Чтение онлайн

Подземный вход в Кремль выглядел буднично. Дверь с гербом, за ней солдат с автоматом. Я подошла, показала паспорт, меня пропустили, указали на лифт.

Я поднялась и вышла – уже на ковры на «обычном» этаже. Меня встретил референт и проводил до кабинета.

В кабинете сидел сам Вован, вернее, второй Сам. Или первый. Один из, короче.

– Здравствуйте, – он галантно приподнялся, – садитесь. Прежде всего, позвольте принести извинения за вчерашние недоразумения.

Вблизи было ясно, что это совершенно разные люди, несмотря на стопроцентное внешнее сходство.

– Чтобы не тратить зря время, вот ответы на все ваши вопросы – он пододвинул ко мне папку, – там распечатка и вордовый файл на флешке. Но вы, кажется, хотите спросить что-то еще?

– Да. Почему…

– Минуточку. Мы выяснили, что вы хотите кое-что спросить, но я не дал вам разрешения спрашивать. Прошу не обижаться на мои слова, это просто небольшой урок дисциплины. Вам она в дальнейшем понадобится. В целом же, мне очень приятно видеть вас в наших рядах.

– Разрешите все-таки вопросы?

– Разрешаю. Но у вас одна минута. Йеменская делегация на подходе. Поэтому буду отвечать кратко, возможно, вы не все поймете.

– Почему вчера меня не убили?

– Потому что как только ситуация с моим напарником вышла из-под контроля, вы попали в поле зрения наших аналитиков, которые предложили наилучший вариант развития ситуации. В этом варианте вы становитесь на нашу сторону. Но вывод созрел не сразу, и эти дальнейшие ваши приключения – уже чистая случайность. Приятно видеть, что все опасности вас миновали.

– А с чего они взяли, что я приму вашу сторону?

– Вас просчитали психологи. Вы уже на нашей стороне, просто еще не привыкли к этой мысли.

– Вы пользуетесь жестокими методами.

– Ага. Ну и что? Разве те, на кого вы работаете в газете, пользуются методами рыцарскими?

– К вашим я никогда не привыкну.

– А вам они и не понадобятся. Внешне ваша жизнь не изменится.

– Гм… Вернемся к вчерашнему – как это у вас получается, что ситуации из-под контроля выходят?

– Ничто не совершенно. И мы тоже. Вы же помните, какое наследство нам досталось. Мы только начинаем всерьез наводить порядок. Да и контингент оставляет пока желать лучшего, но мы на подъеме, учимся на ходу… Все. Минута истекла. Спасибо. Еще раз – очень приятно было увидеться. Честное слово президента. Надеюсь не в последний раз. Текст интервью и флешку отвезут в вашу редакцию с фельдъегерем.

– А я куда?

– Туда, где вы сможете задать еще несколько вопросов. Референт проводит вас.

Он вышел. Явился референт и жестом пригласил меня подойти к стене. Дубовые панели раздвинулись и я вошла в новый лифт.

Вышла я не поймешь где, но это было точно подземелье. За стеной что-то погремело и смолкло – может метро?

Передо мной была дверь с табличкой «Отдел кадров». Я вошла.

В комнате было уютно – аквариумы, кресла, картины с Арбата и портрет какого-то дядьки с усами на почетном месте. За большим столом сидел румяный старичок. Перед ним была свалена гора книг, судя по обложкам, дешевые приключенческие издания. Лицо старца показалось мне знакомым. Он тоже, как и Вован наверху, привстал и сел только после того, как я устроилась в кресле напротив.

– Чаю? Кофе?

– Правды. Кто вы?

– Пенсионер.

– Я не это имела в виду. Кто вы… ну по званию, что ли?

– Генерал. В отставке.

– Опять не то. Как Вас зовут?

– Николай. Фамилия Кружков.

– Письма вы мне писали?

– Ага.

– Постойте… вы же тот самый. Из ГКЧП. Вас не расстреляли?

– Тот самый. Как видите, жив. Ну что, нравится вам эта правда? – он весело подмигнул, – а вы тут кого ожидали встретить? Смелее. Искусство правильно задавать вопросы – это целая философия, но ее можно освоить, только начиная с малого.

– А чем это вы тут …. занимаетесь?

– «Ведь кино то уже кончилось» – передразнил он и ответил: – руковожу небольшой ветеранской организацией, консультирующей органы власти. Заодно курирую проект «Двойники и близнецы».

– А что эти, там наверху, еще и близнецы?

– Да. Двойники устарели и возни с ними слишком много. Близнецы удобнее.

– И вы полагаете, что все идет отлично?

– Все идет вполне удовлетворительно, предсказуемо. Конечно, хозяйство беспокойное, но настоящий кошмар миновал.

– Вы, небось всех близнецов в стране под контролем держите?

– Да.

– А это кто? Дзержинский? – я указала на портрет усатого.

– Отто Бисмарк фон Шенгаузен. Ему приписывают слова «Никогда не воюйте с Россией. Потому что на всякую вашу хитрость она ответит непредсказуемой глупостью». Уроки истории обычно никто не учит, но мы выучили этот урок и реализовали его по-немецки досконально. Впрочем, давайте, пройдемся по бункеру. После небольшой экскурсии, вам будет проще спрашивать.

Мы вышли в коридор, прошли несколько шагов и оказались на большой балконообразной галерее. Гигантским кругом она опоясывала зал, который, совсем как в современных офисах, был разбит на «кьюбикли», а в них, как личинки в сотах шевелились сотрудники. Другие фигурки сновали туда-сюда. Обстановка была рабочая, как в улье. Зал и гудел соответственно.

На стенах нижнего зала висели многочисленные табло, самыми большими были огромная карта Москвы и огромная карта России. На них вспыхивали и гасли сотни огоньков. По самой галерее тоже шмыгало изрядное количество народу, большая часть дверей в кабинеты была открыта там явно кипела работа.

Зал был увенчан куполом, где горела какая-то суперлампа, освещавшая все.

Мы пошли вдоль перил. Я с любопытством вертела головой.

Кружков начал экскурсию.

– Вот отсюда мы и химичим. Простираем свои руки в дела человеческие.

– Монументальненько.

– Это старый штаб и командный пункт ПВО, еще при Сталине начали строить. Сейчас военные переехали, а помещение осталось. Вот мы его и заняли – чего такому помещению простаивать.

– А это что? – я указала на нестерпимый блеск в вершине купола.