Чтение онлайн

— Поезжай туда прямо с утра. Патч рано уходит, но если прибудешь туда к шести тридцати, ты застанешь его.

— Я не хочу оставаться с ним с глазу на глаз.

— Хочешь, чтобы я забрал рубашку в следующий раз, когда буду там? Уверен, это случится завтрашней ночью. Самое позднее — в этот уикенд.

— Лучше бы это произошло побыстрее. Мама спрашивает о ней. Патч дал мне ключ, и пока он не поменял замки, я могу забрать ее. Проблема в том, что было темно, когда мы ехали к нему, и я не помню, как туда добраться. Я не обращала внимания на дорогу, не планируя возвращаться за своей рубашкой, после разрыва.

— Свэтмор. Это неподалеку от промышленной зоны.

Мой мозг обработал эту информацию.

Если его жилище в промышленной зоне, бьюсь об заклад, он обитает в одном из кирпичных зданий на краю Старого Города. Там не особо есть из чего выбирать, разве что он поселился в одной из заброшенных фабрик или опустевшей лачуге у реки, но это маловероятно.

Я улыбнулась, надеясь, что выгляжу расслабленной. — Я знаю, что это около реки. Верхний этаж, да? — сказала я, делая выпад в темноту.

Мне показалось, что Патч не захотел бы слышать топот соседей над головой.

— Да, — ответил Риксон. — Номер тридцать четыре.

— Как думаешь, Патч будет сегодня вечером дома? Не хочу с ним столкнуться. Особенно, если он будет там с Марси. Я просто хочу забрать рубашку и убраться.

Риксон кашлянул в руку. — Э-э, нет, не должна, — он почесал щеку и одарил меня нервным, почти жалостливым, взглядом. — Мы с Ви вообще-то встречаемся с Патчем и Марси в кино сегодня.

Я ощутила, как у меня окаменела спина. Воздух вырвался из легких… а потом, когда я ощутила, как видимость моего тщательного контроля над эмоциями грозится разлететься, я вновь заговорила уверенным голосом. Я должна. — Ви знает?

— Я пока пытаюсь придумать, как получше сообщить ей новости.

— Новости о чем?

Мы с Риксоном обернулись, а Ви присела рядом с нами с картонным ящиком с колой.

— Э-э… сюрприз, — ответил Риксон. — У меня кое-что запланировано на сегодняшний вечер.

Ви усмехнулась. — Подсказку, подсказку! Пожа-алуйста?

Мы с Риксоном обменялись быстрыми взглядами, а потом я отвернулась. Я не хотела становиться свидетелем этого. Кроме того, я отключалась. Мысли автоматически перебирали новую информацию: сегодня вечером. Патч и Марси. Свидание. Квартира Патча будет пустовать.

Я должна попасть туда.

