Чтение онлайн

Вновь зазвенят в горах ключи

И ветра нежным дуновеньем

Разбужен темный лес в ночи…

В это время все крупные газеты мира вышли с аршинными заголовками:

«RAIN OF BOMBS: REVOLUTIONARIES HURL DESTACTION AMONG LARGE CROWDS OF PEOPLE»

(Дождь из бомб: революционеры устроили взрывы в большой толпе людей) – Лондон, «Дейли Миррор»;

(Катастрофа!) -

Париж, Le Temps;

(Бомба убила множество людей, захвачено $170,000) – «Нью-Йорк Таймс».

А под Санкт-Петербургом, на даче Леонида Красина, Камо извлек деньги из дивана. Часть этих денег Красин спрятал в трансформаторных будках городского освещения Санкт-Петербурга, построенных его «Обществом электрического освещения». Даже в случае обысков, ни один полицейский не решится войти в эти, как считалось тогда, смертельно опасные сооружения. А вторую часть похищенных денег Камо на фаэтоне отвез в «красный тыл революции» – Финляндию, на двухэтажную деревянную дачу «Ваза» в Куоккале. На этой даче жили Владимир Ульянов (Ленин) с женой Надеждой Крупской.

Меж тем из Санкт-Петербурга в Тифлис для расследования столь громкого – на весь мир – ограбления прибыла специальная группа детективов Министерства внутренних дел Российской империи. По сведениям Романа Бракмана, автора книги «Секретная папка Иосифа Сталина. Скрытая жизнь», проверявшего был ли Сталин полицейским осведомителем, «через несколько дней после ограбления агент охранного отделения Мухтаров допросил Сталина в секретной квартире. Ходили слухи о том, что во время ограбления некоторые свидетели видели Сталина пассивно наблюдающим за происходящим. Мухтаров спросил Сталина, почему он не сообщил им о подготовке «экса». В ответ Сталин заявил, что он представлял властям соответствующую информацию. Допрос перерос в горячий спор; Мухтаров ударил Сталина по лицу, но был остановлен другими офицерами охранки. После этого инцидента Мухтаров был отстранён от работы в охранке, а Сталину приказали оставить Тифлис и уехать в Баку, чтобы там дожидаться решения по данному делу. Сталин уехал в Баку с 20 000 рублей украденных денег в июле 1907 года».

Эти строки дают возможность расписать захватывающую, в духе Юлиана Семенова, сцену допроса детективами Иосифа Джугашвили, секретного агента Особого отделения Петербургского охранного департамента «по борьбе с враждебными антиправительственными элементами». Но мы предпочитаем сдерживать творческое воображение и оперировать фактами.

Помимо книги Романа Бракмана вопросу, был ли Сталин агентом царской охранки, посвящены десятки книг и исследований. Ими установлено, что осведомителем охранки Иосиф Джугашвили стал еще во время учебы в Тифлисской духовной семинарии, откуда был исключен в 1899 году. Псевдоним «Сталин» появился у Иосифа Джугашвили в 1913 году, а до этого он с юности был Кобой. В полиции, в учетной карточке на одной из его фотографии стоит номер 3316. Его деятельность агента охранки в руководстве РСДРП и окружения Ленина подтверждается множеством косвенных и прямых улик, но в нашем рассказе важно одно: все деньги в тюках, похищенные Камо 13 июня 1907 года, оказались пятисотрублевыми купюрами, негодными к употреблению, поскольку номера этих банкнот были заранее переписаны полицейскими и разосланы во все российские и европейские банки и полицейские участки. Таким образом, Российский государственный банк финансово не пострадал, зато скандал вокруг этого бандитского, с человеческими жертвами, ограбления подорвал репутацию РСДРП и у публики, и среди других революционных партий в России и в Европе. Это подтверждает заявление Сталина следователю Мухтарову, что он «предоставил властям соответствующую информацию, чтобы предотвратить преступление».

Так за что же следователь Мухтаров дал Сталину пощечину? Единственное логическое объяснение приходит после прочтения книг “Сталин. Путь к власти” Роберта Такера, “Молодой Сталин” Эдварда Эллиса Смита и «Кто стоял за спиной Сталина?» Александра Островского. До 1914 года Сталин был тем, кого по-русски называют двурушником или двойным агентом: Ленина, жадного до денег, снабжал награбленным после эксов, а охранке сдавал видных большевиков (например, Шаумяна), их явки и подпольные типографии. Только после 1913 года, когда по приказу шефа полиции Сталин был сослан в Туруханский край, он прекратил работать на охранку, а после Октябрьского переворота занялся, уже в роли одного из правителей страны, срочным уничтожением архива Охранного отделения и свидетелей его с ним сотрудничества.

