Чтение онлайн

Благоприятный случай на войне обычно больше оказывает помощи, чем доблесть.

Если ты побудил вражеских воинов перейти к себе или они сами переходят, если они это делают искренно, в этом много уверенности для нас в успехе, так как врагу наносят больший удар перебежчики, чем убитые.

Лучше в тылу боевого строя сохранять много отрядов в резерве, чем широко растянуть боевой строй.

С трудом может быть побежден тот, кто умеет правильно судить о войсках своих и своего противника.

Больше пользы от доблести, чем от численности.

Часто больше пользы приносит местность, чем храбрость.

Немногих людей природа рождает храбрыми: практика и опыт своими хорошими наставлениями делают такими гораздо большее число людей.

Благодаря труду войско процветает, от безделья стареет и слабеет.

Никогда не выводи войска в открытое сражение, если не видишь, что оно надеется на победу.

Внезапное пугает врага, обычное немногого стоит.

Кто неосмотрительно преследует, расстроив свои ряды, тот хочет отдать противнику победу, которую сам получил.

Кто заранее не приготовил продовольствия и всего необходимого, тот побеждается без оружия.

Кто превосходит врага численностью и храбростью, сражается квадратным строем; это -- первый способ.

Кто считает себя неравным врагу, пусть правым своим крылом гонит левый фланг неприятеля; это -- второй способ.

Кто уверен, что его левое крыло очень сильно, пусть нападает на правый фланг неприятеля; это -- третий способ.

У кого хорошо обученные воины, тот должен начинать бой на обоих крыльях: это -- четвертый способ.

У кого хорошее легковооруженное войско, пусть он нападает на оба неприятельских крыла, поставив перед боевым строем метателей дротиков и стрел; это -- пятый способ.

Кто не полагается ни на численность войск, ни на их доблесть, если ему придется вступить в бой, пусть он ударит правым своим крылом на левое неприятельское, а остальные свои войска вытянет, наподобие вертела; это -- шестой способ.

Кто знает, что он имеет войска или более малочисленные или более слабые, пусть -- это седьмой способ -- с фланга имеет себе для поддержки или гору, или город, или море, или реку, или что-либо иное.

Кто более уверен в своей коннице, пусть он ищет места, более подходящие для конницы, и ведет бой больше при помощи конницы.

Кто полагается на свои пешие войска, пусть выбирает местность для пешего войска и ведет бой пешими войсками.

Когда вражеский шпион тайно ходит по лагерю, все получают приказ днем войти в свои палатки, и шпион тотчас же обнаруживается.

Когда ты узнаешь, что твой план предательски сообщен противникам, тебе, конечно, следует переменить свое намерение.

Что нужно сделать, обсуждай со многими; но что ты собираешься сделать -- с очень немногими и самыми верными, а лучше всего -- сам с собой.

Солдат исправляют на местах стоянок страх и наказание; а в походах их делают лучшими надежды и награды.

Хорошие вожди вступают в открытый бой только при благоприятных обстоятельствах или при крайней необходимости.

Великим является намерение потеснить врага скорее голодом, чем оружием.

Каким способом ты намерен сражаться, пусть враги не знают, чтобы они не замыслили найти против этого какие-либо средства.]

Что касается конницы, то и относительно нее есть много указаний; но так как эта часть войска и по практике упражнений, и по роду оружия, и по высокому качеству лошадей много превосходит прежнюю, то я думаю, что мне нечего делать выборки из моих книг, так как и современные наставления по этому поводу вполне достаточны.

Изложены мною, о непобедимый император, все основные принципы, оправдавшие себя на практике в различные времена, достоверные примеры увековечены знаменитейшими писателями (древности) в их книгах, чтобы к твоей опытности в метании стрел, которой в твоей светлости дивятся персы, к ловкости и красоте твоей верховой езды, которой хотели бы подражать, если бы могли, племена гуннов и аланов, к быстроте бега, с которой не могут сравняться сарацин и индиец, к искусству тактики, которым гордятся наши экзерцирмейстеры, если хоть отчасти им обладают, -- чтобы ко всему этому ты присоединил и знание правил, как вести бой, т.е. скорее как побеждать, поскольку в равной мере по доблести души и настроению ума ты являешь перед государством высокий пример долга как императора, так и воина.