Спустя три часа пребывания на солнце бедра Ви покраснели, щиколотки покрылись волдырями, а лицо опухло. Риксон уехал час назад, а мы с Ви потащили зонтик и пляжную сумку вверх по аллее к переулку Олд Орчард. — Забавно, — сказала Ви. — Такое ощущение, что я сейчас упаду в обморок. Может, не стоило мне экономить масло для загара? От жары я тоже чувствовала головокружение и дискомфорт, но это не имело ничего общего с погодой. От боли голова будто раскалывалась пополам. Я все пыталась сглотнуть неприятный привкус во рту, но чем чаще сглатывала, тем сильнее меня тошнило. Прозвище Черная рука крутилось в голове, словно насмехаясь надо мной, полностью завладев моим вниманием, вонзая когти в мою голову, как только я пыталась игнорировать его. Я не могла думать об этом сейчас, рядом с Ви, мне хватало сообразительности, чтобы понимать, что я просто все испорчу. Мне приходилось обманывать боль, заглушая ее всякий раз, когда она грозила с новой силой обрушиться на меня. Я цеплялась за безопасность онемелого опустошения, как можно дольше оттягивая неизбежное. Патч. Черная рука. Этого не может быть. Ви остановилась. — Что это? Мы стояли на парковке позади книжного магазина в нескольких футах от Неона и смотрели на большой кусок металла, прикрепленного к заднему левому колесу. — Думаю, это блокиратор, — сказала я. — Я вижу что это. Но что он делает на моей машине? — Думаю, повесив знак, предупреждающий, что нарушители будут эвакуированы, они не шутили. — Не умничай. И что нам теперь делать? — Звонить Риксону? — предложила я. — Он особо не обрадуется, если ему придется развернуться и еще раз проехать по этому пути. А как насчет твоей мамы? Она будет возвращаться в город? — Еще нет. А твои родители? Ви села на бордюр и закрыла лицо руками. — Скорей всего, чтобы снять эту штуку, придется заплатить немалую сумму. Это будет последней каплей. Моя мама точно отправит меня в монастырь. Я присела рядом с ней, и мы вместе стали обдумывать различные варианты решения проблемы. — Неужели у нас нет еще каких-то друзей? — спросила Ви. — Кто-то, кого мы могли бы попросить нас забрать, при этом не чувствуя себя виноватыми? Я бы не чувствовала ни малейшей вины, если б за нами приехала Марси, но уверена, она не станет этого делать. Не для нас. Ни в коем случае не для нас. Ты ведь дружишь со Скоттом. Как думаешь, он сможет за нами приехать? Подожди минутку… А этот Джип не Патча? Я проследила за взглядом Ви к противоположному концу аллеи. Она упиралась в Империал стрит, и действительно, на противоположной стороне Империал был припаркован черный блестящий Джип Коммандер. С тонированными стеклами, в которых отражались блики солнца. Сердце бешено застучало. Я не могла встретиться с Патчем. Не здесь. Не сейчас. Не в тот момент, когда единственная вещь, удерживающая меня от истерики — тщательно выстроенная стена — с каждой секундой давала трещину. — Он должен быть где-то здесь, — сказала Ви. — Напиши ему и скажи, что у нас неприятности. Хоть он мне и не нравится, но я готова потерпеть его, если он отвезет меня домой. — Я бы предпочла сначала написать Марси, чем Патчу, — я надеялась, что Ви не заметит странный, приглушенный намек на боль и ненависть в моем голосе.

