Чтение онлайн

– Что за?..
– недоуменно воскликнул воин, развернувшись, открыл дверь и скомандовал:

– Выходим!

На богатыря уставились непонимающие взгляды. Догнав сказанное, Крамол что-то прорычал своим соплеменникам, и те уже закопошились.

– Быстро!

Глава 5. Не ждали…

Улитками ползли минуты томительного ожидания.

На стенах Форта погасли факелы, ради столь серьезного дела защитникам даже выдали автоматы - ясно было, что стрелами врага не возьмешь. Над Фортом сгустилась темнота, освящаемая лишь бледным светом звезд да белым снегом...

В полной тишине отлично было слышно рокот моторов, темноту прорезал свет фар.

– Вот они!

– Далеко еще... Подпустим их ближе.

Свет фар приближался, уже стали различимы силуэты чужаков...

– Огонь!

Грянул залп. Послышались металлический звон, скрежет, визг рикошетов, истошные крики - похоже, кому-то из врагов досталось на орехи.

С небольшим опозданием огонь открыли чужаки. Как ни странно, никто из фортовцев не пострадал - чужаки, не видя обороняющихся, просто палили в сторону Форта, а те дураками не были и постоянно меняли позиции. На вышках никого не осталось, все укрывались за бетонным парапетом, ограждающим внешнюю сторону стены.

– Готовьсь... Огонь!

Вновь грянул залп - фортовцы дождались, когда магазины автоматов агрессоров опустеют, и снова дали залп. Очередями не садили, патроны экономили - чай, не бесконечные, а новых потом неоткуда взять будет.

Снова послышались крики. У фортовцев было преимущество - на фоне темно-серых стен и темного неба их практически не было видно, а вот чужаки выделялись на снежном фоне, да еще и сдуру не додумались фары выключить.

– Готовьсь... Огонь!

Но как только фортовские стрелки высунулись из укрытий, на них обрушился свинцовый шквал. Теперь крики слышались уже на стене. Чужаки оказались хитрыми чертями - пока несколько человек тщетно стреляли по стенам, остальные не тратили патроны, выжидая, когда первым придется перезаряжать оружие, и фортовцы высунутся для очередного залпа. Но и часть фортовцев успела выстрелить в ответ...

Пока суд да дело, на стенах появились арбалетчики. Наконечники болтов обернули тонкими полосами просмоленной ткани и подожгли.

Залп! На стене словно пламя вспыхнуло, оранжево-багровым вихрем двинувшись на чужаков. Те даже не поняли в начале, в чем дело, даже несколько растерялись...

Ни секунды не медля, фортовские стрелки дали еще один залп - последний...

Когда погасло пламя, небольшая группа разведчиков выдвинулась за пределы Форта, освящая себе путь факелами.

Дрожащий, неверный свет факелов выхватывал из темноты стволы деревьев. В желто-оранжевых отблесках темные пятна на снегу становились кровавыми пятнами и трупами агрессоров. Те еще сжимали в сведенных предсмертной судорогой руках автоматы...

Однако обнаружились и еще живые враги. Раненые. Кто-то из них даже пытался просить о помощи, но разведчики хладнокровно добивали чужаков. Оружие и боеприпасы собрали, обыскали вездеходы.

– Он здесь!
– крикнул один из разведчиков.

Остальные двинулись на звук. Как оказалось, находка оказалась удачной...

На снегу, захлебываясь собственной кровью, корчился воевода чужаков, Гзак. Похоже, чужаки просто не ожидали столь яростного отпора, а потому Гзак не надел ни бронежилета, ни кирасы - и вот результат: арбалетный болт легко пробил теплую куртку, а заодно, похоже, и легкое.

– Помогите...
– просипел поверженный враг, протягивая к разведчикам руку.

– Ага, сейчас, только шнурки поглажу!
– ухмыльнулся обнаруживший его разведчик, занося приклад для удара...

Очнулся предводитель отряда чужаков в каком-то неизвестном месте.

Как только он попытался поднять голову и открыть глаза, в лицо чем-то ударили. Он попытался приложить руки к лицу, но обнаружил, что они у него скованны.

– Кто вы?
– в голове была каша, и он ничего не понимал.
– Где я?

Опухший левый глаз превратился в щелочку.

– Я тебе сейчас все расскажу! Кто мы, расскажу, кто ты, тоже расскажу!
– невидимый до поры человек вышел на свет. Рослый бородатый мужчина недобро посмотрел на пленника. Короткий замах. Удар. Пленник едва снова не отключился из-за дикой боли в груди - надо сказать, что и болт вытащить никто не удосужился...

– Что... вам... надо?
– прохрипел Гзак.

– Ты мне нравишься, парень! Нам нужно знать где ваша база, или что там?.. Не волнуйся, ты все равно в ближайшем будущем преставишься, так что ничего от твоего «бугра» тебе не будет.

Однако Гзак не обратил внимания на сказанное.

– Да пошел ты...
– и сплюнул на пол кровь.

Парень был не робкого десятка! Только, неожиданно для пленного, повторного удара в живот не последовало.

– Думаешь, бить-пытать буду?
– недобро усмехнулся воин.
– Нет, не буду. Но голодом и жаждой выморю! Будешь завидовать тем у кого мы жизнь забрали сразу, даже боли не почувствовав, не почувствовав запаха смерти! Тебе везет меньше, Гзак. Ты будешь заживо гнить, и, заметь, так и будешь сидеть здесь, один, просиживать гнойники на заднице! Помирать - так с песней! Правда, песня та из стонов твоих будет.

Гзак не смог выдержать такого морального прессинга - не слишком-то крепок орешек оказался, в момент треснул - и сдался:

– В Оби! Город был такой, сейчас у нас там лагерь. Там у нас все! Техника, оружие.

– Я же говорю, нравишься ты мне! Сколько человек на КПП?

– Человек семь только на одном. Там их всего четыре. Ночью они включают прожектора. Отпустите меня!

– Куда?
– удивился воин, доставая из кобуры трофейный ПМ.
– Я свободы не обещал! Я обещал быструю и безболезненную смерть!

Хлопок.

Голова командира агрессоров откинулась назад, выпуская из затылка кровавый фонтан.

– Хотя ты ее и не заслужил.

Глава 6. В путь

– Совсем дурная выросла, - сетовал Денис Алексеевич.
– И в кого она упертая такая? Мать ее тихой, скромной была...

– Да в тебя, мил дружок, в тебя!
– ответила бабка Настасья, трудившаяся у главы Форта на хозяйстве.

Для Костенко бодрая старушка была не прислугой, а полноценным членом семьи. Она появилась в его доме незадолго до рождения Оксаны, помогала по хозяйству. А после того, как жена Дениса Алексеевича скоропостижно скончалась от какой-то болезни, Настасья Савишна стала нянькой для его дочери, превратившись для девочки практически во вторую мать. Бабка так же относилась к Костенко, как к родным - ее муж умер давно, единственный сын погиб во время атаки аборигенов на Форт, а внуков не было...

– Эх, права ты, Савишна...
– вздохнул глава Форта.
– Вот только что с ней делать, как остановить? Она ж, дуреха, на передовую рвется! Мол, раз остальные бабы за оружие берутся, так и она с ними.