Чтение онлайн

— Понятно… — Арсений решительно сгреб ворох бумаг — Ладно Сидор, чего сделано, того уже не вернешь, сам не знаю, как я на твоем месте бы поступил, если честно. Буду думать теперь, как нам из этой ситуации на коне выбраться, а не под тем же самым конем оказаться. Пока наши китобои домой не ушли, что ни будь придумаю. Жаль, что наша экспедиция и корабли частные, была бы экспедиция военная, всё было бы на много проще.

— С ордером этим, что будем делать? — Я вытащил из-за пазухи кухлянки ордер американского суда, который изъял в Рона Соверса.

— Да подотрись им, — Отмахнулся Арсений — Ясно же, что эту бумагу состряпали на коленке, только бы она была у американцев с собой. Развалить это дело в суде сложностей не составит, свидетелей твоей невиновности полно. Да и кроме того, в этот суд еще и попасть надо, а я так понял ты теперь в Америку ни ногой.

— Сдалась она мне, эта Америка — Сплюнул я — Но всё равно, с этим тоже надо разобраться. Не дай бог на военное судно США в нейтральных водах нарвемся, и история может повторится. Тимоха отправится обратно с китобоями, он мой представитель, но нужен ещё и хороший адвокат. Тимоха парень сообразительный, старательный, но эскимоса никто слушать не будет. А я хочу отодрать Соверсов по полной программе, и старшего и младшего! Развалить дело в суде и подать от себя несколько исков. Вообще шумиху в прессе надо поднять, в том числе первыми об этой истории рассказать, преподнося её так, как нам надо. Информационную войну надо начинать первыми, а не ждать хода противника! Тем более, что у нас есть и признания, и фото, и показания свидетелей. Задавим их фактами, чтобы любое их дальнейшее действие выглядело как попытка оправдаться. А кто оправдывается, тот уже виноват!

— Как ты сказал? Информационная война? — Арсений как будто попробовал эту фразу на вкус, и она ему явно понравилась — А что, идея хорошая. Готовь от себя разгромные статьи, журналистов и адвоката я тебе найду, я от себя тоже несколько писем нужным людям подготовлю!

Да, мужики с охоты вернулись только сегодня, спустя три дня после нападения! Эти три дня были одними из самых сложных в моей жизни. Пленив американцев, я толком не знал, что с ними делать. Из «цивилизованных» людей в стойбище были только мы с Чарли, да еще и Тимоха.

Хотя Тимоху я теперь с трудом к цивилизованным людям могу отнести. Пока я метался по берегу, пытаясь хоть как-то решить сотни внезапно возникших вопросов, мой приказчик умудрился набить морду чуть ли не каждому пленному американцу! Причем жители стойбища активно поддерживали его в этом начинании! Я конечно Тимоху по-человечески понимал, всё же прилетело ему ни слабо, а тут вон они обидчики, сидят на корточках, руки за голову и писю нюхают, на столько голову вниз опустили… Честно говоря мне и самому хотелось дать в рыло Рону, но действия Тимохи никак не помогали нам в решении проблемы. Приказчик в итоге, за то, что игнорировал мои уговоры остановится, отхватил люлей по новой, уже от меня, а нам с Чарли с трудом удалось удержать инуитов от самосуда и грабежа.

Для старейшины всё было просто, племя победило в противостоянии, а значит и захваченный противник, и всё его имущество по его понятиям теперь принадлежало стойбищу. Я потратил несколько часов, объясняя Сигунылику, что он в корне не прав, и что американцев всё же придется отпустить, да к тому же еще и с большей частью трофеев, которых он уже считал своими. У него это в голове никак не укладывалось, и он упирался как бык, но мне всё же удалось его переубедить, хотя и с большим трудом.

— Да пойми ты старый! — В который раз вдалбливал я в голову вождю инуитов — Пока в этой истории вас можно показывать, как потерпевших, которые защищались, а вот если вы начнете беспределить, потерпевшими будут уже они! Они возместят стойбищу ущерб, но и только! Нам еще как-то надо будет за трупы и раненых оправдываться.

— Меня при моих людях били, на четвереньки как собаку поставили, не хорошими словами называли! — Возмущался старик — Как такое простить можно? Убить за такое надо!

