Чтение онлайн

Тьерри радостно кивнул. Багрянского он хорошо помнил.

– Ну, вот и отлично, – миролюбиво заметил Духон. – Вас проводят в вашу комнату. Впрочем, весь дом в вашем распоряжении. Здесь картины и всякое другое... Вам, Пьер, понравится. Вещи, что остались в отеле, привезут сюда. Я уже распорядился.

Глава 13 Атака

Как только судья Зуева объявила очередное заседание суда открытым и в знак подтверждения этого стукнула молоточком по столу, обвинитель Гришайло вскочил со своего места и стремительно направился к присяжным. Создалось впечатление, что Виталий Титович вот-вот начнет сносить судейским головы. Но поскольку в руках прокурора трепыхались всего лишь несколько листков бумаги, а не заточенная сабля, никто не испугался.

Зуева строго спросила:

– Что случилось, товарищ прокурор? Вы просите слова?

Адвокат Бахтин с нескрываемым удивлением тоже ждал ответа и несколько досадовал, так как уже понял, что заседание пойдет по незапланированному им сценарию.

Увы, прокурор на сей раз оказался проворнее:

– Прошу слова, ваша честь. Обвинение располагает неопровержимыми фактами, усугубляющими вину подсудимого Сироткина в отношении несовершеннолетней гражданки Уфимцевой.

В минувшие среду и четверг неожиданно для жителей городка плановые заседания суда были отложены, что вызвало очередную волну пересудов и гражданского недовольства. Тем более что многие из местного трудоспособного населения ходили к ДК исправнее, чем на работу.

Причины отмены суда предполагали самые разные: от болезни подсудимого Сироткина, случившейся после его избиения в камере и назначенной по этому поводу по требованию защиты медицинской экспертизы, до каких-то таинственных вновь открывшихся сведений, попавших в распоряжение то ли защиты, то ли обвинения.

Первой забила тревогу областная прокуратура, которая всполошилась не на шутку, и второй день подряд провела в совещаниях, чтобы якобы разобраться в происходящем. Из сторонних заинтересованных лиц присутствовал председатель областного суда Никодимов и некий солидный мужчина, которого, похоже, лично не знал никто из участников совещания. Зато все знали, какое ведомство он представляет.

– Вы гарантировали, что максимум через неделю этому мальчишке будет вынесен приговор, – с места в карьер напал гость на Гришайло. – А вместо этого мы что имеем?

– Кто мог подумать, что появится этот Бахтин. Вы же сами понимаете, товарищ Транов, что дело держится больше на эмоциях и пожеланиях Москвы, чем на фактах.

Гришайло с вызовом посмотрел на полковника, но не выдержал ответного взгляда.

– Мы не специалисты в ваших процессуальных тонкостях. Если бы вы лично, Виталий Титович, не заверяли нас в стопроцентном успехе, мы, возможно, использовали бы другую тактику, – веско отпарировал упрек Транов. – Вы, видимо, все же не понимаете. Дело государственной важности! Сколько раз нужно это повторять?! Не понимаете?

– Да все мы понимаем, товарищ Транов, – доверительным голосом штатного интригана произнес прокурор области. – Но и вы нас поймите. Бахтин – лишь полбеды. Откуда вообще взялся этот Бахтин? Плюс к этому странное поведение судьи Зуевой. Ее метания из стороны в сторону. Вы тоже хороши!..

Последняя поднятая до визга фраза была обращена к Кириллу Петровичу Никодимову, который спал и видел, как бы ему спокойно досидеть без проблем свой последний предпенсионный год.

– А мы что? Как и просил уважаемый Виталий Титович Гришайло, я дал ему в оппоненты судью Зуеву, за чью принципиальность и неподкупность я ручаюсь.

– То-то и оно, – задумчиво произнес Транов с непонятной интонацией, то ли одобряющей поведение судьи, то ли осуждающей.

При всей своей внешней строгости и важности полковник МВД Иван Сергеевич Транов до конца так и не понимал, какую миссию выполняет. Еще весной его следственной группе поручили «схарчить» какого-то мальчишку в каком-то заштатном городишке, чтобы в итоге отправить его за решетку как можно на более долгий срок.

Состав преступления, по мнению прокуратуры, был налицо, и сомнений в успехе ни у кого не было. Но тот факт, что заниматься этой мелочью поручили Москве, было достаточно необычно и настораживало. Полковник понимал, что интрига здесь не в самом судебном процессе, а в чем-то другом, ему не доступном, закулисном, куда его не пустили даже на порог. Мол, твоя хата с краю. Твое дело обеспечить суд материалами, чтобы все прошло без сбоя и мальчишка как можно скорее сел.

Все бы в конце концов тем и кончилось, если бы не эти загадочные публикации в СМИ. Они явно и убедительно доказывали, что включение в процесс известного адвоката, загадочные намеки в Интернете есть не что иное, как неожиданное появление в этой истории неизвестной доселе стороны, у которой совершенно противоположное мнение на весь судебный процесс.

– Что вы думаете об этой сплетне? – спросил Транов гособвинителя.

– О какой из них? – прикинулся «чайником» Гришайло.

– Той, хотя бы на счет отцовства?

Гришайло молчал, явно выгадывая время. Вброшенная через СМИ информация в корне могла изменить весь ход дела – это прекрасно понимали все присутствующие. Если действительно отец – сам Добровольский, а все остальное лишь ширма? Тогда все старания людей, сидящих за круглым столом, ничем, кроме как провалом, назвать нельзя. Тогда задание – упрятать пацана за решетку – сорвано.

– Что-то я сомневаюсь, – наконец подал голос Гришайло. – Отец ребенка – Сироткин, и только он. Надо видеть глаза этого мальчишки и то, как он смотрит на свою Настю.

Слова явно не из прокурорской терминологии – про глаза и прочее – странно было слышать от обвинителя.

– Я тоже считаю, нам не надо отвлекаться на всякие бредни и сплетни. Другое дело – эти журналистские утки. Лично меня они настораживают, – веско заметил полковник Транов. – Но не в плане якобы вновь открывшихся фактов.

– Меня тоже напрягают. Что это за частное сыскное агентство? Оно же не с неба свалилось?! Хотя по идее, по этому поводу голова пусть болит у вашего начальства.

Областной прокурор выразительно посмотрел на московского гостя.

Если б прокурор знал, что полковник об этом «начальстве» не ведает вовсе ничего, то, наверное, не поверил. Конечно, это не эмвэдэшные боссы. Со своими командирами лично ему было бы легче.

– Обещаю, я провентилирую вопрос, – важно сказал Транов. – Но не ручаюсь, что это случится уже завтра. А вам надо выходить на суд. Время не терпит.

– С чем выходить? – простодушно спросил Никодимов. – Я примерно представляю, что устроит защита. А если к тому же у нее действительно новые факты?..

– Плевать! У меня тоже есть факты. Новые! Убийственные! – неожиданно грубо и резко взвизгнул Гришайло. Даже его непосредственный начальник – областной прокурор – вынужден был попросить его умерить свой пыл.

– Какие такие факты? – не скрывая заинтересованности, спросил Транов, вставая.

Гришайло почему-то полез сначала во внутренний карман пиджака. Затем, видно, что-то вспомнив, открыл портфель и извлек листок бумаги с какими-то записями.

– Вот, пожалуйста, это признание Сироткина, записанное с его слов. Смею вас уверить – это приговор!