Черная рука… Черная рука… не Патч… пожалуйста, только не Патч… это ошибка, этому должно быть объяснение. Головная боль прожигала мозг, словно тело предупреждало меня не думать об этом для моей же собственной безопасности. — Кому еще мы можем позвонить? — спросила Ви. Мы обе знали, кому еще можно позвонить. Никому. Мы были изгоями, без друзей. Никто и не подумает помогать нам. Единственный человек, который бросил бы все и пришел мне на помощь, сидел рядом со мной. И наоборот. Я опять посмотрела на Джип. Ни при каких условиях я не останусь тут. — Я отвезу нас домой на Джипе. Я не знала, какое сообщение мне следовало бы отправить Патчу. Око за око? Ты причинил боль мне, и я сделаю то же самое с тобой? Или, может: Если ты хоть как-то причастен к смерти моего отца, тебе несдобровать… — Патч взбесится, когда узнает, что это ты угнала его Джип? — спросила Ви. — Мне все равно. Я не собираюсь сидеть здесь весь вечер. — У меня на счет этого плохое предчувствие, — сказала Ви. — Мне и в обычное-то время Патч не нравится, а уж когда он выйдет из себя — представить страшно. — Что случилось с твоей жаждой приключений? Неистовое желание охватило меня, единственное, чего мне хотелось — это взять Джип и послать Патчу сообщение. Я представила, как врежусь на нем в дерево. Не так сильно, чтобы раскрылись подушки безопасности, но достаточно для того, чтобы оставить вмятину. Маленький сувенир от меня. Предупреждение. — Моя страсть к приключениям заканчивается там, где начинается миссия камикадзе, — сказала Ви. — Будет ни капли не смешно, когда он узнает, что это была ты. Голос разума в моей голове, возможно, советовал мне отказаться от этой затеи, но разум покинул меня. Если он сделал больно моей семье, если он разрушил ее, если он лгал мне… — Ты хоть знаешь, как завести машину? — спросила Ви. — Научилась у Патча. Она недоверчиво посмотрела на меня. — Ты хочешь сказать, что видела, как Патч угонял машину, и теперь думаешь, что у тебя тоже получится? Я шла по аллее в сторону Империал стрит, Ви бежала позади меня. Убедившись, что дорога пуста, я подошла к Джипу. Дернула за ручку. Закрыто. — Никого нет, — сказала Ви, сделав руки козырьком, чтобы заглянуть внутрь. — Думаю, нам лучше уйти. Пошли, Нора. Отойди от машины. — Нам нужно на чем-то добираться. У нас нет других вариантов. — У нас еще есть по паре ног: правых и левых. Мои как раз хотят прогуляться. Они не против долгой добротной прогулки… Ты с ума сошла? — закричала она. Я встала у водительского окна и направила в стекло пляжный зонтик. — Что? — спросила я. — Нам нужно попасть внутрь. — Опусти зонтик! Если ты разобьешь окно, то привлечешь к нам ненужное внимание. Что в тебя вселилось? — вопрошала она, глядя на меня дикими глазами. У меня в голове промелькнула видение. Я видела Патча, стоящего рядом с моим отцом, с пистолетом в руке. Звук выстрела пронзил тишину. Я обхватила руками колени и наклонилась, почувствовав подступающие слезы. Земля покачнулась из-за внезапного приступа тошноты. Пот извилистыми дорожками стекал по лицу. Я задыхалась, словно из воздуха вдруг испарился весь кислород. Чем глубже я старалась вдохнуть, тем сильнее у меня сводило легкие. Ви что-то кричала мне, но ее голос доносился до меня издалека, словно из-под воды. Вдруг земля перестала вращаться. Я три раза резко вздохнула. Ви велела мне сесть, крича что-то о тепловом ударе. Я высвободилась из ее объятий. — Все хорошо, — сказала я, поднимая вверх руки, когда она подошла ко мне снова. — Все хорошо. Чтобы показать, что в порядке, я наклонилась поднять свою сумку, которая, должно быть, упала, и на дне сумки я увидела что-то блестящее, это был запасной ключ от Джипа. Тот, который я украла у Марси ночью на ее вечеринке. — У меня есть ключ от Джипа, — сказала я, сама удивляясь своим словам. Ви нахмурилась. — Патч не просил тебя его вернуть? — Он и не давал его мне. Я нашла его в комнате Марси во вторник ночью. — Вау. Я вставила ключ в замок, залезла внутрь и села на место водителя. Затем подвину сиденье вперед, повернула ключ в замке зажигания и обеими руками взялась за руль. Несмотря на жару, мои руки были холодными, и дрожали. — Ты ведь не намереваешься причинить машине б'oльший вред, чем просто поехать на ней домой, не так ли? — спросила Ви, пристегиваясь. — Потому что у тебя в висках пульсирует кровь, и последний раз я такое видела, перед тем как в Суме дьявола ты врезала Марси в челюсть. Я облизала губы, которые ну ощупь были шершавыми и мягкими одновременно. — Он дал запасной ключ от Джипа Марси… Я припаркую его недалеко от океана, футах в двадцати примерно. — Может, у него действительно была веская причина, — нервничая, пробормотала Ви. Я пренебрежительно усмехнулась. — Я ничего не буду делать до тех пор, пока не высажу тебя. Заведя машину, я выехала на улицу. — Ты обещаешь сказать Патчу то же самое, когда будешь объяснять, почему угнала Джип? — Я не угоняю его. Мы в затруднительном положении. Это называется позаимствовать. — Это называется — ты сошла с ума.

