Чтение онлайн

Пока оба делили багор, Василию удалось выбраться из клетки. Подобрав тяжелый камень, он бросился на гиганта и одним сокрушительным ударом свалил его наземь. Звук был такой, словно камень попал по пустой канистре. Острый булыжник не проломил ему голову, просто вошел в нее и отскочил. Убийца сразу не понял, что произошло. Несколько мгновений он просто лежал на полу, вращая взад-вперед огромной головой. Дима помог ему прийти в себя, вонзив багор еще раз. Острие попало в шею. Маньяк захрипел и выпустил нож. Василий стал ожесточенно работать гриндарами.

Пиная обмякшее тело, он так увлекся, что не расслышал криков товарища. Надо было покончить с убийцей. Дима занес копье. Потеснив стонущего от наслаждения верзилу, он смог наконец ударить. Наконечник вошел в камни. Гигант перекатился на бок и схватил Василия за ногу. Плечистая фигура тотчас погрузилась во мрак. Было слышно, как катится по камням тело. Отброшенный мощным ударом, Василий остановился где-то у клеток и затих.

Маньяк вытащил из ножен длинный тесак и, прочертив в воздухе дугу, едва не перерубил Диме переносицу. Избегая частых ударов, он был вынужден отступить за алтарь. На этот раз Дима занял выгодную позицию, не подпуская агрессора ближе, а пламя свечей помогало его рассмотреть. Он копил силы для последнего удара, выжидал подходящего момента и наконец получил его. Противник подался вперед, и Дима вонзил наконечник багра ему в сердце. Тот отшатнулся, схватившись за грудь. Некоторое время они просто стояли друг напротив друга. Потом убийца пошатнулся и нырнул во мрак. Грохот ботинок стих в шуме воды.

– Я его прогнал! – с облегчением выдохнул Дима.

Костя всхлипнул. Сознание не сразу к нему вернулось. Он обнаружил себя лежащим на полу. Ладони и часть лица касались камня. Кожа онемела от холода. Спину ломило так, словно по ней бульдозер проехал. Приподняв голову, он увидел фигуру Димы. Вооруженный копьем победитель стоял у кровавого камня. Откуда-то из темноты донеслось невразумительно бормотание. Костя узнал Василия. Грубиян лежал прямо рядом с клеткой, совсем неподалеку от него.

Приподнявшись, он отполз к стене, подобрал ноги и обхватил колени руками. Под подошвами скрипели осколки стекла. Василий так сильно его ударил. За что? Он ведь ничего плохого ему не сделал. Каким дураком нужно быть, чтобы пускать в ход кулаки без повода. Судя по стонам, они не сильно-то ему помогли. Хорошо, что все закончилось и хорошо, что он не видел как именно.

– Прогнал! – повторил Дима.

– Не убил? Прогнал? – прохрипел голос.

– Да. Эта тварь сбежала.

Раздался тяжелый топот. Последовал удар и багор выскользнул у него из рук. Дима завалился на забитый ошметками алтарь, попутно перевернув обе свечи. В пещере воцарилась тьма. Секундное замешательство сменилось страхом. Он приподнял руки и застыл, не зная, откуда ждать удара. Почувствовав давление воздуха над лицом, он увел голову в сторону. Сталь со свистом опустилась на залитый кровью камень в дюйме от левого уха.

– Васек! Сюда! – успел прокричать он.

Лезвие вновь обрушилось на алтарь. Теперь рядом с плечом. Снова мимо. Следующий замах Дима предупредил. Изловчившись, он поймал правую руку маньяка и заломил ему ее за спину.

– Где ты?

Дима стиснул грязную конечность обеими руками и застыл в замешательстве. Пальцы погрузились во что-то мягкое. Тонкая кисть как будто была обложена ватой. Спина, хоть и казалась широкой, напоминала подушку. Складывалось впечатление, что он боролся со скелетом, завернутым в тряпки. Маньяку этого хватило, чтобы перебросить противника через плечо. Затылок коснулся камня. Невыносимая боль затопила разум. Дима снова очутился на алтаре, на этот раз в останках Игоря Денисовича. Убийца схватил его за горло и погрузил лицом во что-то мягкое и липкое. Стало трудно дышать. Дима понял, что тот собирается сделать, и стал сопротивляться, но силы были не равны

Внезапно тоненький смех оборвал треск материи. В темноте будто собака зарычала. Послышались удары. Тесак со звоном упал на пол. Раздался топот ног. Кто-то схватил его за плечо и поднял. В ухо ударило кислое дыхание.