Первое, что положило грань между жизнью людей еще грубых и некультурных в первобытные времена и их общением с бессловесными и дикими животными, было создание городов. В них понятие общей пользы нашло себе выражение в слове "государство" (республика = общественное дело). Поэтому самые могущественные народы и их священные правители видели свою высшую славу в том, чтобы основывать новые города или основанные другими так или иначе расширять и возвеличивать, давая им свое имя. В этом деле твоей светлости, всемилостивейший государь, принадлежит пальма первенства. Прежними правителями были выстроены или немногие города, или даже только по одному, твоим же благочестием были созданы в непрерывном труде столь несчетные, что, кажется, они воздвигнуты не столько человеческою рукою, сколько божьим мановением. Ты превосходишь всех императоров счастьем, умеренностью, чистотою жизни, примерами кротости, любовью к наукам. Блага твоего правления и твоего характера мы видим; мы имеем то, о чем мечтало прежнее поколение, чего желает, чтобы оно продлилось навек, будущее. Мы можем поэтому поздравить весь мир с тем, что он обладает таким счастьем, какое только ум человеческий мог желать или милость божья могла дать. Сколь совершенно стало трудное искусство возведения стен, свидетелем тому по вашей милости является Рим, который некогда дал спасение гражданам защитой Капитолийской крепости, чтобы потом с тем большей честью и славой властвовать над всем миром. Для того чтобы вполне закончить тот труд, который я предпринял по предписанию вашего величества, я теперь приведу в определенном порядке указания, которые я собрал из разных авторов о том, каким образом наши города должно было защищать или вражеские разрушать. И я тем менее буду раскаиваться в своем труде, если этим мне удастся всем принести пользу.

1. Города и крепости обладают укреплениями или природными, или созданными человеческой рукой, или теми и другими, -- что делает их особенно сильными. Можно считать, что город укреплен природой, если он стоит на возвышенном месте, на обрыве, или окружен морем, болотами или реками; искусственные укрепления состоят из рвов и стен. В первом случае при благоприятных природных условиях для безопасности требуется только разумный выбор места, на ровном же месте нужно искусство строителя. Мы видим древнейшие города, устроенные на открытых полях так, что, несмотря на неблагоприятное их местоположение, они, однако, оказались непобедимыми благодаря старанию и искусству их творцов.

2. Древние считали за правило, чтобы вся линия наружных стен не была прямой; ведь в этом случае они могли бы сильно пострадать от ударов таранов; закладывая фундаменты, древние защищали города выгибами и выступами и на самых углах они воздвигали очень частые башни с той целью, чтобы, если кто захочет пододвинуть лестницы или машины к стене, выстроенной таким способом, их можно было поражать не только по фронту, но и с боков и почти в тыл, захваченных как бы в мешок. 3. Чтобы такая стена никогда не могла быть разрушенной, она строится следующим образом. Сделав промежуток футов в 20, выстраиваются внутри города две стены; затем земля, которая вынимается изо рва, насыпается между этими стенами и утрамбовывается [так что первая от наружного укрепления стена соответственно ниже, а вторая проводится еще значительно ниже; со стороны города по этим поднимающимся в виде ступеней террасам, как по гладко идущиму кверху склону, можно взойти на самое передовое укрепление]. Таким образом стена не может быть разбита никакими таранами, так как ее крепко держит земля, и если допустить, что каким-либо образом будут разбиты камни, то плотно набитая между ними земля наподобие стены, преградит путь нападающим своей массой. 4. Затем надо предусмотреть, чтобы враги не могли, подложив огонь, сжечь ворота города. Поэтому они должны быть покрыты сырыми кожами и железом; но полезнее, как находила древность, было надстроить над воротами выдающееся вперед укрепление. При входе в него устраивается опускная решетка (катаракта), которая висит на железных кольцах и канатах, с тем чтобы, будучи опущенной, она уничтожила тех, кто сюда проникнет. Стена над воротами должна быть устроена так, чтобы были отверстия, через которые сверху можно было бы лить воду и тем затушить подложенный огонь. 5. Перед городом должны быть проведены очень широкие и очень глубокие рвы, так чтобы осаждающие враги нелегко могли их сравнять или засыпать, а если они будут наполнены водой, то не позволят противнику проводить подкоп. Они ведь в двух отношениях препятствуют выполнению этой подземной работы: своей глубиной и тем, что наполненные водой они заливают подкоп. 6. Должно принять все меры к тому, чтобы множество неприятельских стрелков, прогнав с верха укреплений устрашенных защитников и подставив лестницы, не взобрались на стены. Для этого нужно, чтобы в городе у жителей было возможно больше панцырей или щитов. Затем по бойницам надо протянуть двойные цыновки или козьи киликийские ковры, чтобы они задерживали полет стрел; не так-то легко пробивает стрела или дротик то, что качается и уступает удару. Было изобретено и другое средство: плетутся из древесины корзины – их называют "металла" (15) , наполняют их камнями, ставят между двумя зубцами стен с таким расчетом, что, если враг станет подниматься по лестницам и чуть-чуть их коснется, он высыпет себе на голову эти камни.