Я чувствовала, что Ви не понимает причину моего гнева. Я видела непонимание в ее взгляде. Может быть, я вела себя неразумно. Может быть, я преувеличивала. У двух людей могли быть одинаковые прозвища, думала я, стараясь убедить себя. Они могли. Могли, могли, могли. Я надеялась, что чем больше раз произнесу это, тем сильнее в это поверю, но в том месте в моем сердце, которое я приберегла для доверия, зияла пустота. — Давай выбираться отсюда, — мямлила Ви осторожным, напуганным голосом, которым никогда раньше со мной не говорила. — У меня тут есть лимонад. Потом мы могли бы посмотреть телевизор. Или, может быть, вздремнуть. Ты работаешь сегодня вечером? Я уже собиралась сказать ей, что Роберта не планировала сегодня вечером встречаться со мной, но резко ударила по тормозам. — Что это? Ви проследила за моим взглядом. Наклонившись вперед, она вытянула из бардачка розовый лоскут ткани. И помахала им — а это оказался верх от французского бикини — между нами. Мы смотрели друг на друга, и обе думали об одном и том же. Марси. Без сомнения, она была тут с Патчем. Прямо сейчас. На пляже. Лежала на песке. И неизвестно, что еще делала. Яростная, болезненная волна ненависти прошла сквозь меня. Я ненавидела его. И ненавидела себя за то, что позволила добавить свое имя в список девушек, которых он соблазнил и предал. Он не может заставить меня исчезнуть. И если он был Черной Рукой, то я хотела бы это выяснить. А если он имеет какое-то отношение к смерти моего отца, я заставлю его заплатить за это. — Он сможет сам найти дорогу домой, — сказала я сквозь сжатые зубы. И надавила на газ с такой силой, что на дороге остались следы от шин. Несколько часов спустя я стояла перед открытым холодильником, рассматривая его содержимое, в поисках того, из чего можно приготовить ужин. Так ничего и не выбрав, я зашла в маленькую кладовую, находящуюся напротив холодильника, и снова принялась искать. Мой выбор пал на макароны в форме бантиков, а к ним — соус со вкусом колбасок. Когда таймер на микроволновке запищал, я слила воду с пасты, насыпала ее в миску, добавила соус и поставила обратно в микроволновку. Поскольку пармезана у нас не было, я натерла чеддер, посчитав, что он вполне подходит. Микроволновка вновь подала сигнал, и, взяв ложку, я принялась накладывать слоями на пасту соус и сыр. Когда повернулась, собираясь поставить тарелку на стол, обнаружила прислонившегося к нему Патча. Тарелка с пастой почти выскользнула из моих рук.

— Как ты сюда вошел? — спросила я. — Дверь необходимо закрывать. Особенно, когда ты дома одна.

Его поза была непринужденной, чего не скажешь о глазах. Цвета черного мрамора, они прожигали меня насквозь. Без сомнений, он знал, что это я угнала Джип. Нетрудно было догадаться об этом, так как он был припаркован на подъездной дорожке. Около дома было столько мест, чтобы спрятать Джип: с одной стороны его окружали открытые поля, а с другой — непроходимый лес. Я не думала о том, куда его можно спрятать, когда парковалась на подъездной дорожке, поскольку я была охвачена чувством отвращения и шока. Все мое внимание сосредоточилось на нем: его льстивых словах, черных блестящих глазах, его богатом опыте во лжи, обольщении, в женщинах. Я влюбилась в дьявола.

— Ты взяла Джип, — спокойно констатировал Патч, без особой радости. — Ви припарковалась в запрещенной зоне, и на ее машине установили блокиратор. Нам необходимо было возвращаться домой, вот тогда мы и увидели Джип на противоположной стороне улицы.

Мои ладони вспотели, но я не решалась их вытереть. Не перед Патчем. Сегодня он выглядел необычно. Более суровым и бессердечным. Слабый свет кухонной лампы осветил порез на его скулах, черные волосы, растрепанные после дня, проведенного на пляже, падали на лоб, почти касаясь его непристойно длинных ресниц. Один уголок губ, которые я всегда считала чувственными, был цинично приподнят. Эта улыбка не была радушной. — Ты не могла позвонить мне или оставить сообщение? — спросил он. — У меня не было телефона. — А у Ви? — В ее телефоне нет твоего номера. И в любом случае, я не смогла бы вспомнить твой новый номер. Мы никак не могли с тобой связаться. — У тебя не было ключей от Джипа. Откуда они у тебя? Мне едва удалось сдержаться и не посмотреть на него с обидой. — Это твои запасные. Я видела, как он пытался вычислить, откуда он у меня. Мы оба знали, что он никогда не давал мне запасной ключ. Я внимательно наблюдала за ним, в надежде обнаружить любой признак того, что он знает: я имела в виду ключ Марси, но его глазах так и не отразилось понимание. Он контролировал все свои эмоции, был непроницаемым и недосягаемым. — Какие запасные? — спросил он. Но это еще больше разозлило меня, потому что я ожидала, что он точно знал, о каких запасных ключах я говорю. Сколько их у него? Как много девушек кладет в свою сумочку ключи от его Джипа? — Твоей подружки, — сказала я. — Или этого объяснения недостаточно? — Дай-ка подумать, есть ли она у меня. Ты угнала Джип, чтобы отомстить мне за то, что я дал Марси запасные ключи? — Я угнала Джип, потому что нам с Ви это было необходимо, — сказала я хладнокровно. — Было время, когда ты всегда был рядом, если я нуждалась в тебе. Я думала, что это по-прежнему так, но, видимо, ошиблась. Патч не сводил с меня глаз. — Хочешь убедить меня, что все именно так и было? Я не ответила, тогда он вытащил один из стульев, стоящих под столом. Сел, скрестил руки на груди и лениво вытянул ноги. — У меня есть время.

