Чтение онлайн

Однако наше суденышко так мало и на нем столько нагружено всякого снаряжения, карбасов, строительных материалов, собак, что повернуться в малице буквально негде. Эта одежда явно не приспособлена для ношения на корабле. Даже сам Вылка, тоже облачившийся было в малицу, скоро сбросил ее и щеголял теперь в кожаной безрукавке, в каких в свое время к нам приходили пленные колчаковские офицеры. Безрукавка эта английской работы и шита, видимо, на людей совершенно иного сложения, нежели новоземельский Калинин, поэтому она у него спускается много ниже колен, как какой-то капот. Вылка производит впечатление очень добродушного и неглупого человека. Его можно обо многом расспросить. В свою очередь, и он тоже не перестает интересоваться всем новым, что видит и слышит.

Когда я, окончательно продрогнув, спустился в темный грохочущий колодец машины, то застал там Вылку. Старший механик с упоением тыкал в различные части машины и объяснял Вылке устройство Болиндера. Голоса Григория Никитыча не было слышно, и я мог с уверенностью сказать, что Вылка не мог понять ни одного слова из его объяснений. Тем не менее Вылка время от времени кивал головой с видом полного понимания. Его внимание главным образом привлекали запальные шары в головках цилиндров. Вероятно, это была единственная деталь в устройстве двигателя, назначение которой для самоеда было ясно по работе с промысловым моторным катером в Белушьей губе.

Госторг завез сюда катера, снабженные нефтяными двигателями, и, надо отдать справедливость, сделал это очень удачно. Маленькие семисильные Болиндеры безотказно работают в самых тяжелых условиях и чрезвычайно нетребовательны к уходу и обслуживанию. Строго говоря, Госторг не привозил сюда катеров, как таковых, привезены были только двигатели, а устанавливалась они уже на месте на обыкновенные большие карбасы. На карбасах для этой цели делались только дополнительные надстройки, чрезвычайно нелепого вида и сомнительного назначения. В общем сооружение как две капли воды походило на то, что построил себе на Колгуеве Жданов.

На одном из таких катеров Вылка и был капитаном. Таким образом он не был чужд и машинной технике. Вообще мне кажется, что то несколько ироническое отношение, которое сквозит в различной мере во всех разговорах русаков о Вылке, не вполне справедливо и скорее является пережитком плохой традиции в отношении к «дикарю».

Большинство соглашалось признать в Вылке художника, и почти никто не хотел относиться к нему всерьез, как к председателю островного совета, носителю высшей власти на Новой Земле. Впрочем, это нисколько не мешало самому Вылке отлично знать себе цену и даже, пожалуй, несколько переоценивать себя. С его представлением о полноте председательской власти мы имели случай прекрасно познакомиться на следующий день, подойдя к Кармакульским островам.

Почти все время от Белушьей губы до Кармакул мы шли в виду новоземельского берега. При условии отсутствия тумана здесь совершенно спокойно можно итти в расстоянии десяти-пятнадцати миль от берега, так как глубины очень велики.

Группа Кармакульских островов расположена около входа в укрытую губу, где стоит старейшее новоземельское поселение Малые Кармакулы, основанное в 1877 году. Но мы не собирались в этот раз заходить в Кармакулы – цель нашего прихода сюда составляли острова, где можно было получить интересную «натуру» для засъемки на фильм птичьих базаров. Для этой цели мы избрали небольшой скалистый остров Базарный, уединенно стоявший в море, в некотором отдалении от остальных островов.

Волнение было настолько сильно, что наш бот трепало как пробку, и капитан решил подойти к островам с подветра, для того чтобы спокойно бросить якорь. Встав в четырех милях от острова Базарного, он предоставил нам добираться до него любыми способами.

Единственным способом передвижения, имевшимся в нашем распоряжении, была шлюпка, и мы решили воспользоваться ею. Впрочем, недостатка в спутниках не было. Наоборот, огорченными оказались те матросы, которым не удалось вместе с нами итти на остров.

Неожиданное осложнение возникло со стрельбой. Дело в том, что для того, чтобы снять тучу птиц с проекцией на небо, необходимо было заставить их взлететь. Сделать это можно был только выстрелами. Поэтому я совершенно спокойно перекинул через плечо свой автомат и набил карманы патронами. Но Вылка весьма решительно заявил, что, по постановлению островного совета, стрельба на птичьих базарах воспрещена для того, чтобы не распугивать птиц.

Блувштейн обозлился и не менее решительно заявил:

– Ну, мне на это наплевать. Ничего не сделается базару от нескольких выстрелов.

Усы у Вылки ощетинились.

– Я говорю, стрелять нельзя.

Чтобы избежать столкновения с местной властью, я решил итти обходным порядком.

– Товарищ Вылка, стрелять птицу на базарах нельзя?

– Нельзя.

– А снимать на базарах кинокартины для центра можно?

– Можно.

– И охотников снимать можно?

– Я так думаю, что можно.

– А среди нас нет никого, кто был бы похож на промышленника. Вы, пожалуй, единственный.

– Не знаю.

– Вы согласитесь сниматься вместо охотника на фильм?

– А почему нет?

– Ну, и отлично, едем… Только, товарищ Вылка, не забудьте взять ружье и патроны. Я думаю, что ведь можно будет разок-другой выстрелить для фильма?

Вылка колебался.

– Ладно, можно, я так думаю, что один раз выстрелить можно.

– Может быть, и два раза можно?

– Я так думаю, што и два раза можно.

– Ну, вот и отлично, поехали.

Но тут снова возникло недоразумение. Вылка, повидимому, решил, что вина его в нарушении запрещения будет меньше, если он станет стрелять из чужого ружья.

– Я свой винтовка брать не стану.

– Ну, стреляйте из дробовки.

– Ты свою возьми.

– Из своей дробовки я и сам стрелять могу.

– Нет, тебе стрелять не можно. Запрещено.

– А вам можно?

– Мне можно.

– Ну, так берите и свою винтовку.

Вылка поколебался еще немного, но все же взял винтовку и один патрон.

– Товарищ Вылка, возьмите хоть обойму, что вы с одним патроном сделаете? Нам, всегда может понадобиться повторить сцену. Ведь нужно же, чтобы вы хорошо вышли на фильме.

Вылка полез в старую наволочку, где у него хранились патроны, и достал еще один. Понадобилось еще четверть часа торговли, чтобы убедить его взять третий патрон. До обоймы так и не доторговались.