчезло, а она проснулась и сообщила, что я сумасшедший.

Лучше бы я сошел с ума, чем столкнулся с такой реальностью.

Когда я понял, что Кейла не собирается просыпаться, просто сел на пол рядом с ней.

Рыдая, я качался туда-сюда, кровь покрывала мои руки и волосы. Я бормотал себе под нос:

— Это не реально, это не реально, не реально…

Вот так полиция и нашла меня.

Даже пять лет спустя, я все еще чувствовал, что застрял в той комнате, раскачиваясь вперед-назад рядом с Кейлой.

Только сейчас, я говорил:

— Это реально… 

Пять лет спустя…

Перешагнув порог своей квартиры, и крепко сжимая в руках последнюю картонную коробку, я пинком захлопнула дверь. Опустив коробку на пол, положила руки на бедра в попытке восстановить дыхание, сбившееся из-за того, сколько тяжелых коробок я перетащила наверх. И с гордой улыбкой на губах посмотрела вокруг.

Вот оно.

Это место было моим.

У меня никогда не было своего собственного места: я жила сначала с родителями, а затем с подонком-бывшим, о котором даже думать не хотела.

После случившегося дерьма, я не могла вернуться домой, ведь когда-то хотела уехать оттуда как можно дальше.

Так я оказалась здесь, проделав это безумное путешествие в попытках найти себя.

Я шагнула к большому окну и посмотрела на улицу. Нельзя было не влюбиться в этот вид: квартира находилась в старой части города, и из окон открывался потрясающий вид. Именно на это я обратила внимание в первую очередь. Город мог похвастаться уникальными магазинами, зданиями с кирпичными стенами и старыми деревянными полами, а так же магнетизмом, которому я не могла сопротивляться.

Моя улыбка стала шире, когда я посмотрела вниз.

Скорее всего, переезд за двенадцать сотен миль от дома спугнул бы большинство двадцати двухлетних женщин. Но не меня.

После окончания колледжа я должна была покончить со старой жизнью и начать новую. Я не могла больше терпеть тот негатив и отвращение, которым меня награждали. Ни минуты больше. Мне надоело чувствовать себя куском дерьма.

Всю свою жизнь я знала, что не нужна, и чувствовала, что мне там не место… Не чувствовала ничего.

Я протянула руку и провела пальцами вдоль длинного тонкого рельефного шрама на ней. Некоторые люди пугались его: он был большим, красным, и некрасивым, но он был частью меня. Шрам напоминал мне, что однажды у меня была другая жизнь. Семья, которую я никогда не узнаю, потому что только я выжила в пожаре, когда была младенцем. И этот шрам напоминание того, что все, кто был моей семьей, умерли. Мама, папа и брат, которых я никогда не увижу.

Все, что у меня осталось от них - одна фотография, которую достали из-под завалов. Я не оплакивала их, это было невозможно, ведь я даже не знала их. В моем сердце, где должны были быть они, зияла лишь пустота.

Отстранившись от окна, я посмотрела на гору коробок, даже не зная с чего начать.

Глядя на открытые окна и понимая, что скоро стемнеет, я решила оставить коробки на своих местах и съездить в магазин. Не хотелось бы спать с голыми окнами, какими они были сейчас.

Я схватила ключи от машины, лежащие на плитке кухонного стола, и направилась на улицу.

На дорогу из Техаса до Вирджинии ушло несколько дней. Отказываясь от отелей, я спала в машине.

Прежде чем ехать в магазин, я остановила прохожего и спросила дорогу. У меня не было времени выяснять дорогу самостоятельно, и я не хотела тратить время впустую, разъезжая кругами и выглядя идиоткой.

Очень скоро я оказалась в «Таргете». Петляя по магазину, хватала предметы первой необходимости и то, что мне в скором времени понадобится. Вроде полотенца. Мне наверняка нужны полотенца. И еда. Да, это было необходимо.

Когда я наконец-то закончила, то задумалась, как все это выглядело со стороны. Наверное, словно подготовка к зомби-апокалипсису.

Собираясь обратно, я надеялась, что смогу найти дорогу к квартире и не заблужусь. Но отвлеклась, когда заметила знак, гласивший: «Котята на продажу!»

Я хотела котенка.

Я была одинока, и у меня не было друзей.

Котенок это здорово.

Я очень надеялась, что они продавали именно котят, и это не кодовое слово для кокаина или чего-то такого.

Подъехав к дому, я направилась к входной двери.

Она открылась почти сразу, и растрепанная молодая мама с младенцем на руках встретила меня.

— Привет, — осмелилась сказать я. — Я увидела вывеску о котятах, и мне стало интересно.

— Ах, да. Заходи. — Она кивнула мне, приглашая войти в свой грязный дом.