Черная рука. Вот о чем я действительно хотела узнать. Но я была сильно напугана, чтобы предъявить ему это. Из-за того, что не знала, как он отреагирует. Я была уверена, что он понятия не имеет, как много я знаю. Если я обвиню его в том, что он Черная рука, то обратного пути не будет. Я должна была смотреть в глаза правде, которая способна была сломать меня, разрушить мою душу. Патч приподнял бровь. — Молчишь? — Ты хочешь, чтобы я сказала тебе правду, — сказала я. — Чего сам ты никогда не делал.

Он убил моего отца, как он мог все это время смотреть мне в глаза, говорить, как ему жаль, и никогда не говорить мне правды? Как он мог целовать меня, ласкать, обнимать, зная… Как он жил с этим? — Чего я сам никогда не делал? Начиная с нашей первой встречи, я ни разу тебе не солгал. Тебе часто не нравилось, что я говорил, но я всегда был откровенным. — Ты позволил мне поверить в то, что ты меня любил. Ложь! — Мне жаль, что ты считаешь это ложью. Ему не было жаль. В его взгляде была безжалостная ярость. Он ненавидел тот факт, что я кричала на него. Он хотел, чтобы я была похожа на других девушек, и исчезла из его жизни, даже не пикнув. — Если бы ты что-то чувствовал ко мне, то не переметнулся бы на Марси так быстро. — А ты не слишком быстро променяла меня на Скотта? Тебя больше устраивает получеловек, чем я? — Получеловек? Скотт — человек. — Он — Нефилим, — он пренебрежительно махнул рукой в сторону двери. — Джип и тот б'oльшая ценность. — Может быть, он чувствует себя так же, как и ангелы. Он лениво и высокомерно пожал плечами. — Сомневаюсь. Если бы нам это было не нужно, его раса вообще не существовала бы. — Чудовище Франкенштейна не любило его. — И? — Нефилимы уже давно ищут способ отомстить ангелам. Возможно, это только начало. Патч снял бейсболку и провел рукой по волосам. По выражению его лица я поняла, что ситуация была куда более опасной, чем я предполагала изначально. Насколько близки были Нефилимы к победе над падшими ангелами? Безусловно, не в этот Хешван. Патч ведь не имел в виду, что менее чем через пять месяцев полчище падших ангелов вселится и — в результате — убьет десятки тысяч людей. Но все в его поведении, вплоть до взгляда в его глазах, говорило мне, что будущем будет именно так. — И что ты собираешься делать? — с ужасом спросила я. Он поднял стакан с водой, которую я наливала себе и поставила на стол, и отпил глоток. — Мне велели держаться от этого подальше. — Архангелы? — Нефилимы — зло. Они не должны были появиться и жить на Земле. Они существуют только благодаря амбициям падших ангелов. Архангелы не хотят иметь с ними ничего общего. Они не собираются вмешиваться во все, что касается Нефилимов. — И все люди умрут? — У архангелов свои планы. Иногда, чтобы произошло что-то хорошее, должно случиться нечто плохое. — Планы? Какие планы? Смотреть, как гибнут невинные люди? — Нефилимы пострадают от собственных действий. Если люди должны умереть ради того, чтобы Нефилимы были уничтожены, архангелы пойдут на риск. У меня волосы на затылке встали дыбом. — И ты с ними согласен? — Сейчас я — ангел-хранитель. Я подчиняюсь архангелам. В его глазах вспыхнула убийственная ненависть, и на одно мгновение мне показалось, что она была адресована мне. Как будто он обвинял меня за то, что стал хранителем. Я тоже испытала приступ ярости, это была защитная реакция. Неужели он забыл все, что было той ночью? Я пожертвовала ради него своей жизнью, но он сам отверг ее. Если он хотел кого-то обвинить в этом, то я здесь ни при чем. — Насколько сильны Нефилимы? — спросила я. — Достаточно сильны, — его голос был на удивление спокоен. — И они смогут избежать вселения в них падших в этот Хешван, да? Он кивнул. Я обхватила себя руками, чтобы избавиться от поглотившего меня холода, но я чувствовала его больше психологически, чем физически. — Ты должен что-то сделать. Он закрыл глаза. — Если падшие не смогут завладеть телами Нефилимов, они переметнутся на людей, — сказала я, пытаясь пробиться через его неприступное высокомерие и достучаться до его совести. — Это ты мне сказал. Десятки тысяч людей. Это может быть Ви. Моя мама. Я.