Чтение онлайн

– Как думаешь, мама беспокоится из-за нас? – спросила Лялябет, сворачиваясь калачиком в тёплой постели.

– Нет. Она, наверное, только что вернулась с работы, – прошептала Орешек. – Не забывай, что здесь, в Хроме, время бежит по-другому. Скучаешь по ней? Хочешь, я расскажу тебе сказку?

Но вместо ответа в темноте раздалось лишь тихое дыхание Лялябет, Роквелла и Штришка.

Орешек снова зевнула. И как только глаза у неё начали смыкаться, она услышала возле палатки слабый шорох. Поначалу она решила, что ей почудилось, но шорох повторился. Хрустнула ветка. Орешек села и затаила дыхание. Снаружи определённо кто-то был.

Она схватила Хвостик, собрала всю свою храбрость и выскочила из палатки. А там, залитый лунным светом, стоял… САМЫЙ БОЛЬШОЙ, САМЫЙ СВИРЕПЫЙ АЛЛИГАТОР, КАКИХ ЕЙ НЕ ДОВОДИЛОСЬ ВСТРЕЧАТЬ ЕЩЁ НИ РАЗУ В ЖИЗНИ!

Орешек хотела вскрикнуть, но ей удалось издать лишь какой-то жалкий писк. Этого, однако, хватило, чтобы разбудить Лялябет, Роквелла и Штришка, которые тут же высунули головы из палатки.

– МА-МО-ЧКИ! – заверещал Роквелл.

– ААААЛЛЛЛЛЛИИИИГГГААААААТТТТОООРРРРР! – завопила Лялябет.

А Штришок снова исчез в палатке.

– Ну, хватит, неужели родители не учили вас никогда не судить о книге по обложке?

Лялябет перестала вопить.

Орешек выронила карандаш.

Если им ничего такого не примерещилось, это чудовищное существо, что стояло перед ними, только что… заговорило. И не то чтобы просто заговорило, но ещё и самым кротким и дружелюбным голосом, который можно себе представить. В общем, аллигатор оказался… вежливым.

– Могу вас уверить, что бояться нечего, – говорил аллигатор. – Я прекрасно сознаю, что на первый взгляд могу показаться немного… страшным, и, видит Бог, я хотел бы, чтоб было иначе, но, когда вы узнаете меня лучше, вы поймёте, что, несмотря на вид, я большой добряк.

Роквелл почесал голову. Лялябет застыла, широко открыв рот.

Аллигатор улыбнулся, выставив напоказ по крайней мере сотню острых, как лезвия, зубов.

– Позвольте представиться. Меня зовут Джонатан Хиггинботтом. Я так полагаю, вам необходима кое-какая помощь.

– Вы? – ахнула Орешек. – Вы связной Сопротивления, посланный миссис М?

– Верно, – улыбнулся во всю пасть Джонатан Хиггинботтом.

– Но… но… вы же… гигантский аллигатор! – воскликнула Лялябет.

– Десять баллов за наблюдательность!

– Но зачем аллигатору вступать в Сопротивление?

– Ах, это долгая история. Давайте-ка выпьем все по чашечке вкусного чая, и я вам расскажу.

Когда все наконец уселись, Джонатан Хиггинботтом начал свой рассказ.

– Когда я окончил университет, мне по-настоящему хотелось лишь одного – стать воспитателем в детском саду. Понимаете, я просто люблю детей, – он взглянул на Лялябет и хитро улыбнулся. – Правда, целого мне не съесть.

Лялябет боязливо хихикнула.

– Беда в том, что, сколько бы я ни обращался, любой детский сад видел во мне лишь страшного аллигатора, – вздохнул он и громко отхлебнул чая. – Просто, наверное, не суждено.

– Так как же вы оказались в Сопротивлении? – спросил Роквелл.

– Я, как и все, был потрясён нападением мистера Бела на Хрому и на всё, что нам дорого, и решил: раз я не могу найти работу, чтобы помогать детям, я могу найти работу, чтобы защищать наш образ жизни, и это не менее благородно. Я могу, например, помогать несчастным, которых держит в тюрьме мистер Бел. Словом, я подал заявление, вступил, и миссис М незамедлительно определила меня на Чернильное озеро. Я полагаю, это вполне естественная среда для представителя фракции эузухиев.

– По-моему, вы такой смелый! – вскочила на ноги Лялябет и подбежала его обнять.

– О-о-ой, спасибо! – и глаза Джонатана Хиггинботтома наполнились слезами. – Меня никто никогда не обнимает.

– Что ж, – перешла к делу Орешек, – какой дальше план? Я имею в виду, у нас.

– Ну, у мистера Бела повсюду шпионы, как вам известно…

– Да. Мы уже видели несколько ГАРПУНов и пару летучих рыб.

– Разумеется! Значит, вы согласны, что нашим главным козырем будет отправиться в путь под покровом темноты?

– А куда мы идём?

– По имеющейся информации, один из моих коллег встретит вас на Ленте.

– Значит, вы проводите нас через лес?

– Не через лес. Нам нужен более безопасный маршрут, – он отставил кружку. – Дети, накалякайте-ка себе что-нибудь водонепроницаемое. Мы отправляемся вплавь.

Несмотря на протесты Лялябет («Но… это же мой самый лучший рисунок!»), Орешек и Роквелл первым делом стёрли все следы лагеря, и только затем Джонатан Хиггинботтом повёл их через лес к берегам Чернильного озера. Вблизи зрелище было потрясающее. Идеально ровная гладь тянулась сколько хватало глаз, и в этой глади, словно в бескрайнем чёрном зеркале, отражались мерцающие звёзды и яркая полная луна.

– Лучше места и не придумаешь, отсюда и поплывём, – сказал аллигатор. – Забирайтесь!

Штришок и трое детей вскарабкались на гигантскую спину рептилии и уселись лицом вперёд, свесив ноги в прохладную, чёрную как смоль воду. Как только все заняли свои места, Джонатан Хиггинботтом тихонько оттолкнулся от берега и плавно выплыл на бескрайнюю гладь озера.

– А вы знаете, кто будет ждать нас на Ленте? – спросила Орешек.

– Боюсь, что нет, – ответил Джонатан Хиггинботтом. – Нам никогда не открывают личность других агентов из опасения, что нас могут схватить. А если не знаешь имён, никого не выдашь. Понимаете, мистер Бел не гнушается никакими доступными ему методами… э-э… убеждения.

– Так если вы не знаете, кто это, как же узнаем мы?

– Не беспокойтесь, всё выяснится. Так же, как и при нашей встрече.

– А что это вообще за Лента такая? – спросила Лялябет, обмакнув руку в воду и любуясь тем, какими чёрными сделались её пальцы. – Кажется, что-то весёлое?

– Ну, всё зависит от того, что ты называешь весельем. Если тебе нравится шум, от которого лопаются уши, кошмарно запруженные улицы и хаос, от которого начинается паника, тогда ты будешь в восторге.

– О-о-о-о! – обрадовалась малышка. – Это и правда весело!