Чтение онлайн

Минут пятнадцать Президент, не скрывая тревоги, говорил об охвативших его подозрениях насчет своего окружения, и, конечно же, о своих близких, и о том, что от .него утаивают информацию и что он не хочет ни на кого вешать ярлыки, но надо все-таки что-то сделать, чтобы он мог дальше нормально работать. В заключение он попросил генерала:

— В общем, так, Виктор Илларионович, я вам все как на духу выложил. Кроме вас, никто об этих моих мыслях не знает. Надо разобраться со всем этим побыстрее! Вы на виду, вам заниматься этим не резон. Вот и найдите мне человека, которому я мог бы полностью доверять и поручить необходимую проверку. Откуда он будет, меня не волнует, главное, чтобы человек был абсолютно надежен. И еще: об этом не должен знать никто! Мы сами управимся: во всяком случае, при любом раскладе журналисты, особенно «желтые», должны узнать о том, что мы затеваем, последними. Вы поняли задачу?

— Да, Борис Николаевич, задача понятна! — по-военному четко ответил Фадеев.

— Как вы думаете, получится у нас?

— Должно получиться!

— Ну, тогда действуйте! Я прикажу, чтобы вас ко мне без доклада в любое время пускали.

В тот же день Фадеев позвонил своему давнему сослуживцу и — доброму приятелю Константину Ивановичу Богомолову, еще до перевода Фадеева в Службу безопасности Президента генералы частенько пересекались — как на Лубянке, так и вне ее, и всегда ухитрялись найти общий язык по любым вопросам, испытывая друг к другу не только взаимное уважение, но и настоящее доверие. У профессионалов ФСБ, тем более такого ранга, это было большой редкостью, и оба генерала ценили свои доверительные отношения и старались сделать все возможное, чтобы с годами это доверие все более и более крепло.

К их обоюдному сожалению, после ухода Фадеева из ФСБ генералам не удавалось встречаться столь же регулярно, как прежде. А по телефону разве можно поговорить обо всем откровенно, как этого хочется? Поэтому, когда Виктор Илларионович попросил Богомолова найти полчасика для личной встречи, Константин Иванович с радостью согласился.

— О чем речь, Витя, — сказал Богомолов, — говори, где и когда.

— Сможешь… скажем, часика в три? — спросил Фадеев.

— Без вопросов…

— В таком случае я за тобой заеду…

Генералы ФСБ — один бывший, другой действующий — в силу специфики своей службы никогда не носили мундиров, поэтому, когда Фадеев усадил Богомолова в свою служебную «Ауди» и предложил где-нибудь прогуляться, Константин Иванович, сразу догадавшись, что его старому приятелю нужно поговорить с глазу на глаз, сказал:

— Вот что, Витя, предлагаю двинуть на Бульварное кольцо! Посидим где-нибудь, пивка выпьем…

— Хорошая мысль! — подумав секунду, согласился Фадеев и приказал шоферу отвезти их на Чистопрудный бульвар.

Там приятели купили в ларьке у метро за отсутствием любимого Богомоловым голландского по бутылке чешского «Пильзнера» и сели на лавочке в сквере. Со стороны могло показаться, что два солидных мужика решили подышать воздухом в обеденный перерыв и поболтать о бабах за бутылкой пива. Никому и в голову не могло прийти, что два высокопоставленных генерала обсуждают сейчас вопрос особой государственной важности.

Когда Фадеев вкратце рассказал Богомолову о возникшей проблеме и просьбе Президента найти ему доверенного человека, Богомолов не стал долго думать, а с ходу предложил Фадееву кандидатуру Бешеного.

— В таком деле, как это, никого, кроме Сергея Мануйлова, я не вижу, — уверенно произнес Богомолов, — достойнее его ты, Виктор, днем с огнем не отыщешь, уж поверь мне на слово. Тем более что он в курсе почти всех кремлевских раскладов. Буду с тобой, как и ты со мной, откровенным до конца: именно Мануйлов, кстати по моей просьбе, все последнее время «пасет» Велихова. Как я понимаю, через этого банкира к Кремлю многие ниточки тянутся. Тем более Президент с Мануйловым уже лично встречался — когда поздравлял с награждением Звездой Героя России. В общем, ему и карты в руки.

— Согласен, я тебе верю, — сказал Фадеев. — Он в твоей службе состоит? Я это к тому спрашиваю, чтобы знать, под каким предлогом его ото всех дел освободить.

— Об этом можешь не волноваться! — улыбнулся Богомолов. — Дело в том, что у Мануйлова абсолютная свобода действий: он формально ни в каких службах не числится. Правда, бывает, хотя довольно редко, мы ему свое прикрытие даем, а так он всегда сам по себе, вольный стрелок.

— А как же ты ему государственные секреты доверяешь? — искренне удивился Фадеев.

— Это МОЙ человек! Причем лучший! — твердо заявил Богомолов. — А что у него погон нет и он не состоит на государевой службе, не мешает ему быть настоящим патриотом и честным человеком.

— А на что же он живет? Ты ж зарплату ему не платишь?

— Не так давно он вернул России больше двух миллиардов долларов! — спокойно заметил Богомолов.

— Миллиардов? — Фадеев даже присвистнул.

— Миллиардов! — чуть не по складам повторил Богомолов.

— Бог ты мой, а я про зарплату… — В его голосе послышалось явное сомнение.

— Послушай, генерал, ты думаешь, у меня к нему своих дел нет? Я, можно сказать, от себя с кровью его отрываю, а ты еще сомневаешься, ехидничаешь тут, понимаешь! — В голосе Богомолова чувствовалась явная обида, даже раздражение.

— Ладно, чего ты, — Фадеев успокаивающе поднял руки: ему еще не приходилось видеть Богомолова таким раздосадованным, — успокойся, пожалуйста! — Он даже положил тому руку на плечо. — Да верю я тебе, верю! Мир?

— Мир! — ответил Богомолов, словно только и ждал этого предложения.

— Добро, — облегченно кивнул Фадеев, — а теперь нужно получше продумать, как твоего Мануйлова к Президенту доставить… И не просто доставить, а доставить так, чтобы никто об этом и не пронюхал.

Тут генералы, опыта которым в подобных делах было не занимать, принялись обсуждать, что и как они сделают.

Через два дня в квартире Савелия и раздался тот самый, так поразивший его телефонный звонок. Звонил Фадеев. На всякий случай он назвал фамилию одного из самых малозначительных помощников, который использовался для мелких бытовых поручений и которого никто не воспринимал всерьез, а потому на него никто никогда не обращал внимания:

Узнав, что его вызывает Президент, Савелий быстро собрался и вышел на улицу. К его удивлению, машина, в которой он должен был ехать в Кремль, оказалась служебной машиной Богомолова. В этом «Мерседесе» с проблесковыми маячками генерал ездил в Кремль или в Белый дом. По выработанной генералами легенде Богомолов должен был приехать в Кремль для встречи с Фадеевым, чтобы уладить обычный служебный вопрос. Чтобы не привлекать к Говоркову ненужного внимания, они решили ввезти его в Кремль скрытно, в автомобиле Богомолова. На Константина Ивановича же возлагалась задача предварительно проинструктировать Савелия.