Он молчал. — Тебе наплевать? Он резко посмотрел на часы и встал из-за стола. — Ненавижу уходить от тебя, когда у нас осталось незавершенное дело, но я опаздываю. Запасной ключ от Джипа лежал на блюдечке в буфете, и он опустил его себе в карман. — Спасибо за ключ. Я добавлю заимствование Джипа к твоему счету. Я остановилась между ним и дверью. — К моему счету? — Я доставил тебя домой из "ЗЭТ", снял с крыши Марси и позволил тебе одолжить мой Джип. Я не помогаю бесплатно. Я была уверена, что он шутит. Хотя нет, я была уверена, что он абсолютно серьезен. — Так мы можем работать и дальше: ты будешь должна мне после каждого личного одолжения, но я полагаю, что считать будет легко. Он улыбнулся кривоватой улыбкой. Первоклассный-студент-заучка. Я прищурилась. — Ты и впрямь получаешь от этого удовольствие, не так ли? — Когда-нибудь я приду и потребую с тебя ответную услугу, вот тогда я и в самом деле получу от этого удовольствие. — Ты не одалживал мне Джип. Я его угнала. И это не была услуга… Я украла его. Он опять посмотрел на часы. — Мы поговорим об этом позже. Мне пора бежать. — Правильно, — огрызнулась я. — Смотреть кино с Марси. Веселись, пока мой мир висит на волоске. Я твердила себе: пусть он уходит. Они с Марси достойны друг друга. Мне было все равно. Мне очень хотелось чем-нибудь швырнуть ему вслед, я подумывала о том, чтобы хлопнуть дверью после его ухода. Но я не собиралась отпускать его, не задав вопрос, сжигающий меня изнутри. Я прикусила щеку, чтобы мой голос не дрогнул. — Ты знаешь, кто убил моего отца? — мой голос был холодным и спокойным, и казался чужим. Голосом того, кто до самых кончиков пальцев был переполнен ненавистью, опустошением, обвинениями. Патч остановился спиной ко мне. — Что случилось той ночью? — я даже не пыталась скрыть отчаяние в голосе. После минуты тишины он сказал. — Ты спрашиваешь меня так, будто уверена, что я знаю. — Я знаю, что ты — Черная рука, — я моргнула и почувствовала, как мое тело покачнулось от подступившей к горлу тошноты. Он посмотрел через плечо. — Кто тебе это сказал? — Это правда? — я осознала, что руки сжались в кулаки, они сжимались все сильнее. — Ты — Черная рука, — я наблюдала за выражением его лица, молясь, чтобы он опроверг это. Напольные часы в холле пробили один раз, звук был громкий и гулкий. — Уходи, — процедила я. Я не стану реветь в его присутствии. Ни за что. Я не доставлю ему такого удовольствия. Он продолжал стоять на месте, его лицо застыло, и на него легла какая-то сатанинская тень. Сквозь тишину часы отбивали удары. Один, два, три. — Я заставлю тебя заплатить за это, — сказала я, мой голос был неприятно чужим. Четыре. Пять. — Я найду способ. Ты заслуживаешь того, чтобы отправиться в Ад. Единственное, что может заставить меня простить тебя, если меня к этому вынудят архангелы. Вспышка пылающей черноты промелькнула в его глазах. — Ты заслуживаешь все, что случится с тобой, — продолжала я. — Каждый раз, когда ты целовал и обнимал меня, ты знал, что сделал с моим отцом… — я задохнулась от гнева и отвернулась, потеряв самообладание, когда, наконец, произнесла это вслух. Шесть. — Уходи, — сказала я тихим, но спокойным голосом. Я подняла взгляд, пылающий ненавистью и отвращением, намереваясь заставить Патча уйти, но в холле я была одна. Я оглянулась, ожидая, что просто потеряла его из виду, но его не было. Странная тишина воцарилась в полумраке комнаты, и я поняла, что дедушкины часы перестали отбивать удары. Их стрелки застыли на двенадцати минутах седьмого, увековечив то мгновение, когда Патч ушел навсегда.