Чтение онлайн

Лишь одна пожилая женщина с очень знакомым лицом остановилась и с надеждой спросила:

– Вы из города, из комиссии по ветхому жилью?

Вопрос прозвучал словно на чужом языке. Сергей отрицательно замотал головой.

– Нет, нет! Мы не из комиссии. Мы в гости.

– И к кому же?

Вдруг у женщины расширились глаза, она даже качнулась вперед, пытаясь разглядеть его. "Узнала", - понял Кротов. Сам он так и не вспомнил кто это. Женщина развернулась и чуть-ли не бегом бросилась в обратную сторону. На ходу она все время испуганно оглядывалась.

До родного дома оставалось совсем немного, Сергей уже видел ограду из покрашенного синей краской штакетника, как вдруг калитка распахнулась, и на улицу выскочил высокий худощавый парень. Он остановился и огляделся. Увидев приближающегося Сергея, он побежал в его сторону. Сердце у Кротова екнуло - неужели? Чем ближе подбегал парень, тем меньше оставалось сомнений - это Вовка, младший брат. Хотя на лице парня уже красовались усы, но улыбку Сергей узнал бы и через тысячу лет, она осталась прежней - детской и непосредственной. Улыбка становилась все шире и шире. "Узнал!" В это время наперерез подбегавшему Вовке бросился один из телохранителей, второй встал за спиной, прикрывая тыл.

– Пропусти его! Не трогай!
– в сердцах закричал Сергей, тоже бросаясь навстречу брату. Телохранитель шагнул в сторону, и они встретились. Братья крепко обнялись, потом разжали объятия и принялись друг друга рассматривать.

– Братан! Я знал, что ты вернешься! Я им не верил!

Сергей подумал, что где-то уже слышал эти слова, потом вспомнил: так говорила младшая сестра Глемаса, когда они прилетели на Грон. Им тогда тоже пришло известие о его гибели.

– Правильно не верил! Я и вернулся!

Голос у брата изменился: окреп и наполнился мужской хрипотцой. На Кротова пахнуло запахом табака.

– Ничего ты крутой! Ну-ка, сними очки, - Вовка потянулся и сам стянул темные очки с носа Сергея.
– Вот так лучше, а то как Джеймс Бонд.

– Как кто?

– Ну ты че издеваешься! Дядя Леша сказал, ты в Америке живешь?

– Правильно сказал.

– А че тогда Бонда не знаешь? Кино не смотришь?

"Эх, Вовка, знал бы ты, когда я последний раз видел кино", - подумал Сергей.

Тут их прервали. Из калитки вышли еще два человека - Смирнов и старик в очках.

– Серега, но че вы застряли? Вас же ждут!
– крикнул одноклассник.

– Батя, - шепнул Вовка, видя, что Сергей вглядывается в старика.

Кротов быстро пошел навстречу отцу. Тот стоял и дрожащими руками протирал тряпочкой стекла очков. Было видно, что он крепится, чтобы не показать волнения, но руки выдавали его.

– Вернулся...
– прошептал отец, когда Сергей обнял его. И, вдруг, не выдержал и заплакал.

– Отпусти, - дрожащим старческим голосом попросил он, - очки сломаешь...

Быстро отвернувшись, он той же тряпочкой, что протирал очки, вытер глаза. "Батя в своем репертуаре, - подумал Кротов.
– Типа, настоящий мужик не плачет".

– Пошли в дом! Мать ждет!

Одноклассник тянул их в калитку, голос у него стал веселым, глаза заблестели. "Налили ему старики, - понял Кротов.
– Сразу заговорил".

– Пойдем, пойдем, сына, - засуетился и отец.
– А то вон люди уже смотрят. Мать-то ходить плохо стала, ты её не суди, что не вышла.

Сергей рванул вперед всех и успел вовремя, мать-таки вышла из дома и, держась за перила, спускалась с крыльца. Увидев забежавшего в ограду сына, она заблажила:

– Ой, ой...сынок...ой, да где же ты был...

Ноги её не выдержали и она начала заваливаться на колени, Сергей едва успел подхватить её.

– Все, успокойся, мама! Я дома, я вернулся!

Мать вцепилась в его костюм и никак не хотела отпускать. Прижавшись седой головой к его груди, она, не скрываясь, плакала.

– Мама, пойдем в дом, - поглаживая её по спине, уговаривал Кротов.

– Да успокойся, старая!
– отец уже взял себя в руки и начал командовать.
– Иди в избу, сын хрен знает, откуда прилетел, есть, наверное, хочет, как волк, а ты тут нюни разводишь.

Напоминание о том, что сынок голодный, мгновенно вернуло мать к жизни.

– Ой, прости, сына, ты же с дороги, есть хочешь.

Сергей, поддерживая, помог матери подняться на крыльцо. Из дверей дома навстречу им шагнул один из охранников:

– Все чисто, можно заходить.

– Сгинь, - не выдержал Кротов, но спохватился - десантник ни в чем не виноват, он делает свою работу.
– Спасибо, лейтенант, свободны.

Мать отправила сына в зал:

– Посиди пока. Телевизор посмотри, пока я на стол соберу.

Однако каждую минуту заглядывала и смотрела на него, причитая:

– Нет ничего вкусненького, не готовились мы, не знали... К вечеру наварим, покормим тебя по-настоящему. Ты, поди, в Америке своей забыл, как пельмени выглядят?

В следующий заход начинала плакать:

– Что же ты не сообщил-то нам, хоть что жив?

Поняв, что она так и будет бегать смотреть, он перешел в кухню, чтобы быть на виду. Отец с братом о чем-то посовещались на улице, и брат с одноклассником Лехой ушли. Отец тоже пришел в кухню, мать собрала на стол, и начались бесконечные разговоры. Сергей не хотел, чтобы родные устраивали пышную встречу, и попытался отговорить их от этого. Чем меньше людей знает о нем, тем лучше. Родные вроде бы согласились, но он видел, что к вечеру они все равно готовятся, объяснив это тем, что совсем без посиделок не обойтись - не поймут, но будут только свои. К ограде подъехала машина и в дом вошли брат и Леха, они тащили ящик с бутылками.

"Блин!
– Сергей понял, что это водка.
– Все изменилось, кроме этого. Похоже, веселье все-таки будет". Отец, понизив голос, спросил:

– А что? Этих ты за стол не зовешь?

Он кивнул в сторону двора, где на скамейке сидел один из охранников, второй расположился под окнами в огороде.

– Они не согласятся, у них служба.

Кротов не стал говорить, что он уже звал обоих офицеров к столу, но те ответили отказом, мотивировав так же, как и он - служба.

Рассказывая придуманную легенду, Сергей успевал пробовать все, что мать приготовила "на скорую руку". На столе стояла большая сковорода, на которой шкворчало зажаренное с яйцами сало. На тарелках горками лежала колбаса, опять сало, но уже не жареное, огурцы, помидоры и хлеб. Сергей в первую очередь взял кусок хлеба и понюхал.

– Сто лет не чувствовал запах хлеба, - он откусил кусочек и, почти не разжевав, проглотил.

– Ты подожди, - остановил его отец.
– Давай выпьем по маленькой за встречу.

– Давай, - Кротов вздохнул. "Надо держаться, много не пить. Тут не Империя - никого этим не удивишь, а медмашина далеко".
– Только я рюмку и больше не буду.

Отца, однако, это обрадовало, а не огорчило.

– Вот молодец! Так и надо, а то тут молодежь вся спилась.

Мать тоже одобрительно качала головой.