Чтение онлайн

Сегодня с ним были ангелы - две девочки из нового взвода, которых Лив совсем недавно, по ротации, перевела в хранители. Вначале их было три, но одна, получив в промежность первую порцию 'мате', куда-то свалила, мотивируя поступок маловразумительной личной хренью. Конечно, у каждой из них за воротами дворца есть жизнь, это тридцатилетние 'старые девы', а не молоденькие двадцатилетние неопытные ссыкухи. Кое-кто к такому возрасту даже успевает выскочить замуж. Но всё, что происходит во дворце и в корпусе, тем не менее, никого за их пределами не касается. И это хорошо, снимает с его бедной головы кучу проблем. Как, наверное, и с их.

– О, мой повелитель! О, мой король! Давай, давай, мой монстр! Моё чудовище!..
– стонала крошка по прозвищу... Хмм. Кажется, он забыл её прозвище. Пардон, позывной. А имени и не знал - у ангелов нет имён. Для посторонних есть только прозвища-позывные, и даже нулевые объекты не составляют исключения. Конечно, эта сучка играла - было видно, специально старалась потешить его самолюбие громкими эпитетами. Хотела продолжения банкета в будущем, с возможным повышением по 'карьерной' лестнице. Дура, он и безо всяких постельных концертов собирался драть её... Как и её подруг. Правда, без повышения. А теперь задумается - не любит он карьеристок... И особенно дешёвых шлюх.

Деваха играла чувствами умело, как будто на камеру на съёмках порно. Если бы он точно не знал, что их собирают по приютам в тринадцатилетнем возрасте, после чего ни на миг не выпускают из под контроля, поверил бы, что у неё есть опыт в таки съёмках. Но нет, это была чистой воды импровизация, и импровизация хорошего качества. А вот с оргазмом она не играла - тот получился настоящим. Ему даже пришлось упасть на эту выдру сверху, придавив своим мускулистым телом, чтоб не нанесла никому увечий. Кажется, эта крошка из тех, кто редко выходит за пределы базы, и хорошего ядрёного перепиха в её жизни не было уже давно. Даже жаль ломать дурёхе кайф, что карьеру сделать не получится. А, ладно, пусть её. Пусть думает и делает что хочет, его её мысли по поводу своей персоны не касаются.

– Класс!
– подняла большой палец первая крошка, получившая свою порцию 'мате' немного раньше и расслабленно, раскинув ноги в стороны, взиравшая на творящийся рядом эротический беспредел. Эта искусственно не стонала, и Лукас заговорщицки подмигнул ей. Поймал себя на мысли, что и её позывного не запомнил.

– Ну что, передохнём? Кто хочет вина?
– предложил он, вытирая со лба трудовой пот. Выжали его досуха, в боевую готовность придёт не скоро.

– Наливай!
– 'разрешила' первая красавица, прекращая ласкать себя и заваливаясь на бок на подушки. Блаженно потянулась.
– А ещё говорили, у тебя в каюте шикарная ванная... Врут?

Каюте... Лукас усмехнулся. Пробрался на четвереньках по огромной кровати к столику, на котором стояло несколько бутылок хорошего перуанского, откупорил одну из них и разлил тёмно-вишнёвую жидкость по трём из шести стоявших там же бокалам. После чего, так же не вставая с кровати, аккуратно подсел к своим новым игрушкам, раздавая девочкам их тару.

– За знакомство!
– поднял бокал первым.

Чокнулись, выпили.

– Как, кстати, тебя?.. Забыл позывной, - признался он и пронзил первую красавицу весёлым игривым взглядом. Та в ответ не менее игриво хлопнула ресницами.

– Тринидад. Троица.

– Нет, Тринидад, не врут, - ответил на заданный вопрос.
– Но ванной мы займёмся позже. Ближе к вечеру. Я бы сказал даже, к ночи.
– Новый подмиг. И ответный выстрел глазами.

– А её величество не будет... Против?
– задала вопрос вторая, которая актриса, окончательно пришедшая в себя.

