Край, где живет детство
Шрифт:
ГАЗик сворачивает с шоссе на просёлочную дорогу, минует деревню и, вырвавшись на открытый простор, прибавляет скорости. За окном мелькают последние деревенские дома, какие-то сараи… Всё! Теперь по обе стороны до самого горизонта – только поля, поросшие невысокой сочной травкой вперемешку с клевером, да далеко впереди, на пригорке у дороги, виднеется редкий лесок – берёзки да осины.
– Здесь тормозни, – говорит отец водителю. Машина останавливается на обочине.
– Войскам десантироваться из автомобиля! – командует отец. – Проверить обмундирование, снаряжение и сухой паёк!
Обмундирование – это, в первую очередь, солдатские пилотки – чтоб голову не напекло. Снаряжение – по пустому ведру и перочинному ножу у каждого, да маленький транзисторный приёмник, чтобы веселее было. Ну а сухой паёк – это «авоська» с термосом чая, варёными яйцами и бутербродами с маслом и сахарным песком. Всё вроде на месте, «десант» готов к выполнению задания!
– Так, слушайте меня внимательно. Идёте вон по тому лугу на расстоянии 20–30 метров друг от друга. Далеко не разбегайтесь, лучше всего идите зигзагом. Как шампиньоны выглядят вы, надеюсь, помните?
Ребята дружно кивнули головами.
– Ну, вот и замечательно. Старые – это у которых шляпка вся открылась и снизу уже коричневая, а не розовая – не режьте, собирайте только молодые. Сейчас 9 утра. Думаю, часа за три вы неспешно дойдёте вон до того леска на пригорке. Там отдохнёте, перекусите. Будет желание – поищите грибы в лесу. Может, уже первые подосиновики и подберёзовики появились. Ну, а нет – просто поваляетесь на травке, но дальше не идите. Я вас в этом леске около часа дня заберу. Вопросы?
– У матросов нет вопросов! – выпалил Серёжка и взял «под козырёк».
– К пустой голове руку не прикладывают – пилотку надень! – усмехнувшись, потрепал его по голове отец. – Ну, удачи!
Через мгновение ГАЗик фыркнул мотором, запылил дальше по дороге и вскоре скрылся из виду. Ребята же спустились на луг, отошли подальше от дороги, не сговариваясь, перевернули ведра и плюхнулись на них, как на табуреты, подставив лица утренним солнечным лучам. Времени впереди – воз и маленькая тележка! Куда торопиться?
Если долго сидеть на солнце с закрытыми глазами, чувство пространства и времени начинает потихоньку ускользать, растворяться в сладком мареве лета… И вот уже вокруг нет ничего, кроме этого воздуха, в котором ты купаешься, как в парном молоке…
Но вдруг нежданный щебет над головой возвращает тебя к действительности, выдёргивает из дремотных тёплых глубин на поверхность… Лёгкое дуновение ветерка доносит первые звуки пробуждающегося луга… И когда перед глазами перестают плясать красно-жёлтые солнечные круги, вдруг отчётливо замечаешь, как уже кипит жизнь вокруг: в травянистых дебрях один за другим куда-то деловито спешат муравьи; над их головами качаются травинки и трилистники кислицы, кое-где увенчанные ещё невысохшими крохотными бриллиантами капелек росы; в пенно-розовых шапках клевера, басовито гудя, ворочаются мохнатые шмели; над ними соревнуются в прыжках на высоту и дальность кузнецы-прыгунцы, деловито носятся пчёлы, да порой сверкнёт слюдяными радужными крыльями одинокая стрекоза…
– Пора, брат, пора! – Славка хлопнул его по плечу. – Щас что-нибудь весёленькое-заводное найдём по радио – и вперёд!
Он щелкнул выключателем, повернул колёсико, и из динамика раздалось:
И тогда вода нам как земля.
И тогда нам экипаж семья.
И тогда любой из нас не против
Хоть всю жизнь служить в военном флоте…
– Ну, братишка – ты ж сказал: «У матросов нет вопросов!» Вот тебе и песенка военно-морская, как раз в тему!
– А что, мне эта песня очень даже нравится! – ответил Серёжка и, подпевая в полный голос, подхватил своё ведёрко и вприпрыжку побежал на поиски грибов.
Долго искать не пришлось. Через несколько шагов он наткнулся на первую полянку – штук пять молоденьких, только-только вылезших из-под земли шампиньонов. Были они белые, свеженькие и душистые – хоть сырыми ешь!
– Славка, есть контакт! – крикнул он старшему брату, проворно срезая грибы под самый корешок.
Поле оказалось урожайное – шампиньоны попадались часто, и время до полудня пролетело быстро и без приключений (ну, не считая необходимости постоянно быть начеку, чтобы не наступить невзначай на «мину» – коровью лепёшку, которых прошедшее накануне стадо оставило великое множество).
С полными ведёрками они, наконец, добрались до леса, перекусили и растянулись на полянке под берёзами.
– Славка, а что мы будем делать, когда домой вернёмся?
– Ну, не знаю… Можно в орешник сгонять, позырить – может, там уже орехи зелёные созрели… А ещё можно там шалаш построить из веток.
– А мама говорила – орехи, когда зелёные, то ещё незрелые. Зрелые – они вроде коричневые должны быть. И скорлупа тогда твердая – зубами не разгрызть.
– Серёнь, ну ты подумай сам! Кому это надо – ждать, пока скорлупа станет твёрдая? Неа, в нашем орешнике они до настоящей зрелости не доживают, мы их всегда так съедаем, молочными.
И тут ветер донёс до них голоса с дороги. Они, как по команде, вытянули шеи – по просёлку в их сторону медленно двигалась небольшая кучка людей в цветастых одеждах.
– Цыгане! – прошептал Славка, метнулся к приемнику и выключил его.
Цыган в городке не любили. Мама из жалости всегда собирала для них что-нибудь из старой одежды, но никогда им не открывала, когда те попрошайничали по подъездам, а говорила через закрытую дверь: «Зайдите через минут десять, я оставлю для вас что-нибудь на лестничной площадке». И им она строго-настрого наказала никогда не открывать дверь незнакомым людям и не разговаривать с цыганами.
– А правда, что они детей воруют? – замирая от страха, прошептал Серёжка.
– Не знаю… может, и воруют – да только что-то никого пока не своровали. Мне кажется, это родители специально нас пугают, чтоб мы осторожными были.
– Хорошо, если так… А что мы будем делать, если они наше радио услышали и сюда щас придут?
– Да не дрейфь ты! Не могли они радио услышать.
– Почему?
– Потому что потому – всё кончается на «у»! Далеко ещё, да и ветер в нашу сторону дует – значит, наши звуки до них никак долететь не могли. Ясно?
– Ага, вроде ясно… – протянул Серёжка без особой уверенности в голосе.
Вот цыгане поравнялись с лесом, остановились… и, свернув-таки с дороги, направились в их сторону.
Сердце у Серёжки ушло в пятки.
– Славка, что теперь делать-то?
Повисла напряжённая тишина… и вдруг Славка вздохнул с облегчением.
– А ничего не делать! Вон наш батя на ГАЗике едет. Хватай грибы да авоську – и вперёд, к дороге. Только пойдём с этой стороны леса, чтоб с цыганами не столкнуться.
– Ага, точно! А если что – то мы закричим, и папа с солдатом-водителем быстро нас спасёт, правда?