— Так убили уже! Вот эти трое, которых вы пристрелили, тебя и били! Так своим людям и объявишь. Никто ничего не поймет, мы все бледнолицые на одно лицо! — Вразумлял я старика — А за моральный ущерб возьмёшь с них выкуп, ну к примеру топор, или чайник…

— Два! — В разговор вмешалась старуха — Два топора, нож, котелок и чайник!

— Эх… — Старик опасливо глянул на свою жену и махнул рукой — Ладно, уговорил.

С выкупом, или как я указал в бумагах «товарами для возмещения причинённого стойбищу ущерба» разобрались быстро. Я выступил посредником между договаривающимися сторонами, инуиты сильно не наворачивали, а американцам торговаться было не с руки, и стороны пришли к консенсусу за полчаса. Затем наступила моя очередь на получение компенсации. Убитых собак Рон купил у меня за наличные, по хорошей цене, и на этом вопрос я посчитал исчерпанным, хотя на душе у меня скребли кошки. Собак ни какими деньгами тут не возместить! Они бесценны, потому что купить их тут больше не получится! Хоть самого Рона и его балбесов в сани запрягай! А что? Я бы с удовольствием по его толстой заднице кнутом каюра прошелся, если бы он слабо тянул в упряжи! Мечты… делать так я конечно не стал, но поработать пленным всё же пришлось.

Разломанный угольный склад американцы восстановили полностью своими силами, снова уложив каменную кладку и до последнего кусочка собрав драгоценный антрацит. От работ я освободил только раненых и Мэйсона.

— Может к нам присоединишься? — Мы сидели с моим бывшим напарником в яранге старейшины и пили кофе — Если у тебя есть с ними контракт, Рон сегодня же подпишет соглашение о расторжении без всяких штрафов и санкций. Мигом организуем! Ричард и Чарли со мной, если будешь ещё и ты, будет совсем отлично!

— Я бы с радостью Сидор, честно, но вынужден отказаться — Мэйсон с сожалением покачал головой — Это будет неправильно. У Рона в команде тогда ни останется почти никого с опытом полярных походов, и случись неудача, меня тут же сделают виноватым во всех грехах. Бросил всех, ушёл к конкуренту, поставил свои интересы выше национальных… Мне потом жизни не дадут, и о нормальной карьере можно будет забыть! Вот если бы я сразу с вами пошел…

— Ясно — Я хлопнул Мэйсона по плечу — Не переживай, я всё понимаю. Я даже не буду выпытывать у тебя о планах Рона, если ты сам не захочешь рассказать. Мне и так всё ясно. Не дойдёте вы до полюса, к гадалке не ходи. С такой подготовкой и с таким начальником, с его отношением к собакам и тем более к эскимосам, вам полюс не покорить. Жаль только, если во время этой попытке погибнут люди. Береги себя дружище.

Мэйсон всё же кое-что мне рассказал, не много, только то, что, по его мнению, заслуживало внимание и не являлось тайной, а я и не настаивал, как и обещал. Я и так узнал всё, что мне надо, и моим главным источником информации оказался сам Рон Соверс, с которым мне тоже за эти три дня пришлось говорить неоднократно. Соверса несло как цветок по трубам, рот у него не закрывался. В основном он мне угрожал возмездием, и хвастался подготовкой своей экспедиции. Он-то мне и поведал о своих планах.

— Когда я вернусь с Полюса, вы мистер Волков уже будете кормить вшей в тюрьме! — Высокомерно задрав поломанный Тимохой нос, Рон выглядел как растрепанный попугай переросток. — И это правильно, потому что именно вы организатор этого погрома! Вы натравили на нас этих дикарей! И их кстати тоже всех переловят или перестреляют! Но ничего, теперь я по крайней мере знаю, что этим узкоглазым доверять нельзя! Мои люди прошлой зимой наняли целое племя этих животных в Канаде, чтобы оно дошло до мыса Колумбия и организовало нам лагерь. Моя ошибка, и больше я такой не повторю! Эти мерзавцы не получат у меня ни цента, а если будут возмещаться, то заработаю пулю между глаз! Уроды… Мне не нужны больше их услуги, мы свободно дойдем до мыса проливом Нэрса и сами организуем стартовый лагерь!