– Цел? – спросил Василий. – Я его прогнал. Пусть знает наших.

Дима не сразу ответил. Его тошнило. Выплюнув все, что было во рту и на губах, он упал на колени и в такой позе просидел несколько минут. Потом побежал к клеткам, где в темноте за ржавыми прутьями тихо плакал Костя. Запрыгнув наверх, Дима протянул руку на звук.

– Хватайся. Живо! – сквозь зубы потребовал он, не обращая внимания на попытки паренька его разжалобить.

Благополучно переместив товарища за пределы клетки, Дима вернулся к алтарю. Василий дожидался их там. Тесак был при нем. Догадавшись, что рядом стоит виновник всех неприятностей, верзила занес кулак у паренька над головой, но Дима схватил его за руку.

– Ничего не было. Понял?

– Ладно, – сдался Василий. – Только я не врублюсь. Насадил его на пику, а он все скачет. Непорядок.

– С такими ранами он точно далеко не уйдет.

Верзила проворчал что-то и зашагал к выходу.

– Стой! Ты куда? Я же сказал, что без света, без воды, без моего снаряжения мы пройдем метров десять, прежде чем напоремся на какой-нибудь сталагмит или сорвемся в пропасть. Нужно забрать сумку и вооружиться.

– Давай сначала проверим. Может быть, мы где-то в лесу.

Дима задержал взгляд на темном силуэте. Василий вырос на улицах, а на поверку оказался глупее домоседа Костика.

– Делай что хочешь, – махнул он рукой и, подобрав ржавый нож, зашагал к арочному проходу.

Костя и Василий последовали за ним. Приготовив оружие, все трое одновременно вошли внутрь. Все что они увидели дальше, напоминало кошмар. У дальней стены в каменной нише были закреплены деревянные полки. На полках сверкали десятки черепов. Ниже стоял алтарь поменьше, на котором лежали кости животных. В центре возвышалась костяная башенка. По бокам вокруг нее горели сальные свечи.

Дима, Василий и Костя пошли туда, мимо сваленных в кучу на столах вещей. Здесь были каски, жилеты обходчиков, рабочий инвентарь, сумки, обувь, одежда, даже электронная гитара без струн. На осклизлых стенах гирляндами висели связки костей и зубов, стянутых между собой веревками и проволокой. Стол у алтаря ломился от грязных банок наполненных прозрачной слизью. Внутри темнели бесформенные куски чего-то. Дима нагнулся, чтобы рассмотреть содержимое и отпрянул. В банках лежали человеческими органы. Некоторые наполовину растворились и плавали сверху бесформенной массой. Здесь же на пластиковом стуле лежала стальная миска с недоеденной зеленоватой кашицей покрытой той же слизью. Скорее всего, они оторвали обитателя пещеры от трапезы.

– Этот ублюдок просто конченый псих, – прикрывая нос рукой, произнес Василий.

В дьявольской крипте не было ничего, на чем мог бы отдохнуть глаз. Верзила брезгливо фыркал, на ходу опрокидывая грязные вещи. Костя безучастно жался в сторонке. Не каждый маньяк был способен на такое зверство. Еще неизвестно, на кого они наткнулись, и как давно он этим занимался.

Дима подступил к алтарю, рассматривая коллекцию черепов. Головы мертвых людей были выстроены в ряд по шесть штук на каждую полку, блестящие и гладкие, как отшлифованная слюда. Первый череп на нижней полке был украшен скальпом каштановых волос. На втором была пробитая шахтерская каска с пятнами высохшей крови. На третьем бейсболка с обрезанным козырьком. На четвертом выбиты непонятные символы, похожие на пирамиды. У пятого были вырваны несколько зубов, скорее всего, золотых. На макушку шестого надета новогодняя шапочка с бубенцами.

Взгляд Димы упал на предмет, венчавший крышу костяной башенки. На постаменте из ровных костей лежала облезлая книжечка, на поверку оказавшаяся старым советским паспортом.

– Что все это значит? – не выдержал Василий, наблюдая за его действиями. – Не трогай! Ищи свою сумку, и валим, пока он не вернулся.

Дима оглянулся. Перед ним стоял толстоватый бритоголовый качек в мешковатых армейских штанах и черной футболке с черепом. Широкое мясистое лицо было вымазано грязью. Приплюснутый нос, как у боксера, повернут вправо. Над бровью шрам. На скуле свежая царапина. Примерно таким он себе его и представлял.