Чтение онлайн

«Бедный дедушка Андрей. Каково Вам узнать такое. Не ожидали… Не ожидали».

Мне искренне стало жаль этого пожилого человека. Пусть и нечасто, но он рассказывал мне о своей боли за непутёвого сына и внука. И, в конце концов, мы оба пострадали от Кирилла.

— Алёна, девочка моя.

У меня сердце наизнанку вывернулось, когда отразилась на старческом лице неимоверная скорбь. Я видела, что он хотел что-то сказать и в тоже время не решался. Не всегда слова необходимы. Иногда всё понятно и без них. У нас одна боль на двоих.

— Дедушка, — я не могла остаться в стороне и… обняла его. Крепко-крепко, насколько это было возможно. — Я… Я не знала, что он Ваш… Если бы только… — я постоянно всхлипывала, и от этого моя речь была прерывистой. — Вы же не думаете, что я специально…

— Помолчи. Просто помолчи, — он гладил мою спину, помогая встать и провожая к автомобилю.

Я чувствовала себя маленькой девочкой, совершенно беспомощной, но не одинокой, удивительно непостижимым образом обретя защиту в лице деда Андрея. Одно его присутствие давало понять, что всё будет хорошо, и мне очень хотелось в это верить.

Автомобиль плавно остановился около… Признаться, не в состоянии была что-либо рассматривать, лишь только наблюдала, как дед Андрей вышел из салона и какое-то время бурно что-то выяснял по телефону. Я настолько была опустошена, что сил ни на что не осталось, кроме как безвольно сидеть.

— Глаз с неё не спускай! — приказал он Михаилу, куда-то направляясь.

«Да я никуда и не собираюсь».

Проснулась совершенно разбитой, но спать больше не хотелось. Я совершенно не помнила, как очутилась в своей комнате — голова гудела. Солнце только-только начинало садиться, прячась за нежной листвой деревьев. Приведя в порядок разлохматившиеся волосы и умывшись, я спустилась вниз. Дома никого не было, но с веранды слышался тихий разговор. Я присела за край стола, за которым чаёвничали дед Андрей, Вика и Анечка.

— Долго я спала? — поинтересовалась, зевая в кулак и прикидывая по времени, что возможно час-полтора.

— Почти сутки, — ответила Вика, наливая мне чай.

— Сутки? — удивилась я без особых эмоций. — Ого, ничего себе.

— Тётя Алёна — ну ты и соня! — укорила меня Аня, улыбаясь с дыркой в зубах. Я ничего не ответила на это, лишь только подпёрла тяжёлую голову руками:

— У тебя зубик выпал?

— Да, — девочка радостно кивнула, — вчера после обеда. Хочешь, покажу? — она спрыгнула со стула и унеслась в дом. — Вот, смотри! Мой первый зубик. Мама сказала, что ко мне прилетит Зубная Фея и подарит новый зубик. А ещё подарит мне большой пакет конфет!

— Ой, ли! — изобразила я сомнение. — Вот очень сильно сомневаюсь, чтобы Зубная Фея подарила тебе много сладостей. Разве тебе мама не говорила, что много конфет кушать плохо, и от них зубки портятся?

Я поймала взгляд Вики, которая качала головой от фантазий дочки. Уж что-то, а подобное она сказать точно не могла, в отличие от деда Андрея. Вот этот человек, абсолютно не скрывая, показал Ане жест «большой палец вверх». Так вот, кто ребёнка балует!

??????????????????????????

— Ты как себя чувствуешь? — спросил он, усаживая девочку на колени, а та и довольная.

— Нормально, — кратко ответила я. Раз я не умерла от этого открытия, значит — жива, а, следовательно, нужно продолжать идти дальше.

— Вот и хорошо. Я рад.

Остаток вечера я провела с Аней и Викой, чтобы отвлечься от шока, который не до конца отпустил, — втроём мы пытались разобраться в игре, которую купила девушка накануне. Но как обычно бывает — не успели разложиться, как пора уже обратно всё складывать. Девочки ушли сразу после ужина.

— Мне жаль, — сказал дед Андрей, глядя в сад, когда мы остались одни.

— Ничего уже не поделать, — ответила я, также устремляя взгляд вдаль.

Так получилось, что всю правду знал только он. Ларису я в подробности не посвящала, Вика вообще не знала о моей жизни, кроме того, что мы с Андреем Владимировичем познакомились в больнице, а Михаил — кто знает? Я ничего не говорила, его начальник тоже вряд ли, но молодой человек явно не глуп.

— Да. Наверное, — вздохнул дед Андрей. — Но теперь ты не одна. Я защищу тебя и своего правнука.

— Или правнучку, — грустно усмехнулась я. — Мы же не знаем, кто родится.

— Почему ты отказываешься делать УЗИ?

— А смысл? Какая разница: мальчик или девочка. Родится ребёнок — и это главное. Хотя, скорее всего, девочка — в моём роду по маминой линии всегда рождались только девочки, — я отмахнула надоедливую мошку.

— Ну, тут я бы поспорил. Как раз в нашем роду, наоборот, — только мальчики.

— Я буду долго смеяться, если родится двойня.

Я нервно рассмеялась, благодарная деду Андрею, что он отвлекал меня от отца ребёнка, но вскоре наигранное веселье резко перетекло в горькие слёзы. Дедушка не прерывал меня — бьюсь об заклад, он тоже плакал, хоть я и не смотрела на него.

— Можно я уеду? — спросила я, сильно сомневаясь в положительном ответе, но попытаться стоило. — Когда-нибудь мы всё равно с ним встретимся, и я не знаю, смогу ли сдержать себя в руках… — в голове возникли различные варианты возможных событий, и все они были крайне не радужными, более того, я опасалась самого страшного. — А вдруг, он захочет, чтобы я избавилась от ребёнка?

Сейчас это казалось просто немыслимым. Сейчас, когда я чувствовала движение внутри себя, ощущала лёгкие, словно крылья бабочек, толчки маленьких ручек и ножек.

Мой ребёнок — живой. Как я могу убить его? Даже животные так не делают, а мы, люди, получаемся хуже них, убивая свою плоть и кровь, даже не дав возможности появиться на свет.

— Не волнуйся. У тебя есть я, — дед Андрей взял меня за руку и сжал, даря такую необходимую поддержку. — Ты бы лучше подумала о детской. Время пролетит быстро, так что ремонт уже нужно начинать. Я предлагаю тебе соседнюю с твоей комнату.

Честно говоря, я ни разу в неё не заходила, и не только потому, что она была всегда закрыта, но потому, что думала, что это комната его внука или сына, та, в которой я жила, оказалась ничейной. В том, что сама занимала комнату для гостей, поняла довольно скоро, как поселилась.

— А Ваши, — я намеренно не стала произносить имена, всё-таки они родственники, какие-никакие, — не будут против? Я же пришлая, и мой ребёнок…

— Прежде всего — это мой внук, — акцентировал внимание дед Андрей. — Да и дом тоже мой. Я здесь хозяин, и решать, кто и где здесь будет жить тоже мне. К тому же комната, которую я предлагаю, самая светлая и тёплая — как раз для ребёнка. А эти оболтусы…

Похоже, дед Андрей решил посвятить меня в их отношения.