– Не думаю.
– Лукас мысленно скривился и покачал головой.
– А давайте и её примем в нашу тесную компанию? Как думаешь, она не будет против?
– Он провёл ладонью по груди Троицы. Которая, по его информации, уже посетила постель Оливии в качестве тест-игрушки. Именно поэтому она сегодня тут, в первых рядах. Раз Лив ВСЕГДА всё контролирует, держать её цепную собачку на поводке поближе сам бог велел.

– Думаю, мы ещё успеем, - ушла от опасной темы ангел, слегка смутившись. 'Простолюдинка' - улыбнулся про себя Лукас. 'Бродяжка. Это не вытравить, это навсегда'.

– Тогда приходи одна. За тебя!
– Он звякнул своим бокалом о её.

– Эй, а я?
– 'Карьеристка', так картинно стонавшая пару минут назад, потратившая на это столько сил и энергии, аж опешила от такого поворота. Лукас усмехнулся уже вслух.

– Обязательно, крошка. И ты тоже. Но не могу же я разорваться? Или думаешь, я всегда такой, подвиги совершаю? По десять раз за ночь?

– А то нет!
– раздался голос позади него, от двери. Знакомый голос, от которого он непроизвольно вздрогнул.
– Может не десять, но раза три тебе по силам. А то и больше. Сколько у нас был рекорд, не помнишь? Шесть? Семь?

– Тринидад же, поднёсшая бокал ко рту, при звуке голоса, прыснула, закашлившись.

– Не ври девочкам, блядун ты эдакий. Всё ты можешь. И ещё, я что-то не помню, когда ты засыпал меньше, чем с двумя?

Лукас обернулся и бросил на свою любовницу и повелительницу затравленный взгляд.

– Ну, бывают такие моменты...
– И внимательным раздевающим взглядом оглядел с ног до головы уже её.
– Есть одна сеньора, которая стоит всех. С нею я способен на чудеса. Но не надо преувеличивать мои скромные способности.

– Так уж и всех?
– Оливия была зла, раздражена, и Лукас понял, что его уловки не сработают. Хотя пара минут у него есть - последний комплимент приятен любой женщине, терзать прямо сейчас не будет.

Действительно, королева бегло, совсем не вкладывая в голос злость, бросила:

– Девочки, свободны!

Ангелам не нужно было повторять дважды. Они тоже понимали, что доброта её величества - понятие весьма условное. Как по команде вскочив, они быстро похватали одежду, умудрившись при этом её не перепутать, стоящие у стены винтовки, и достойно ретировались, словно были на совещании у шефа, а не в постели любовника своей повелительницы. И это их первый день в хранителях!

– Ну вот, хорошее веселье испортила.
– Лукас поднялся с этого обширного траходрома, подошёл к её величеству, попытался обнять. Но та не далась.

– Лукас, ты неисправим!

– Правда? - Он попытался снова, и на сей раз она уступила. Однако прижала его руки к животу, не давая развить наступление.

– Я утвердила их только ВЧЕРА!
– выделила она это слово.

Он засмеялся. Нашёл её милую шейку, нежно чмокнул.

– Лив, ты ревнуешь к ангелам? С каких пор?

– Я не ревную к ангелам!
– Её величество фыркнула, вырвалась, затем прошествовала к креслу и горделиво села, закинув ногу за ногу.

Оливия была молодой королевой. Впрочем, Венера не знала старых королев - её мать и бабка умерли, не дожив и до пятидесяти. Причём в обоих случаях были обоснованные подозрения в неестественности их смерти. Так или иначе, но встав во главе планеты в неполные двадцать четыре, будучи юным только начавшим распускаться цветком, к своим тридцати трём она превратилась в настоящую бабочку, мечту любого гурмана. Миловидная латинос с мягкими правильными чертами лица и шёлковыми каштановыми волосами; за её постель среди придворных идёт настоящая битва! В которой есть потерпевшие и даже погибшие. Это не считая финансовых войн между конкурирующими кланами, пытающимися встать на позицию-две ближе к вожделенной цели. Если бы не он, Лукас Маршалл, её кузен и вполне себе официальный любовник, изредка наводящий в том бардаке порядок, сеньоры бы все передрались, и между могущественнейшими семьями планеты давно началась война, плавно превращаясь в гражданскую. Нет, королевам нельзя быть настолько красивыми.