Чтение онлайн

– Давно бы так! – обрадовался генерал. – Только лично я сегодня всех отозвал бы. Толку все равно никакого.

– Вот и я так сказал, не подумав, и оказался не прав, – заметил Олег Михайлович, но комментировать не стал, хотя все и навострили уши.

А бойцы в засадах, что называется, перегорели. Трудно на протяжении стольких дней быть в постоянном напряжении, особенно если ничего не происходит. Люди расслабились, начали потихоньку травить анекдоты, рассказывать разные случаи из своей жизни или службы, словом, почти отдыхали.

Только Степан держал свою группу в состоянии постоянной боевой готовности.

– Мужики! – говорил он. – Вы не первогодки, учить вас – только портить. Сами не хуже меня знаете, что ушки надо держать на макушке. Громыхнет в самый неподходящий момент, и все мы тогда окажемся в очень глубокой заднице.

Парни признавали его правоту и терпели, хотя иногда и беззлобно огрызались.

Вот и в это солнечное субботнее утро наблюдатель, сидевший на дереве с биноклем, раздраженно бормотал в микрофон:

– Шурган, мы уже изучили все прелести этой красотки в купальнике. Сколько еще на нее пялиться можно? Сидела бы внутри, так нет. Опять с самого утра в шезлонге возле бассейна загорает. Вот жизнь у бабы! Все вокруг нее носятся, как очумелые. То соки ей таскают, то фрукты. А она сидит себе и по телефону треплется. Полчаса назад вообще прибалдела и уснула, наверное. Хотя нет, вот сейчас дернулась. Может, комар какой-то ее все-таки укусил, чтобы жизнь медом не казалась? А еще лучше оса или пчела!

– Только бы не калибра семь шестьдесят две! – воскликнул Савельев.

Он достал сотовый и позвонил Наталье. В мобильнике звучали длинные гудки.

Слушая их, он спросил у наблюдателя:

– Хоть сейчас-то она пошевелилась?

– Нет, как лежала, так и лежит, – ответили ему сверху.

– Твою мать! – выругался Степан, достал рацию и сказал в нее: – База, это Шурган! Цветок завял!

– Как?! – услышал он гневный вопль начальника, того самого многозвездного генерала. – Этого не может быть!

Степану очень хотелось ответить ему: «Кверху каком!». Этот напыщенный индюк, ничего в жизни сложнее штабных учений не видевший, раздражал всех своей тупой самоуверенностью, а вот толку от него не было.

Но Савельев лишь кратко пообещал:

– Буду разбираться. Разрешите проникнуть на территорию поместья?

– Делай что хочешь, но найди мне эту суку живой или мертвой! – проорал генерал. – Господи! Меня же теперь Александров с башмаками сожрет!

– Пусть он тебя лучше со службы вышибет! – пробормотал Савельев, предварительно отключив рацию, и скомандовал: – Мужики, маски на морду! Все, кроме оружия, оставляем здесь и бегом к машине! – Все разом сорвались с места, а он на ходу продолжил: – Доезжаем до ближайшего участка ограды и берем ее, пока там никто не чухнулся, что Наталья дуба дала. Не дай бог, ее поднимут, унесут или еще что-нибудь сделают, а нам угол вхождения пули, кровь из носу, нужен. Наша цель – выяснить, откуда стреляли!

Машина, замаскированная так, что даже вблизи не разглядеть, была мигом освобождена от веток, закрывавших ее, мотор завелся с пол-оборота, и они поехали. Ограда поместья их тоже надолго не задержала, и вот они уже бежали к бассейну. Охранники увидели посторонних, но получили пару автоматных очередей под ноги и резко остановились.

Степан осмотрел труп Натальи и увидел, что пуля ударила ей в голову справа. Он вытащил из бокала соломинку, воткнул ее в рану, приблизительно определил угол вхождения пули и, соответственно, направление, откуда стреляли.

Потом Степан достал рацию и доложил:

– База, это Шурган. Передайте всем: направление – северо-восток. Стрелок должен быть там.

– Принято! – ответил ему уже другой голос.

– Куда отца-командира дел? – спросил Савельев.

– Он отбыл для личного участия в операции.

– Этого нам только не хватало! – зло процедил Степан и скомандовал: – Все, мужики, отходим! У нас другие дела есть. Грохнули Наталью! – сказал он охранникам. – Вызывайте, кого хотите, а нас здесь никогда не было.

Группа тем же путем покинула поместье и понеслась на северо-восток. Машина нещадно подпрыгивала на ухабах и колдобинах. Кто-то прикусил язык, у кого-то клацнули зубы, но никто не обращал на это внимания, потому что всех охватил азарт погони.

На северо-востоке тоже находилась группа бойцов. Надежды на то, что именно они смогут захватить или ликвидировать киллершу, почти не было, но азарт есть азарт.

Степан поддерживал связь по рации с другими группами, которые задерживали всех, кого только встречали. Ничего, потом извинятся, главное – не упустить именного того, кто нужен. Все пути отхода были перекрыты, казалось, даже мышь не сможет проскочить.

Савельев разговаривал по рации с командиром одной такой группы, когда вдруг услышал выстрелы. Потом связь оборвалась. Ему, провоевавшему два года на Северном Кавказе, ничего не надо было объяснять.

Он тут же связался с базой и потребовал:

– Дайте мне координаты Тора. У него что-то случилось. Отслеживайте на всякий случай его машину.

Степан получил координаты и приказал ехать именно туда. Когда они добрались, он не выдержал и завыл сквозь зубы. Пять трупов, разбитая рация и никакого оружия! Вдруг один из бойцов пошевелился.

Степан бросился к нему:

– Мужик, ты как? Что ж вы так лопухнулись?

– Он появился из ниоткуда, – преодолевая боль, пуская кровавые пузыри, прошептал раненый. – Стрелял с двух рук.

– Это был мужчина? – закричал Степан. – Точно?

Раненый с трудом выговорил:

– Одет, как мы…

Это было последнее, что он смог сказать. Голова его упала набок, он обмяк. Степан, стоявший перед ним на коленях, закрыл ему глаза.

– Да что же это творится? – срывающимся голосом спросил он, потом поднял глаза и полоснул по небу таким матом, что облака испуганно шарахнулись в разные стороны.

– Шурган! – осторожно позвал его один из парней. – Остальные тоже мертвы.

Тут ожила рация:

– Шурган, что у тебя?

– Имеем пять двухсотых, группы Тора больше нет, – тусклым голосом доложил Степан. – Главное! Это не Ирина, а какой-то мужик, одетый так же, как и мы. Ребята приняли его за своего, вот и упустили те несколько секунд, когда надо было стрелять. Где машина Тора?

– В настоящее время движется по направлению к трассе, на север, – сообщили ему. – Ей наперерез идут группы Совы и Еремы, а на трассе ее ждет группа Жука.