В эпизоде же тифлисского конфликта Сталина с Мухтаровым логично предположить, что Мухтаров уже тогда, в 1907 году, первым догадался о сталинском двурушничестве, врезал ему по физиономии, «но был остановлен другими офицерами» и даже «отстранён от работы в охранке». А Сталину «приказали уехать в Баку»…

Стремится ввысь душа поэта,

И сердце бьется неспроста:

Я знаю, что надежда эта

Благословенна и чиста!

…В Куоккале тоже поняли, что деньги, которые Камо привез Ленину, засвечены. «Деньги от тифлисской экспроприации были переданы большевистской фракции, – пишет Надежда Крупская в своих воспоминаниях. – Но их нельзя было использовать. Они были в пятисотках, которые надо было разменять. В России этого нельзя было сделать, ибо во всех банках уже были списки номеров, взятых при экспроприации пятисоток…»

Это выводило Ленина из себя, он ходил с Камо по лесисто-сосновому поселку Куоккала (ныне Репино) и, распугивая белок громким грассированием и порывистой жестикуляцией, негодовал:

– Теперь, когда реакция свиг’епствует вовсю, когда надо ставить нелегальные типог’афии, устг’аивать побеги революционеров из тюрем, деньги нужны до заг’езу! А мы сидим на таких деньгах и не можем потратить ни г’убля! Что слышно из Тифлиса?

Камо пожал плечами:

– Ротмистр Балабанский, мимо которого я провез два тюка с деньгами, застрелился от стыда.

Ленин засмеялся:

– Замечательно! Но я не об этом. Из наших кого-нибудь взяли?

– Нет, наши давно из Тифлиса смылись.

– И Коба?

– Коба уже в Баку.

– Оч-чень хог’ошо! Оч-чень хог’ошо! Я списался с Литвиновым и Кг’асиным. Максим ждет вас в Париже, а Леонид – в Бельгии. Оба готовы обналичить там наши деньги. Но как вы их повезете? Через пол-Европы!

– Легко, – ответил Камо. – В корзине с бельем.

– В ког’зине с бельем?? – изумился Ленин.

– Да. Кто в Европе знает финский язык? Я оденусь финской прачкой и буду говорить по-армянски, а все будут думать, что я финка.

– Гениально! – сказал Ленин. – Пг’осто гениально!

Передав в Париже Литвинову, а в Брюсселе Красину плетеную корзину с пачками российских пятисотрублевых купюр, Камо получил от них крупную сумму немецких марок и отправился в Берлин, где стал закупать оружие и лечить свой глаз у врача Житомирского. Но врач донес на него в полицию, и Камо арестовали. При обыске у него нашли 50 револьверов системы «Маузер» со 150 патронами к каждому стволу, 200 детонаторов и чемодан с революционной литературой.

Конечно, Ленин и Крупская отправили Литвинову и Красину далеко не все деньги, привезенные Камо для «большевистской фракции». Ленин, который практически никогда не работал, но считал себя защитником рабочего класса, солидную сумму украденных денег оставил себе, попытался обменять их на мелкие купюры. К зиме он успел добыть таким образом 10 000 рублей. Но тут он и Крупская узнали из газет об аресте Камо в Берлине и запаниковали, боясь, что Камо их выдаст. В панике они сожгли все пятисотрублевки, которые у них остались, и подались в бега. Чтобы не попасться жандармам, они прошли пять километров по замерзшему Финскому заливу с целью сесть на пароход вдали от дачи и отправиться в Европу. Правда, на этом пути лед начал вдруг трескаться, и Ленин едва не ушел на дно…

Спустя несколько месяцев, летом 1908 года, Сталин вернул себе доверие Ленина, Красина и Литвинова. В Бакинском порту, удивительно похожем на Неаполь, к уходящему в рейс старичку-пароходу «Николай I», деревянному и обшитому медью еще в 1835 году, подошли трое в полицейской форме во главе с молодым усатым грузином. Сославшись на необходимость проверки документов, они поднялись на борт. Дальше следует стандартный сценарий: загремели выстрелы, налетчики загнали команду и капитана в трюм. На пароходе находился сейф, от которого у капитана не было ключа: в нем перевозили деньги и драгоценности из Бакинского отделения Российского банка через Астрахань в Москву, и доступ к этому сейфу имели только представители банка. Но налетчиков это не смутило. Под наблюдением усатого грузина (Сталина) один из налётчиков, самый искусный в Европе медвежатник по кличке Ахмед, потратил на этот сейф лишь несколько томительных минут, после чего все его содержимое – 1 200 000 рублей! – оказалось у преступников. В переводе на сегодняшние деньги – около $24 000 000!