Чтение онлайн

— Да, эта картина тоже станет моей любимой, — согласился я.

Она не догадывалась, что у меня есть еще несколько картин с ее изображением. Саттон вторглась в каждую мою мысль и стала единственным, что мне хотелось рисовать.

Мы еще немного посидели, рассматривая холст, пока ее желудок не заурчал. Она застенчиво улыбнулась мне.

— Еда остывает.

Я обернулся и увидел на кухонном островке приготовленную еду. У меня неожиданно возникло желание разложить поверх этой стойки Саттон, но я понимал, что нам нужно поесть. Остальное подождет.

Она приготовила салат, печеный картофель и какую-то рыбу. Еда пахла просто божественно, а я не мог вспомнить, когда ужинал последний раз.

В голосе Саттон звучало сомнение:

— Надеюсь, это вкусно.

Я рассмеялся, притянул ее к себе и оставил поцелуй на ее губах.

— Негоже стесняться меня, Хейл. Где твоя уверенность, которая мне так нравится.

Взяв меня за руку, Саттон потянула меня к стойке, скрестила руки на груди и добавила:

— Хорошо, я старалась приготовить для тебя вкусную еду, которая тебе понравится.

— Да, мэм. — Засмеялся я.

Присев на один из барных стульев, я отметил тот факт, что в наших стаканах была налита простая холодная вода. Никакого алкоголя не было и в помине. Наверно мне не следовало оставлять ее одну на кухне, ведь я еще не успел ликвидировать свои запасы алкогольных напитков.

Девушка взяла вилку и, улыбнувшись, посмотрела на меня.

— Ешь!

Я лишь рассмеялся. Я мог бы дать ей отпор, но мне нравилось ее властное отношение.

Я попробовал кусочек рыбы, и ярчайший вкус взорвался на моем языке.

— Знаешь, это действительно вкусно, — уверил я ее, пока она пристально смотрела на меня, желая убедиться, что я съел все. — Возможно, тебе придется чаще готовить еду.

Закатив глаза, она пробормотала:

— Давай не увлекайся.

Мы с легкостью подтрунивали друг над другом, пока ели. Я не смеялся столько, по меньшей мере, лет пять. Закончив ужинать, мы дурачились и пускали пузыри в раковине, пока убирали со стола и мыли посуду. Я чувствовал себя счастливым и наслаждался этими переменами.

Схватив Саттон за талию, я развернул ее, танцуя под звук наших бьющихся сердец, посадил ее на стойку и поцеловал в шею, где бился ее пульс.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я представлял тебя здесь, пока я внутри тебя.

Она пошевелилась и не спеша расстегнула рубашку, пока не обнажила полную грудь, покрытую кружевным черным бюстгальтером. Раньше я был слишком занят, чтобы заметить, как он ей идет.

— Почему бы нам не превратить фантазию в реальность?

В отражении ее глаз я увидел, как потемнели от похоти мои глаза. Я никогда не устану смотреть на эту женщину. Я хотел видеть ее каждый день до конца моей жизни.

— М-м-м, — я напевал, захватывая ее губы своими, — да...

Когда Саттон попробовала стащить с меня рубашку, и попытка оказалась неудачной, она переключилась на мои джинсы. Я взял ее руки в свои и поднял над головой, затем уложил ее на поверхность и провел носом вдоль ее шеи.

— Медленно, Саттон.

Ее рот слегка приоткрылся и, прикрыв глаза, она кивнула мне.

Как мне, так и ей было непросто действовать медленно, но я был уверен, мы оба нуждались именно в этом.

Я хотел поклоняться ей и показать, что ей не следует винить себя в том, что с ней случилось. Она была всего лишь маленькой девочкой, и не заслуживала подобного. Если бы мне довелось когда-нибудь встретил того мудака, который сделал это с ней, я бы отправил его на тот свет.

Я перестал думать о ее обидчике, и сжал ее мягкие волосы. На этот раз она пахла не кокосами. Она пахла мной.

— Я хочу держать тебя вот так вечность, — признался я, почти не надеясь, что она услышит мои слова. Ведь я произнес их тихо, едва дыша. Но она услышала меня.

— Вечность это очень долго, — пробормотала она, нежно скользя пальцем по моим губам.

— Да, — согласился я, — но даже этого никогда не будет достаточно.

Если призадуматься, каждый из нас одарен маленькими кусочками «навсегда». В то время, когда моя семья была рядом, у нас были только наши короткие моменты, и они останутся нашими. Нам отвели определенное количество этих моментов, и больше их не станет.

Я всегда могу оглянуться назад и вспомнить их. Они не исчезли. Они вечны.

Мы словно бомбы замедленного действия, поэтому нам нужно использовать каждую секунду своей жизни и сделать это время ценным. Достаточно долго я не дорожил временем, но больше такого не будет.

Я нежно исследовал ее тело пальцами и ртом. Я хотел заставить ее чувствовать себя в безопасности. После всех ужасов, которые она пережила, Саттон заслуживала большего. Когда я заставил ее кончить, она задыхалась, шепча мое имя, и удовлетворенность наполнила мое тело. Ее губы были созданы, чтобы звать меня по имени, а мои уши, чтобы слушать это и наслаждаться.

Я поцеловал Саттон, вкладывая в этот поцелуй каждую каплю страсти, живущей во мне. Мне было важно, чтобы она понимала, я заботился о ней, иногда даже слишком. Я не знал, к чему это приведет нас, но жизнь, в конце концов, не проходит с картой в руках. Разве не препятствия на нашем пути доказывают, что оно того стоит?

Мы разделили любовь и слишком боялись поделиться ей с кем-то еще. Мы отгородились от остального мира.

Саттон Хейл безвозвратно изменила меня, и я не смог бы стать таким без нее. Я надеялся, что в один прекрасный день смогу найти правильный способ отблагодарить ее. И пока что этого было достаточно.

— Я хочу сделать татуировку.

Не знаю, что заставило эти слова слететь с моих губ, но они казались правильными. Кэлин сонно моргнул, зевнул и вытянул руки над головой.

— Ты шутишь? Или серьезно?

Закатив глаза, я рассмеялась и слегка толкнула его в плечо.

— Абсолютно серьезно, — добавила я, подперла голову рукой и внимательно посмотрела на него. — Где ты делал свою татуировку? — кивнула в сторону строк, украшающих его ребра.

— Это одно местечко в городе…

— И… я подумала... — сделала паузу, искренне надеясь, что это не запретная территория, потому что все еще собиралась спросить.

— Тебе интересно? — подсказал он, взмахнув рукой в воздухе.

— Что это за стихотворение?

Кэлин нервно сглотнул, перекатился на спину и уставился на деревянные балки, пересекающие потолок.

— Моя мама написала его.

— Она? — ахнула я.

Он кивнул, все еще отказываясь смотреть на меня. На мгновение он застрял в другом месте и времени.